Извне - Андрей Станиславович Нуждин Страница 24

Возвращались отроки тем же порядком, по пути обсуждали урок и обменивались впечатлениями. Под сводами винтовой лестницы то и дело раздавались слова заклинания и звонкие щелчки пальцами. Всем понравилось, а Ренарда до сих пор потряхивало. Он словно заново пережил ту встречу в лесу, и оказалось, что зря.

На улице их встретил Дидье.

- Как прошло?

- Храмовник опять отличился, — хохотнул Брис в ответ.

- Подробнее, — насторожился старший наставник, жестом подзывая к себе де Креньяна .

- Да не, на этот раз без жертв обошлось, — заметил его тревогу сержант и поспешил объяснить: — Просто сначала щенок едва тёмного друида не придушил, потом попал под кулак Безье, а затем чуть иншего не спалил.

- Под кулак Безье и живой? — удивился старший наставник, пропустив мимо ушей остальное.

- Как видишь. Он даже его к себе в триал зазывал.

Дидье окинул Ренарда странным взглядом, одобрительно потрепал по плечу и лёгкой затрещиной отправил его догонять остальных..

«Да кто же такой этот рыцарь, что даже Дидье впечатлился»?

Глава 10

После происшествия на Вилоне в жизни неофитов многое изменилось. По настоянию старшего наставника всем выдали доспехи и принудили их носить не снимая. Ну, разве что с перерывом на сон. Штрафные работы перешли в разряд обязательных, и теперь занимали каждый четвёртый и восьмой день декады с утра и до самого вечера. Новобранцы чистили конюшни, таскали воду, кололи дрова всем составом и, опять же, в доспехах. Дидье сказал, что так для выносливости лучше. А за провинности просто били. Палками по спине, согласно установленной норме: чуть провинился — получи пять палок, немного сильнее — десять, ну а если совсем удивил наставника, то все пятнадцать.

Отроки упорно овладевали тайными знаниями, но на пятом уроке Эрейнир взбунтовался и наотрез отказался продолжать занятия. Обучать бездарей, ему, видишь ли, показалось пустой тратой времени. Он так и заявил. Удивительно, но к мнению друида прислушались и даже пошли навстречу. Группы перетасовали по его указке. Из числа «стражников» отобрали троих, самых перспективных, остальных отправили осваивать патрульно-постовую службу под присмотром сержанта Реми.

Отец Нихаэль полностью переключился на «воинов», сопровождал их повсюду и каждую свободную минуту заполнял проникновенными наставлениями. И вскоре забодал настолько, что Ренард и остальные отроки с теплом вспоминали сонные посиделки в молельном зале уютной церквушки.

Ко всему прочему риторика его откровений поменялась. Если раньше отец Нихаэль больше рассказывал о праведниках, Райских Кущах и всеведении Триединого, то сейчас акцент сместился на грешников, Чистилище и адских тварях, его населяющих. Преподобный будто готовил к чему-то, но к чему, Ренард пока не мог уяснить.

Впрочем, выяснилось это довольно скоро.

***

В тот день новобранцы, уже без внутренней дрожи, спустились в подземелье и расселись на обычных местах. Отец Нихаэль застыл у стены напротив двери, сложив руки на пузе. Все ждали друида. Начало обычное, разве что тарелка с кашей, стоящая на столе, выбивалась из привычной картины.

- Пшённая. На молоке, — поделился выводами вечно голодный Пухлый, шумно втянув носом воздух. — Я б сожрал.

- Не для тебя приготовили! — осадил его каркающий голос.

В зал вошёл Эрейнир со своим неизменным сопровождением и, как всегда, не поздоровавшись, начал урок.

- Сегодня я познакомлю вас с ещё одной разновидностью полезной нечисти. Иратшо, — друид достал из-за пояса ложку, воткнул её в кашу и положил рядом краюху хлеба, которую принёс с собой. — Эти чужане не живут с людьми, но приходят. Их нужно вызывать. Процедура несложная, даже вы, тупоголовые, справитесь, но есть определённые тонкости. Снимите с меня это.

Друид развернулся к отцу Амораю и с брезгливой миной протянул ему руки с браслетами. Инквизитор удивлённо посмотрел на друида, и перевёл озадаченный взгляд на отца Нихаэля. Тот помедлил минуту, но кивнул. Снимай. Отец Аморай с сомнением во взоре отомкнул браслеты, и друид вернулся к столу.

- Руна вызова для Иратшо называется Иса. Её можно начертать чем угодно, на чём угодно и где угодно, хоть гвоздём на доске нацарапайте, — Эрейнир извлёк из рукава мантии кусочек угля и начертил на столе короткую прямую линию. — Надеюсь, это понятно?

Он посмотрел на отроков, как на юродивых и, дождавшись робких кивков, снова заговорил.

- Иной придёт в любом случае, но чтобы ускорить процесс, можно зажечь веточку багульника, — друид перебрал несколько, висящих под потолком, пучков, нашёл нужный и, выдрав оттуда засушенный цветочек, показал его всем, — Иратшо — нежить непритязательная и готов трудиться за еду, но её обязательно нужно оставить рядом с руной вызова.

Свои слова Эрейнир сопровождал действием: передвинул тарелку и хлеб, воткнул стебелёк в щель между досками , поджёг его от свечи. Потянуло горелым листом, воздух над столом колыхнулся, сгустился в туман, а когда всё рассеялось, там сидел инший и уплетал кашу за обе щеки.

Пока тот ел, отроки успели его рассмотреть.

Голый, в одной лишь ветхой тряпице, едва прикрывающей чресла, чужанин выглядел старичком, заключённым в тело подростка. Болезненно худой, весь в морщинах, но жилистый, с сильными, даже на вид, руками. Уродливый до отвращения. Неприятное костистое лицо, вислые уши, словно от охотничьей собаки достались, лысый череп сплошь покрыт шишковидными наростами. И нос свисал аж до нижней губы. Ренард даже удивился, как тот ему есть не мешает.

- С ними нужно соблюдать особые правила, — тем временем продолжил друид. — Жадничать с едой нельзя, может обидеться. Но и много оставлять не следует, тогда он обожрётся и не станет работать. И ещё, ни в коем случае, нельзя хаять и критиковать его труд. Тогда Иратшо впадёт в гнев и может наворотить дел.

Чужанин тем временем сожрал всю кашу, облизал ложку и отставил опустевшую тарелку в сторону.

- Эка сколько вас собралось, — проскрипел он противным голосом. — Чего делать-то надоть?

- Ничего не надо — ответил друид.

- Эвон как, — недоверчиво прищурился иной. — Хошь сказать, что задарма меня накормил?

- Не совсем, — вступил в разговор отец Нихаэль и подал знак Псу с инквизитором.

Отец Аморай быстро защёлкнул браслеты на запястьях Эрейнира, а Безье схватил его выше локтя и придержал. Иратшо почуял неладное, вскочил… Было бы интересно посмотреть, что он стал делать дальше — просто убежал или растворился