"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 - Максим Игоревич Крынов Страница 3

Клинок будто сам прыгнул мне в ладонь. Я мельком взглянул на лезвие и понял, что немного ошибся — в ножнах лежал не обычный кинжал, а обоюдоострый тонкий стилет. Но для моего плана это не имело никакого значения — прежде, чем мужик понял, что происходит, я дернулся к нему, и всадил тонкое лезвие в пузо, прикрытое легкой курточкой. До гарды стилет не загнал, но ему и загнанного на пять сантиметров в пузо металла хватило — мужик охнул и отпустил меня. Ладони ошалевшего работорговца дернулись к пострадавшему месту, но кинжала там уже не было — к тому моменту я уже выдернул клинок и ударил еще раз, но уже в горло, и сразу рванул клинок обратно. Мужик заклокотал, отшатнулся, не зная, какую рану зажимать. Наконец обеими руками зажал обе. Сильно это не помогло — между пальцев потекла кровь. Седой медленно побежал на выход с проулка, двигаясь скорее на автопилоте.

Но я был быстрее. В прошлой жизни у меня было время выучить анатомию, потому нож в почку я загнал с первого раза, пусть и пришлось хорошенько размахнуться. То, что я попал, куда нужно, показала реакция «пациента» — седой повалился на землю и замер без движения. Как говорится, «после того, как вас пырнули ножом в левую почку, у вас уже не будет ни времени, ни сил подставлять или не подставлять правую».

— И пусть тебе привидятся все, кого ты заковал в цепи, мразь, — напоследок сказал я ему. Ногами бы еще избил, но нет смысла — он сейчас ничего не чувствует. А был бы в сознании, я не приблизился бы — пока я не в столь хорошей форме, чтобы подходить на расстояние вытянутой руки даже к умирающим людям.

Я перевернул тело на спину и присел рядом с головой седого. Стилет с чавканьем вошел в глазницу — мужик пару раз вздрогнул, и затих. На всякий случай я пошатал клинок из стороны в сторону, чтобы седой точно не восстал. Теперь стоит облутать.

Я обыскал тело: снял кольцо, проверил карманы и шею. Нашел кошелек, железный ключ от клетки — массивный, с гравировкой стоящего на коленях связанного человека, но не нашел даже самого завалящего оберега. В кошельке — пять серебряных и хорошая жменя меди. Где мое золото? Какой-то слишком нищий работорговец: немудрено, что ходил по преддверию трущоб и искал себе товар.

Ножны я снял и перевесил себе на пояс. Кинжал тщательно вытер и засунул в ножны — в Вяжске без оружия только дети ходят. Может, будь у меня нож, седой на меня бы и не полез.

— А теперь, пожалуй, спрячу тебя там, где сам лежал.

Я откатил тело к старой повозке с заросшими травой колесами. Дядьку пришлось буквально забивать под телегу ногами, ухватившись руками за борт. После того, как справился с задачей, выпрямил траву, чтобы никто не полюбопытствовал и не заглянул под днище. Тело в первую пару дней сильно вонять не должно, так что, надеюсь, в ближайшие сутки-другие никто сюда не сунется. Потом пусть хоть стадами здесь ходят — после пары суток мой след даже обладатель архетипа с поисковым навыком не возьмет.

Я выглянул на улицу, прошелся пару кварталов в одну сторону, потом — столько же в другую, но повозки с клеткой не нашел. Значит, пусть рабов стражники вытаскивают, или присваивают охранники почившего господина. Искать по Вяжску имущество седого я не собираюсь — на сегодня достаточно добрых дел.

Ключ я выкинул в щель ливневки.

Вопрос, стоит ли дальше жить без прокрастинации и философии, больше не стоял — убийство подонка меня взбодрило. Жизнь — не компьютерная игра, и меня не будут напрягать одинаковые приключения. От меня зависит, какие решения принимать и какими путями идти. Захочу — в химерологи подамся!

Но в химерологи я идти не желал. Зато хотел вернуть свои навыки големостроителя.

После внимательного осмотра кольца работорговца я понял, что на нем нет каких-то отличительных надписей или рун. Самое обычное кольцо. Потому мой путь сейчас — к ближайшему скупщику, и уже от того, сколько я получу денег, и буду плясать. Раз уж сама судьба дала мне шанс, между жизнью и смертью я выберу жизнь. Прокачка навыков, борьба с нежитью, зачистка подземелий и рейды к курганам будут потом, а пока лучше обзавестись деньжатами, чтобы было, на что купить еду и одежду.

