Железный аргумент - Алексей Михайлович Махров Страница 22

— Тогда император умрет! — Яна выложила неубиваемый, как ей казалось, аргумент.

— Да и хрен с ним! — огорошил девушку неожиданным ответом Краснов. — Я еду в рейд только из уважения к твоему отцу. А пацанчика на престоле я знать не знаю.

Яна от удивления даже рот открыла. Правда, всего на пару секунд.

— Тогда возьми меня ради отца! — Она «бросила на стол» еще один козырь.

Но Ярослав снова легко парировал.

— Если я тебя возьму, и с тобой что-то случится, то мне лучше рядом с тобой сдохнуть, в столицу не возвращаться. Граф, хоть и добрейшей души человек, но живым после такого не оставит. И это касается каждого бойца нашего отряда, включая Берга. Получится, что вместо выполнения задания мы всем скопом будем тебя охранять. Нет, так не пойдет, мелкая! Ты станешь настоящей обузой для всех.

— Но я могу быть полезной! — упорствовала девушка. — Что вы будете делать, если останетесь в горах без связи? Как поймете, что идете не туда? Когда провизия закончится на неделю раньше, кто пришлет вам помощь? Когда…

— Ты чего несешь, мелкая? Какая, на хрен, помощь в горах Иммора? От кого? Граф нам пришлет волшебника в голубом вертолете? — Краснов весело расхохотался.

— Что такое вертолет? — удивилась Яна.

— Неважно! — отмахнулся Ярослав. — В тех местах, что со связью, что без связи — разницы никакой. — И пропел писклявым голоском, явно кого-то пародируя: — Никто на помощь не придет и дров не раздобудет. Никто не сварит ничего ни на каком костре…

Яна резко встала, перегородив свет от камина. Ее тень накрыла Ярослава.

— Хорошо, капитан. Давай по-твоему, без соплей про долг императору. Только военная целесообразность. Без меня вы не узнаете, что в Моррите вспыхнула чума, и нужно менять маршрут возвращения, не получите данные о передвижении кланов сивингов от пограничных застав, останетесь слепыми, когда архуниты вышлют за вами охотничьи отряды.

Ярослав перестал вертеть фляжку в руках и посмотрел на девушку с интересом.

— Без меня вы почти гарантированно сдохните в северных лесах. Со мной и рацией — пятьдесят на пятьдесят! Неужели ты не хочешь повысить ваши шансы на успех?

— Я готов взять тебя в отряд, девушка! — раздался голос за спиной — в гостиную вошел капитан Берг, уставший от сборов в дорогу, судя по черным кругам под глазами.

— Поджигатель, ты с дуба рухнул? — немедленно взвился Ярослав. — На хрена? Если с головы этой дурехи упадет хотя бы волос, граф нас живьем в землю закопает! Ты хоть знаешь, кто она?

— О причине моего решения я тебе потом расскажу, Яр! — тихо сказал Берг. — А сейчас просто поверь — она нам пригодится. И даже без этой своей… как её… рации!

— Черт… — Краснов провел ладонью по лицу. Потом внезапно рассмеялся — громко, искренне, до слез. — Ладно, мелкая, твоя взяла! Мы тебя берем! Но есть несколько правил: первый же промах — отправляешься назад. Никаких жалоб, никаких «я устала». Аппаратура — твоя головная боль. Потеряешь — идешь пешком назад. В пути никаких привилегий, никаких особых условий — спишь на земле, ешь то же, что все. Четко и с огоньком в глазах выполняешь любые команды капитана Берга. Скажет «прыгай» — мгновенно выполняй. Понятно?

Яна выдохнула. Ее руки дрожали, но голос был тверд:

— Понятно, капитан.

Берг молча кивнул и вышел из гостиной. А Ярослав наклонился к Яне так, чтобы их глаза оказались на одном уровне.

— И еще… — прошептал он, — … если хоть один мужик в отряде косо на тебя посмотрит — я его убью. Но если ты сама кого-то соблазнишь — убью тебя.

Она нервно улыбнулась:

— Капитан Яр, да вы романтик!

Краснов фыркнул, развернулся и направился к двери. На пороге обернулся:

— Сбор завтра в пятом часу у конюшни. Опоздаешь — оставим. Возьми рацию и оденься в более подходящую для верховой езды одежду.

Когда дверь за ним захлопнулась, Яна вдруг ослабла настолько, что пришлось буквально упасть в кресло. Но в ее глазах отчетливо читался триумф — она победила не истерикой, а холодным расчетом. Теперь оставалось только не ударить в грязь лицом.

Часть 1

Глава 11

Особняк герцога Хессана возвышался над кварталом, словно каменный исполин, подавляющий все вокруг. Белоснежные стены, украшенные золотыми инкрустациями, сверкали в лучах заката, а высокие стрельчатые окна казались злобными глазами, наблюдающими за городом. Внутри царила роскошь, граничащая с безвкусицей: мраморные колонны, стены, увешанные шелковыми гобеленами с изображениями военных триумфов предков Хессана, хрустальные люстры, отбрасывающие блики на полированный паркет, тяжелые дубовые двери с резными филенками.

Рон Турвиль вошел в кабинет герцога, ощущая, как холодный мрамор пола проникает сквозь тонкую подошву сапог. В воздухе витал терпкий аромат дорогого мужского парфюма, смешанный с запахом воска от свечей.

За массивным столом, покрытым красной кожей пустынного варана, сидели трое: сам Хессан — плотный мужчина с жесткими чертами лица, седеющими висками и холодными глазами; герцог Иррик — худощавый, с маленькими крысиными глазками и вечно подергивающимся уголком рта; герцог Олдрен — высокий, бледный, с тонкими пальцами, перебирающими золотую цепочку на шее.

— Наконец-то, Турвиль, — голос Хессана прозвучал недовольно, словно он выговаривал провинившемуся слуге. — Мы начали думать, что ты решил скрыться в своем особняке, как крыса в норе.

Рон стиснул зубы, но промолчал. Он знал, что эти люди считают его выскочкой, бастардом, которого терпят лишь из-за титула.

— Садись, — буркнул Иррик, указывая на свободный стул. — Мы вызвали тебя, потому что появились вопросы.

Рон опустился в кресло, ощущая, как вспотели его ладони. Он боялся этих людей, прекрасно понимая — один неверный шаг, и его сожрут без сожаления.

— Итак, самая главная новость на сегодня, — Хессан откинулся на спинку кресла, его пальцы сомкнулись в замок. — Император отравлен. Кто-то решил ускорить наши планы.

— Или наоборот — сорвать их, — добавил Олдрен, нервно постукивая перстнем-печаткой по столу.

— Это не мы! — резко сказал Иррик. — Ни у кого из нас не было доступа к Элиану в последние дни.

— А ты, Турвиль? — Хессан пристально посмотрел на Рона.

— Вы что, серьезно? — Рон засмеялся, но смех вышел сухим, как треск ломающихся веток. — Я даже в Императорский дворец не могу войти после того, как Скаар отложил на неопределенное время голосование Совета регентов по вопросу моего членства.

— Сам виноват, щенок, нечего было тащить в свой дом жрецов Карса и всякий хлам! — глядя на Рона с брезгливостью, как на вонючее насекомое, сказал Хессан. — Это же был уже отработанный материал. Теперь вопрос твоего членства в