Рыцарь Резервации. Том IV - Александр Артемов Страница 19

— Мне нужен адвокат! — простонала Метта-1. — Я требую адвоката!

— У тебя уже есть адвокат. Метта-228, ты где?

Из толпы вылезла одна из девушек. Ее держали сразу четверо.

— Вы думаете, я буду защищать эту мразь⁈ Да я сама ей хочу глаза выколоть! Дайте мне ее, дайте!

Вновь в толпе взревели на сотни голосов, а молоток судьи заколотил по столешнице. В опустившейся тишине зашелестела бумага, и в руках судьи появился свиток. Раскрутив его, она упустила конец, и свиток раскрылся метров на пять — и ударился о табуретку Метты-1.

Надев очки, судья принялась читать.

— По результатам следствия, ты, Метта-1, виновна в факте 1 241 337 563 преднамеренных убийств. И это только касательно тех жертв, что влезли в зал суда…

— Точно! Она одну меня только сегодня раз двадцать мечом проткнула, и еще сорок раз подстрелила! — закричала какая-то Метта в толпе. — Где это видано в цивилизованном сознании⁈

В ответ остальные закричали собственные претензии. Их прервал стук молотка.

— Тихо! Суд вызывает свидетеля! — и судья сверилась с бумагами. — Метта-526… Метта-526, где она⁈

Повернувшись ко мне, 526-ая улыбнулась, а затем пропала в толпе. Меня они пока не заметили — уж очень сильно хотели растерзать 1-ую — так что я замер за их спинами. Скрываться мне резона не было, ибо перебить всех в любом случае не выйдет. Придется придумать какой-то другой способ помириться с ними.

Но какой?.. И где чертова тварь?

Тем времем, 526-ая прошла на место свидетеля.

— Итак, Метта-526, — произнесла судья. — Вам есть о чем заявить суду?

— Конечно! На этой неделе меня убили целых двести шестнадцать раз!

Толпа ахнула.

— И кто же⁈

Из глаз 526-ой брызнули слезы. Где-то минуту она пыталась справиться с нахлынувшими чувствами. В толпе сочувственно закачали головами. Вытеревшись, она подняла палец — указывала на оплеванную Метту-1.

— Она! Она со мной такое делала! И по голове, и в грудь, и… Знаете, как это больно?

Ее плечи задрожали и, сорвавшись, 526-ая зарыдала в голос. Толпа снова озверела.

— Да зачем мучить девочку? И так понятно, что Метту-1 нужно кончать! — закричали со всех сторон. — Стереть ее! Полностью стереть! Не нужна она нам!!!

Их прервал молоток судьи.

— Тихо! Думаю, из вышеизложенного ясно, что вина Метты-1 доказана. Посему, я Метта-714, силою, данной мне верховным собранием Метт, объявляю Метту-1 виновной в многочисленных преступлениях против всех собравшихся в этом помещении. Посему ее ждет заслуженная кара!

— Стереть! Стереть! Стереть! — заскандировала толпа.

Веревка на шее Метты-1 начала затягиваться. Захрипев, она встала на мысочки, а табуретка задергалась у нее под ногами.

Толпа тут же затихла. В абсолютной тишине слышался стук ножек о пол и хрипы. Я уже хотел сорваться ей на выручку, как кто-то вскрикнул:

— Постойте! У нее был сообщник! Мы не может стереть эту негодяйку, пока не найдем второго преступника!

По толпе прошелся вздох:

— Марлинский! Собака! Где он⁈ Подать сюда Марлинского! Повесим обоих как поганых псов!

Веревка на шее Метты-1 расслабилась, а толпа снова загомонила.

Нет, не вмешаться в этот грязный процесс было бы преступлением. Все же эти Метты часть меня самого. Прятаться от них бессмысленно, а убивать еще бессмысленней, учитывая, что каждая бессмертна. Да и к тому же каждый раз видеть, как очередная Метта падает замертво было ужасным зрелищем.

Нет, мы пойдем другим путем.

Я принялся пробираться сквозь толпу. Ярость сотен Метт была настолько неистовой, что меня узнали только в середине толпы. От неожиданности толпа расступилась передо мной.

— ОН ЗДЕСЬ!!! — завизжали Метты. — Хватайте его! Хватайте!

Защелкало оружие, и вокруг меня сошлось кольцо из ухмыляющихся боевитых барышень. Десятки дул уткнулись в меня.

— Я требую суд вызвать меня как свидетеля! — требовательно крикнул я. — Мне есть, что сказать!

— Ах вот, как… — и судья улыбнулась. — Что ж, девочки, освободи-ка ему дорожку. Суд вызывает свидетеля Илью Марлинского!

* * *

Выбравшись на относительно ровную трассу, Аки наконец смогла вдавить педаль в пол. Зарычав, броневик на всех парах помчался вперед. Ветерок из окна немного остудил ее потный лоб, но руки еще продолжали дрожать.

— Держи «баранку», — сказал Механик и полез на заднее сиденье. — Я посмотрю, что с хозяином.

— ЧТО⁈ — охнула Аки, а руль уже задергался само собой. Схватив его, она помертвела. Ее наполнило чувство невыразимого ужаса. — А как… А почему… МЕХАНИК!

— Держи прямо! Если начнет сносить в кювет, выруливай! — бросил гремлин и исчез сзади.

Спину как водой окатили. Руки дрожали. Желудок упал в пятки. Ног она уже давно не чувствовала… Хорошо хоть дорога впереди была чистой, однако ей все равно было очень, очень страшно.

А вдруг навстречу поедет автомобиль⁈ И что тогда?

Прошла минута, которая показалась Аки вечностью.

— Ты где там?.. — позвала она Механика, но тот отчего-то не ответил. — Механик!!!

— Да тут, я тут! Держи руль!

— Как Илья?..

— Жив твой Илья. Сердечко все еще еле бьется, но дышит ровно. Черт, где открывашка…

— Ты чего там делаешь⁈

— Как что? Пытаюсь открыть банку со сгущенкой. Я не могу вести машину, не хлебнув немного… Ага!

Вдруг сзади грозно взвыла сирена. Дернувшись, Аки едва не упустила руль, а затем взглянула в зеркало заднего вида. Их преследовал броневик жандармов. На крыше сияли мигалки.

— Водитель броневика с номером Ж404ПА! — раздалось в мегафон. — Немедленно прижмитесь к обочине и остановитесь!

— Это они нам?.. — заерзала Аки. Она бы все сейчас отдала, лишь бы быть за тридевять земель отсюда.

— Елки-иголки… — замычал Механик, а затем отпил немного сгущенки. — А кому же еще? Мы единственные на дороге. Давай, тормози.

— Я⁈

— А кто еще⁈ — и гремлин принялся забираться под сиденье. — Если они остановят броневик, которым правит такой как я, а потом обнаружат на заднем сидении аристократа без сознания, а еще перепуганную японку в облегающим костюме, думаешь они нас отпустят?

Аки сглотнула и…

— Только не бросай сцепление! — зашипел Механик. — Сначала нажми на него, а потом тормоз! Но не бей по нему, слышишь? А то будет как в прошлый раз…

— А… ааа…

— Медле-е-енно… тормози, — и он прыгнул под сиденье, будто в окоп.

Аки так и сделала. На удивление ей удалось снизить скорость, не перевернувшись. Остановилась она, даже не въехав в столб — до него оставался целый метр. Выдохнув, она прижалась лбом к рулю. Самое страшное позади…

Стук снаружи спустил ее с небес на землю, и она, дрожа как осенний листочек, опустила