Мусорщик с Терры 2 - Владимир Анатольевич Тимофеев Страница 28

— Молли Урана⁈ Ты сказала Молли Урана⁈ — глаза у Таиры стали, как два пятака. Она смотрела на Молли со смесью ужаса и восторга. — Сайрус Уранус… он твой отец, да?

— Откуда ты его знаешь? — нахмурилась бывшая узница.

— Сайрус и Фиона Уранус — твои родители? А ты их дочь и сидишь сейчас прямо передо мной? Обалдеть! — прошептала Таира.

Мы с Молли недоумённо переглянулись. Честно сказать, я тоже, как и она, нифига в этой сцене не понял. Причём здесь её родители? Какое отношение к ним имеет Таира Мартинес?..

— Мне тогда было одиннадцать, и я тебе дико завидовала! Мой отец, он вложил огромные деньги в проект «Одиссея», примерно две трети бюджета. И он говорил мне: Сайрус Уранус — гений! Говорил: он построил такой корабль, который перевернёт наши представления о космосе, о Галактике, о Ядре, куда должна была отправиться экспедиция. Я слушала новости, я смотрела все передачи об этом проекте, я знала всё, что там говорилось о подготовке к полёту, о корабле, о ходе строительства, о тех, кто его создавал, об их семьях. Сайруса, тебя и Фиону очень много показывали по головизору, и мне до отчаяния хотелось оказаться на твоём месте. Ведь ты могла запросто, как дочка хозяина фирмы, приходить в конструкторские бюро, где «Арго» разрабатывали, в цеха, где он строился. Уверена, твой отец брал тебя на орбиту, где его собирали. А после… Ты не поверишь, я рыдала больше недели, когда в новостях передали, что корабль погиб со всем экипажем и ведущими разработчиками, и что на борту вместе с Сайрусом находились… его супруга и дочь…

На этом месте Таира неожиданно всхлипнула и закрыла лицо руками.

Молли несколько долгих секунд смотрела на дочь и единственную наследницу хозяина «Тахо сиенса», затем медленно поднялась, подошла к её креслу, присела на подлокотник и осторожно обняла её за вздрагивающие плечи:

— Нет, Тай. В новостях сказали неправду. Я не погибла. Просто кому-то… очень сильно, вот прямо вынь да положь, захотелось закрыть эту тему и этот проект. А вместе с ними закрыть и меня. Чтобы уж точно никто никогда не смог бы сказать ничего хорошего ни о Сайрусе, ни о том корабле, который он со́здал. Чтобы все думали: во всём виноват мой отец. Что та трагедия случилась из-за него. Из-за его непомерной гордыни и исключительной некомпетентности. В отчёте расследовавшей катастрофу комиссии было так и написано…

— Спасибо, Мол, — Таира отняла руки от лица и шмыгнула носом. — Спасибо, что осталась жива. Поверь, мне от этого действительно легче. Как будто камень с души свалился. Ведь этот корабль, — обвела она взглядом стены «гостиной». — Мы с отцом очень многое применили здесь из того, что было когда-то сделано для «Одиссеи». Бо́льшая часть задумок-изобретений была, конечно, утрачена, но кое-что сохранилось. Пойдём, я тебе покажу… Ну, если ты конечно не против.

— Я не против. Я только за, — качнула головой Молли…

Уже на выходе из отсека они обернулись ко мне.

— Реш, не волнуйся, мы скоро, — сказала Молли.

— Я прописала тебя в управляющие системы «Бегущей» вторым админом, — сказала Таира. — Чтобы войти в них, надо сделать вот так, — прищёлкнула она пальцами. — И не скучай тут без нас. Мы скоро…

Скучать мне действительно не пришлось.

Пока дамы гуляли по кораблю, я вошёл в подсистему управления кухней и с помощью Гарти устроил там настоящую революцию. Часа полтора я честно, в поте лица учил робоповара сворачивать голубцы, лепить пельмени и манты, варить морс и сбитень, готовить расстегаи и кулебяки, жарить картошку, печь блины и оладьи… Сказать, что всё это было офигительно трудно, значит, ничего не сказать, но я всё-таки справился.

Так что когда Таира и Молли вернулись в гостиную, их ждала настоящая «царская» трапеза.

Я усадил их рядышком на диван, сам сел напротив, потом щёлкнул пальцами и служебные роботы начали выносить приготовленные с пылу с жару блюда и выставлять одно за другим на уже сервированный стол.

Трапеза, прямо скажу, удалась. Мы уминали практически всё, что нам выносили из кухни. Объедались по-чёрному. Лопали, как не в себя, не в силах остановиться — настолько всё было вкусно, а для меня ещё ностальгически. Девчонки при этом болтали напропалую. Перебивая друг друга, они торопились высказать всё, что у них накопилось за долгие годы, когда им по факту было попросту не с кем поговорить по душам. Они рассказывали о себе, вспоминали ушедшее детство, радовались тем моментам, когда находили сходства, похожие случаи, одинаковые события.

Я слушал, что они говорят, вставлял отдельные реплики, передавал команды на робокухню о перемене блюд. И в то же время тренировался — тестировал приобретённое недавно умение видеть энергополя и энергоисточники. И чем дольше я вглядывался в энергетическую структуру отсека, тем больше меня она меня напрягала. А уже в самом конце обеда заметил, что беспокойство начинает испытывать и Таира — озирается, хмурится, мнёт руками салфетку, говорит невпопад…

Внезапно «набухшее» на переборке энергопятно заставило меня подскочить, как ужаленного.

А через миг я так же внезапно почувствовал, что оно вот-вот разродится чем-то… смертельно опасным. Уже ни о чём не думая, я рванулся вперёд через стол, прямо через стаканы-вазы-тарелки, и, подхватив Таиру и Молли, опрокинулся вместе с ними за диванную спинку. Спустя мгновение в то место, где они только что находились, ударил энергетический луч.

— Слева вверху, где буфет! — обозначил я им направление, откуда пришла беда. — Я сам! Не высовывайтесь!

Времени, чтобы опрокинуть на себя капсулу с бронегелем, катастрофически не хватало. Да и не факт, что он смог бы помочь от этого непонятно чего, уже изготовившегося к новому выстрелу. А оружия, чтобы ответить, при себе ни у кого не имелось. Упущение, пусть и досадное, но объяснимое. Ведь никого кроме нас здесь не было. Или кто-то всё-таки был? Проникший на борт во время стоянки на планетоиде и не замеченный системой слежения…

Всё это промелькнуло у меня в голове за доли секунды до того мига, как «энергопятно» опять полыхнуло лучом, только целя теперь не в девушек, а в меня. Хвала небесам, что сам выплеск энергоразряда я не