Мусорщик с Терры 2 - Владимир Анатольевич Тимофеев Страница 24

И лишь когда створки раскрылись, скомандовала жестом: «За мной!»

— Вводи ключ, — указала она мне на сенсорную панель, когда мы дошли до шлюза.

— А нам точно сюда? Ты уверена?

— Абсолютно.

— Ладно. Ввожу, — решил я не спорить.

Код, к моему удивлению, сработал как надо. Замок щёлкнул, переходной люк отворился.

Честно сказать, меня это действительно ошарашило. Ключ-код, который я получил после посадки «Бегущей» и шлюзования, подходил лишь к тому отсеку-ангару, где размещался корабль. А корабль… ну, если конечно память мне не отшибло, мы с Таирой оставили в шлюзе двадцать четыре (стояночная зона «три эф»). Однако сейчас, если верить обозначениям, мы проникли в шлюз восемнадцать (стоянка «два би»), и введённый на входе пароль оказался корректным.

Корабль, что стоял, закреплённый в гравизахватах, в зоне «два би», совершенно не походил на «Мальву-2000», старательское судно, под которое сеньорита Мартинес замаскировала «Бегущую по волна́м». Это был самый обычный межзвёздный транспортник, используемый на галактических линиях для перевозки неупакованных грузов. Довольно вместительный, но без лишних удобств.

— Нам сюда. Забирайтесь, — кивнула Таира на спущенный с судна трап.

— А как же твоя «Бегущая»? — не удержался я от вопроса.

— А чем тебе этот балкер не нравится? — вскинула она брови. — Нам нужно смыться отсюда, вот мы на нём и смоемся, а всё остальное… всё остальное потом, — махнула она небрежно рукой.

Как по мне, так полная глупость. Оставлять хозяевам планетоида свою яхту, которая стоит… ну точно не меньше того, что мы «выиграли» в казино — как минимум, нелогично.

Внутреннее освещение на транспортнике отсутствовало, горели только дежурные указатели. По ним мы, собственно, и дошли до ходовой рубки, которая тоже, что странно, скрывалась в потёмках.

— Вспомогательные энергомодули почти на нуле, — объяснила Таира. — Пока главный реактор в рабочий режим не войдёт, придётся терпеть.

— А дальше?

— Вот как отчалим отсюда, подальше от планетоида отойдём, так все системы и заработают…

Сама она заняла капитанское кресло. Оно же, как это часто бывает на подобных судах, являлось и креслом пилота. Экипажи на балкерах, лихтерах, танкерах всегда небольшие, совмещать две-три должности регламентами и уставам не возбраняется.

Мы с Молли уселись в соседние ложементы (оператора грузов и карго-мастера). К слову, довольно удобные. Не хуже, чем у меня на «гартраке», только без вирт-погружения и кнопки «Последний шанс» в центре пульта.

Несмотря на потёмки вокруг, видовые экраны работали штатно. Индикаторы на панелях подмигивали весёлыми огоньками, сенсоры-джойстики-тумблеры подсвечивались бледно-жёлтым, по управляющим мониторам текли строчки данных.

— Разрешение на вылет получено, — сообщила Таира.

На видовых экранах было отлично видно, как космодромные роботы переключают захваты и с помощью специальных платформ начинают перемещать наше судно к причальному комплексу.

— Есть расстыковка, — продублировала Таира вспыхнувшее над пультами сообщение информационной системы. — Движение по гравилучу… дистанция двадцать… сто пятьдесят… четыреста… тысяча… две пятьсот… шесть тысяч триста… Реактор в рабочем режиме. Включаю ионники…

По кораблю прокатился негромкий гул. Ускорение в пару десятков «жэ», компенсированное гравиконтроллерами, прижало меня к ложементу с силой… ну, примерно, как при разгоне стареньких «Жигулей» после знака «Конец населённого пункта».

— Поехали, — бросила «по-гагарински» Молли, и в эту секунду включилось, наконец, освещение.

— Что за… итить-колотить? — пробормотал я, оглядываясь.

Червонец за тысячу, это была та самая рубка, в которой мы находились, когда сматывались с Талаверы от сеньора Мартинеса.

— Как⁈ — уставился я на Таиру.

Судя по её ухмыляющемуся личику, произведённым эффектом она осталась довольна.

— Так я уже говорила: система администрирования и контроля на планетоиде построена на программных продуктах «Тахо». И в этих программах просто не может не оказаться закладок, которые, если понадобится…

— Которые, если понадобится, подчинят всю систему тому, кто их заложил, — продолжил я мысль.

— Не тому, а той, — уточнила розоволосая капитанша. — И не подчинят, а предоставят частичный доступ к админскому функционалу. На время, конечно, пока комплекс защитных программ не сработает.

— Ну… это, в общем и целом, понятно, — почесал я в затылке. — Но я не понял другого.

— Чего?

— Как твоя яхта оказалась в восемнадцатом шлюзе? Ведь мы её оставляли в двадцать четвёртом.

— Элементарно, Реш, — усмехнулась Таира. — Пока вы разбирались с Алхимиком и охраной, я включилась в систему и отправила ордер в причальную зону, чтобы там поменяли местами два космотранспорта в шлюзах двадцать четыре и восемнадцать. В восемнадцатом, кстати, стояла точно такая же «Мальва-2000», как наша «Бегущая» под маскировкой. Так что сейчас её, я уверена, охраняют не хуже, чем особняк дона Марио. Ждут, не дождутся, когда к ней хозяева прибегут, то есть, мы.

— Но это судно вовсе не «Мальва-2000», — заметила Молли.

— Конечно, — кивнула Таира. — Но оно и не грузовик. Это судно… точнее, этот корабль — моя личная яхта. Тебе Реш ещё не рассказывал?

— Рассказывал. Но он не говорил, что этот кораблик меняет личины не хуже, чем мы.

— Пфуй! — отмахнулась владелица яхты. — Искажающие поля, ничего необычного. Если захочешь, я сама тебе всё покажу, но только потом. О’кейно? А сейчас нам ещё надо в гипер уйти, но только не через ворота. Ворота могут закрыть, а застревать здесь мне что-то не хочется. Такие вот уси-пуси…

* * *

— Итак, что вы можете сказать в своё оправдание, эстимадо амиго? — дон Диего стряхнул пепел с сигары и вопросительно посмотрел на сидящего через стол дона Марио.

Босс Синдиката ещё полгода назад назначил последнего надзирать и присматривать за увеселительным бизнесом на планетоиде номер девять и теперь не спеша размышлял: «А может быть, это ошибка? А может, и вправду, как советовал мистер Бруно, следовало передать этот бизнес кому-то другому, чуть более расторопному?»

Пока что его проштрафившийся протеже лишь пыхтел и кряхтел, да ещё промокал свой обильно потеющий лоб белоснежной «халдейской» салфеткой. Зрелище, с одной стороны, смешное, с другой, удручающее. Для настоящего дона столь явственно демонстрировать собственный страх не есть комильфо. Пусть даже по действительно неприятному поводу.

— Босс! Это был форс-мажор! Против меня сыграл