Но все же интересно будет посмотреть на лица скупщиков, когда парнишка пятнадцати лет притащит им голову босса с десятого этажа подземелья, на которого целые отряды собирают. Хотя, вряд ли я за год наберусь столько сил. Но момент был бы забавный.

Глава 2

До ближайшей маленькой лавки, где работал немногословный и неболтливый скупщик, идти было не так далеко — она располагалась на границе между бедным и богатым районами. В городе было много торговых лавок, которые могли как купить что-то, не задавая лишних вопросов, так и продать, но эта была ближе.

Войдя в лавку, я ощутил знакомый запах ржавчины и пыли. На полках у стены были выставлены различные редкости, но они меня не интересовали, я зашагал в конец помещения, где за длинным столом сидел скупщик — мужчина с равнодушным взглядом. Именно такой, который не задаст лишних вопросов. И, возможно, даже даст хорошую цену за кольцо.

Этого человека не смутила моя грязная поношенная одежда — к скупщикам заходят разные личности, в том числе авантюристы. Потрепанный оборванец может как купить дорогущий меч, так и продать его.

По правилам местного средневековья я должен был поклониться хозяину лавки, но меня подобный пресмыкательный рефлекс постоянно бесил, потому в этот раз я обошелся без поклонов.

— Хочу продать серебряное кольцо, — стукнул я о прилавок богатством работорговца.

Скупщик поднялся с места, взял в руку кольцо, повертел. Потом зачем-то вооружился лупой и внимательно осмотрел кольцо изнутри и снаружи. Хмыкнул.

— Хорошо, я куплю его. Отдам серебром по весу.

— Это кольцо, это ценность, а не лом какой-то, — возмутился я. — Его нельзя продавать за серебро по весу.

Скупщик приподнял брови и уставился на меня.

— Ты хочешь, чтобы я задал тебе вопрос, откуда оно у тебя?

— Из подземелья, вестимо.

— Не думаю, — покачал головой скупщик.

— О пятеро! Ладно, давай по весу.

Мужик достал из-под прилавка весы. На одну чашечку он положил кольцо, на другую начал выкладывать монеты. Весы застыли в равновесии, когда на чашечке было три монеты. Я сграбастал серебро и, не прощаясь, направился на выход.

— Если ты в дальнейшем найдешь что-то интересное, не стесняйся обращаться ко мне, — в спину мне кинул мужик.

Так. Теперь стоит навестить книжную лавку, или как ее еще называют — лавку знаний.

Это место располагалось в центральной части города. Здесь было чище, неприятных запахов было меньше, а защитных печатей, которые защищали город и ослабляли нежить — больше. Я шел, чувствуя, как с каждым шагом кошель, который я спрятал под подол рубахи, бьет по бедру. Удары были весомые — серебра в кошеле было явно больше, чем должно быть у пацана, который проводит в этом мире первый день. Как вспоминаю, чем я занимался в прошлой жизни в первый день, так становится стыдно за себя.

Серебро можно было потратить на эликсиры, на экипировку, на наем опытного напарника для выходов в подземелье, но был нюанс: серебро — средненькая валюта. Все значимые вещи продаются и покупаются за золото: и экипировка, и люди. С эликсирами вообще особый вопрос — там нужно брать один тип эликсиров и пить их каждую неделю. Можно переходить на более дорогие зелья, но на дешевые нельзя — сразу следует откат.

Оставались знания, лучший способ потратить монеты для меня сейчас. Мне нужен был навык оценки, «бесплатно» предоставляемый в книжной лавке. Бесплатность оценки компенсировалась любым навыком, который ты обязан был купить. Проще говоря, два по цене одного. Возьму какой-нибудь атакующий навык, который компенсирует мою слабость, и можно уже подумать, как подниматься с колен в этой жизни.

Тяжелая деревянная дверь лавки открылась без шума. А вот деревянный пол под ногами скрипнул, приветствуя меня.

Как я давно не был здесь… Широкие полки с книгами, тяжелые переплетенные тома на витринах, даже есть уютный уголок с креслом и столиком, за которым можно прочесть выбранную книгу — это место я любил.

Мой взгляд бродил по рядам дорогих книг, словно я хотел найти тот самый томик, который поможет мне максимально правильно начать жизнь с чистого листа. Хотя, разумеется,