Фантастика 2026-184 - Игорь Алмазов Страница 2

— Адреналин вводить? — надо мной суетилась симпатичная женщина в белом халате и очках. Однако и её я видел впервые в жизни.

— При такой тахикардии нельзя, — покачал головой мужчина. — Давай допамин, живо.

Эти двое ведут себя так, словно хорошо знают, что делают. За годы работы целителем я научился отличать таких людей с первого взгляда.

Но почему адреналин и допамин? Почему просто не воспользоваться праной? Хотелось спросить, но сил на это совершенно не было.

Мне стало чуть получше. Я наконец-то начал ощущать себя, и довольно быстро осознал, что нахожусь в другом теле. Причём это было тяжёлое, грузное тело, с большим животом и отёкшими ногами.

Или же это моё тело по какой-то причине пришло в такую негодность. Но в таком случае я даже не представляю, что должно было случиться.

Я же всегда следил за собой. Атлетичный, спортивный, выносливый, именно таким меня знали при дворе. Таким я был ещё… ещё когда?

Женщина в очках снова склонилась надо мной. Я увидел своё отражение в линзах. И обомлел… Ведь это точно был совершенно другой человек.

Вывод напросился сам собой. Я умер и переродился в другом теле. Видимо, в тот самый момент, когда сознание предыдущего владельца угасло. Я просто занял его место.

Другого объяснения у меня не было. Да и читал я о подобных техниках в императорской библиотеке. Иногда каким-то немыслимым образом душа находит способ вернуться с того света.

Но если со мной получилось так же, то как я это сделал? При попытке вспомнить снова закружилась голова. Наверняка тело ещё не адаптировалось к новому разуму, и это будет происходить постепенно. Если вообще произойдет.

Как целитель, я понимал, что у переноса в другое тело может быть множество последствий. И всё зависит от того, насколько хорошо душа смогла слиться с новой оболочкой.

— Саня, опять отключаешься, что ли? — меня грубо тряхнул за плечо мужчина. — Соберись хоть раз в жизни!

Вывод номер два — предыдущего владельца тела не очень-то уважают. Но с другой стороны, я жив. И это меня радует куда больше, чем злит пренебрежительное отношение окружающих.

Я хотел ответить, но из горла вырвался только хрип. Лучше промолчать. Ещё не знаю, что в этом мире считается нормой, а что безумием. Хотя язык говорящих мне знаком — русский, но немного иной. Словно окружающие используют более просторечные слова.

Так в империи не говорят, а значит… возможно, я перенесся и в другой мир.

— Вы везунчик, ещё бы пять минут, и мы бы не успели, — медсестра поправила капельницу. — В рубашке родились.

Не стоит им знать, что они всё-таки не успели. Поэтому я еле заметно кивнул.

— Ты в кабинете отключился, тебя Надька нашла, — решил пояснить мужчина. — Со стула свалился, такой грохот был. Оно и понятно, учитывая твои габариты. Ну да ладно, отдохни пока что, потом поговорим.

Он зачем-то похлопал меня по плечу и вышел из палаты. Хотя я совершенно не понял, кто такая Надька. Но с этим можно разобраться и позже.

Так, теперь самое главное. Надо проверить, на месте ли магический центр. Я сосредоточился и потянулся к нему…

Прана была. Мизерные крохи, тень от моего предыдущего величия, но была. Что ж, это лучше, чем ничего.

Значит, не всё потеряно. С этим можно работать. Правда, сам процесс восстановления займёт невероятно много времени.

* * *

Первые два дня я провёл в реанимации. Новое тело было настолько слабым, что даже повернуться на бок было тяжело. Каждый вдох давался с трудом, лёгкие хрипели и свистели. Сердце колотилось неровно, с перебоями.

Я попытался подлечить себя. Было очевидно, что проблема в лёгких. Призвал жалкую искру праны и направил её к бронхам.

Эффект был разочаровывающим. Точнее, его практически не было. Капля праны тут же испарилась. Такими темпами на лечение самого себя уйдут месяцы, если не годы.

В прошлой жизни я мог вылечить подобное состояние за минуты.

Какая ирония, что величайший целитель Империи оказался в теле, которое не может вылечить даже само себя.

Но раз с этим не вышло, то оставшееся время в реанимации я тратил на изучение нового мира. А после увиденного я уже не сомневался, что перенесло меня куда-то в альтернативную реальность.

Оборудование вокруг было странным. Над кроватью висела коробка с мигающими цифрами, там показывался пульс, давление, сатурация, то есть обогащение крови кислородом. Никакой праны, никакой магии, просто обычный механизм. Но он работал точнее, чем многие целители первого уровня.

В мою вену была вставлена тонкая трубка, по которой капала прозрачная жидкость. На пакете было написано, что это физиологический раствор с глюкозой. Поддерживают водный баланс и дают энергию. Разумно.

Рядом стояла другая коробка, к которой была подключена маска на моём лице. Из неё шёл воздух, обогащённый кислородом, судя по ощущениям. Никакой праны, просто смесь газов. Но дышать с ней было легче, и это уже радовало.

Лечат тело химией и механикой там, где в моём мире использовали прану. С одной стороны, это потрясающе — значит, целителем может стать каждый. Но с другой, сомневаюсь, что таким образом они могут побороть действительно сложные болезни.

На второй день ко мне пришёл врач, тот самый мужчина, который называл меня «жирдяем». Высокий, лет сорока, с усталым лицом и равнодушными глазами.

— Ну что, Агапов, выкарабкался, — даже не смотря на меня, заявил он. — Повезло тебе. Астматический статус, чуть до остановки дыхания не дошло. Если бы Надежда не зашла в кабинет, то тебя бы уже в морге вскрывали.

Ага, в морге. В котором места у них нет.

Но не это главное. Судя по фразе, я понял, что у предшественника случился сильный приступ бронхиальной астмы.

А ещё понял, что моя фамилия — Агапов. В прошлой жизни я тоже был Александром, но Велесовым. Хотя это уже неважно.

— Спасибо, — прохрипел я.

— Меня не благодари, — врач махнул рукой. — Надьке цветы купи. Она тебя вытащила. Хотя… — он окинул меня критическим взглядом, — с таким отношением к своему здоровью ты долго не протянешь. Сто сорок килограмм при росте сто семьдесят два. Астма. Гипертония. Преддиабет. В двадцать пять лет, Саня! Ты понимаешь, что творишь со своим организмом?

Я молчал. Ведь довёл себя до такого состояния совсем другой человек, но объяснять это бессмысленно. Навряд ли мне поверят. Я ещё не знаю, как здесь относятся к магии и есть ли она вообще, чтобы раскрывать о себе такие вещи.

Вскоре врач ушёл, а я задумался.