Книга Азраила - Эмбер Николь Страница 30

– Я не понимаю, – сказал я, глядя то на Винсента, то на Логана.

Моя голова отчаянно пульсировала.

Логан быстро взглянул на Винсента.

– Мы выследили ее до Валоэля. Я попросил Логана и Неверру понаблюдать за ней несколько дней, чтобы решить, стоит ли она внимания. Однажды ночью ее заметили в клубе.

Мои брови нахмурились.

– Клуб? – мой мозг проанализировал гору информации, которую я изучал в течение последних нескольких часов. – Команда смертных, объединяющихся для участия в спортивных соревнованиях?

Неверра подавила тихий смешок, а Логан прочистил горло.

– Нет совсем, это похоже на празднества вроде Гаришамере. Разве что с большим количеством одежды и меньшим количеством оргий. – Он замолчал и задумчиво склонил голову. – Во всяком случае, иногда.

Винсент потер виски.

– Последняя часть была лишней.

Логан усмехнулся.

– Лучше бы ты помолчал.

– Как бы то ни было, – сказал Винсент, глядя на Логана, – благодаря Логану мы узнали, что вторая женщина на фото – ее сестра, Габриэлла Мартинес.

Винсент протянул мне еще одну фотографию. Это было максимально четкое изображение широко улыбающейся женщины. Ее одежда была нежно-голубого оттенка, а к рубашке было приколото нечто, похожее на карту.

– Неверра узнала, что она работает в больнице. Она кажется обычной двадцативосьмилетней смертной. Несколько лет назад она закончила колледж и живет в квартире в Верхнем Ист-Сайде.

– А вторая женщина?

– Ничего. Никто не может найти о ней никакой информации. Как будто ее нет.

Я посмотрел на Винсента.

– Как это возможно?

– Сначала мы тоже не понимали, но потом увидели это, – сказал Винсент.

Он протянул мне еще одну фотографию. Те же две женщины сидели на открытой террасе. Пространство вокруг было залито солнечным светом, а на заднем плане сверкал океан. Другие смертные сидели за столиками рядом с ними – одни ели, другие разговаривали или смеялись. Но мое внимание привлекли две фигуры, стоявшие рядом с темноволосой женщиной. Мои брови нахмурились, я прищурился и приблизил фотографию.

Я не произнес ни слова, но мои пальцы крепко сжали края фотографии. Судя по позе женщины, они были в разгаре спора, и было невозможно не узнать сияние их глаз. Мое сердце екнуло впервые за тысячелетие.

Грудь болезненно сжалась, меня накрыла волна тошноты и холодного пота. В ушах раздался металлический лязг, в нос ударил запах крови и пота давно минувших битв. Я отчетливо слышал рев существ, уничтоживших моих друзей, мою семью и мой дом. Звук пронзил мои уши, словно острое лезвие, напомнив мне о могучих крыльях, рассекающих небо. Пламя лилось вниз потоками, жар был настолько сильным, что от всего живого оставался только пепел. Мир сотрясался от рева, когда сотни богов и Небожителей заживо сгорали в шаге от нас. Я прошептал единственное слово, которое, как мне казалось, умерло вместе с Раширимом:

– Иг’Моррутены.

Вместе с Логаном, Винсентом и Неверрой мы спустились на первый этаж. Я раз за разом пересматривал фотографии, которые принес Винсент. Иг’Моррутены живы и находятся на Онуне. Как? Это невозможно. Те, кто не умер на Рашириме, были заперты далеко за пределами наших земель. И все же трое зверей смотрели на меня тремя парами кроваво-красных глаз. Три монстра из Потустороннего мира были на Онуне.

Голоса заполнили фойе. Персонал и охрана сопровождали своих лидеров, смертные слонялись по залу, но я едва ли их замечал. Я закрыл папку и вернул ее Винсенту.

Внезапный жар пронесся по моему позвоночнику, взбудоражив мою нервную систему. Я остановился так резко, что Логан чуть в меня не врезался. Моя голова дернулась в сторону, и я оглядел комнату в поисках источника своего беспокойства.

– Все в порядке? – спросила Неверра, осторожно положив руку мне на плечо.

Прикосновение успокоило меня, жгучее ощущение ослабло. Я ничего не видел, но что-то чувствовал. Оглядев толпу, я не увидел ничего странного – нас окружали только смертные.

– Да, – сказал я, отстраняясь от прикосновения Неверры и закрывая глаза.

Что еще я мог им сказать? Их беспокойство только усилится, если они узнают, что одно изображение – и мое сознание отправилось обратно на войну. Одного лишь взгляда на светящиеся угольки их глаз было достаточно, чтобы я снова почувствовал, как вокруг меня гибнут десятки и сотни людей, как я отчаянно и безуспешно пытаюсь отмыть свои руки от скользкой крови.

– Я в порядке. – Я открыл глаза и протянул руку. – Продолжим?

Все трое обеспокоенно переглянулись, после чего Винсент молча кивнул.

Зал для переговоров представлял собой большую круглую комнату с многоуровневыми скамьями и открытым пространством в центре. Сюда прибыли смертные лидеры из всех существующих стран, и зал был переполнен, если не сказать больше.

Смертные приветствовали меня, пока мы спускались по лестнице – каждый либо пожимал мне руку, либо кланялся. Судя по извиняющемуся тону Логана, объяснявшего, что я плохо понимаю их язык, выражение моего лица явственно выдавало мое отвращение. Они смотрели на меня так, словно я был их спасением, ответом на их молитвы. Я должен был испытывать стыд из-за того, что так мало забочусь об их бедственном положении. Отголоски этой мысли заставили мой разум вернуться в далекое прошлое.

– Отныне Самкиэль – король. Теперь он занимает мое место. Вы бы тоже знали об этом, если бы вы и вам подобные приняли официальное приглашение на королевскую церемонию, – произнес мой отец, Унир.

Древние слова, начертанные на его посохе, засветились – явный признак его раздражения. Я стоял рядом с ним, с ног до головы покрытый латными доспехами. Единственное, что было открыто, – мои глаза.

Фейлдрин поклонился. Из-за миниатюрного телосложения и заостренных ушей они напоминали мне зеленокожих детей, но гораздо более озорных.

– Приношу свои извинения, мой король. – Его глаза метнулись ко мне, и он тут же выпрямился. – Несколько дней назад мы послали сигнал бедствия. Иг’Моррутены продвинулись вперед, и мы потеряли несколько…

– Я эвакуирую вас, вашу семью и всех, кого смогу, с этой планеты, – прервал его Унир. – У вас есть один день на подготовку.

Он дал им всего день, и это время прошло. Мы стояли на краю обрыва, глядя на безлюдную пустошь. Лагерь Иг’Моррутенов занимал когда-то процветающую долину. Солнце все еще светило, но оно уже приближалось к горизонту. Как только оно зайдет, твари проснутся и продолжат уничтожать эту планету. Они завоюют и истребят земли, заявив, что они принадлежат их армиям.

Я вздохнул, скрестив руки на груди настолько, насколько мне позволяли доспехи.

– Однажды ты должен научить меня этому, – сказал я, кивая на полосу яркого света, исчезнувшую вдалеке.

Мой отец увез всех Фейлдринов с этой планеты. Он отправил их из звездной галактики в безопасный новый мир, где они могли жить, не беспокоясь о том, что их могут убить монстры.

Отец взглянул на меня. Положив свой шлем к ногам, он разрезал острым кинжалом круглый желтый фрукт.

– Надеюсь,