Архивраг - Константин Сергеевич Стригунов Страница 176

было в высшей степени необычным и ожидание, когда ему в специальной папке принесут отчет, казалось невыносимым. Зная, что дешифровка самописца может длиться неделями, техникам дали задание работать круглосуточно в три смены с максимально возможной скоростью. К дешифровке подключили помимо технических экспертов так же и тех пилотов, которым уже доводилось летать на "Небесном взоре" в составе другого экипажа, естественно в условиях строжайшей секретности. В первую очередь им было дано указание обработать данные, касавшиеся всех зарегистрированных аномалий по исходящим от них излучениям. Именно по этой причине чаще всего падали самолеты над Зоной и в первую очередь вину за катастрофу возлагали на ее активность. Такие выводы имели под собой очень весомые основания, но не всегда причиной гибели экипажа и машины становилась именно аномальная активность. В любом случае расследование причин должно продолжаться непрерывно и чем быстрее удавалось понять подлинную причину падения, тем больше было шансов сохранить жизнь другим пилотам. Все, что касалось Зоны нельзя откладывать на потом и если имелась опасность, то выяснить природу ее источника следовало с предельной скоростью и тщательностью.

Собственно, когда Селезнев прочитал отчет техников, он не рассчитывал на что-то существенное даже после слов Старцева, но все же игнорировать фразу, бросившуюся в глаза, генерал не мог.

"...исходя из сказанного, дать количественную оценку интенсивности потока не представляется возможным, однако разрушение приемника Далматова, входившего в часть общей системы по измерению пси-активности, говорит о величинах многократно превышающих предел Войта-Рагимова..."

Селезнев оторвал взгляд от текста, оценивая сказанное. Из всего, что ему объясняли специалисты он понимал далеко не все (порой жалея, что не выбрал профессию физика), однако шкалу введенную независимо друг от друга русским и немецким учеными помнил хорошо. Ее создали на основе сканирования всех Выбросов огромным числом датчиков, установленных как в самой Зоне, так и вне ее пределов, начиная с того момента, когда впервые военные задействовали службу мониторинга. Верхняя граница - предел сто семи единиц потока пси-поля - были выбраны в ходе измерения параметров пси-излучения после Большого Выброса. Ни до, ни после него превышение предела никогда не наблюдалось. Теперь, соединив воедино имевшиеся факты, ему предстоит на общем совещании изложить свои мысли и выдержать удар критики за провал операции.

"Не уж-то все так и закончится?" - спросил себя Селезнев. - "Если Егоров, Пророк действительно погибли из-за моего решения, а задание провалено, то есть ли у меня моральное право оставаться на своем посту?"

Охота за наемниками продолжалась долго и ведомство потратило много сил, чтобы выйти на их след, а вместе с этим выяснить все подробности миссии "диких гусей" в Зоне. Представлявшую колоссальную ценность информацию теперь ГРУ не получит и кто-то должен будет понести за это ответственность. Да, сказал себе Селезнев, он готов взять ее на себя, но прежде ему хотелось бы еще раз доказать пользу агентуры в Зоне. С этими мыслями Николай Селезнев пошел на совещание, на котором будут присутствовать лишь несколько человек из высшего руководства Главного разведывательного управления.

29 октября 2016 года. Научно-исследовательский комплекс изучения Чернобыльской аномальной Зоны

Подняться по шахте оказалось не так-то просто, особенно учитывая наличие защитного костюма и довольно скользких скоб, ставших влажными от конденсата. На высоте десятиэтажного здания Алексей невольно посмотрел вниз и тут же об этом пожалел; его правый ботинок скользнул вниз, в результате чего инженер чуть не отправился в свободное падение и если бы не его реакция, то покоится ему на бетонном полу в самом низу кабельной шахты. Данное событие замедлило продвижение наверх и последние метры дались куда трудней. Забравшись, Самонин с громадным облегчением повалился на бетон и долго приходил в себя от пережитого, унимая дрожь в теле. Наконец он встал и огляделся. Вперед уходил еще один туннель, как две капли воды похожий на нижнего собрата. Как жаль, подумал инженер, что из-за особенностей поведения электрооборудования вблизи поверхности Зоны, его вынужденно устанавливали в самом низу комплекса. Не будь ее, то не пришлось бы сейчас подниматься по мрачной шахте, где недолго и сорваться. Но оставив посторонние мысли в сторону, Алексей пошел вдоль толстых кабелей, облаченных в броню стальных проводов, обмотанных вокруг внутренних пластиковых кожухов для защиты от коррозии и прочих негативных факторов. В некоторых участках туннеля лампы освещения не работали и на помощь пришел ручной фонарик, предусмотрительно взятый инженером с собой. С его помощью более пристальное изучение туннеля выявило интересную деталь. На самом деле путь, по которому прокладывали кабель изначально предназначался совсем для иных целей. Собственно говоря это был обыкновенный коридор, выходы из которого намертво замуровали железобетонными стенами.

"Туннель должен быть изолирован от поверхности" - предположил Самонин, высвечивая фонарем стены. - "Но везде ли?"

Алексей каким-то шестым чувством догадывался, что ответ на этот вопрос должен быть где-то поблизости и ускорил свой шаг, позабыв о мерах предосторожности. Теперь он поочередно подходил к замурованным дверям по правой стороне коридора, где не тянулись кабели, поскольку там никаких дверей быть не могло. В этих поисках Самонина ожидало фиаско: ничего, отдаленно напоминавшего выход обнаружить не удалось. Кроме того, нескончаемый гул по мере продвижения по коридору постепенно усиливался и теперь довольно отчетливо слышался инженером. Ничем иным, кроме как работой той самой установки, о которой говорил Руденко, это не могло быть. До конца туннеля оставалось метров тридцать и даже при тусклом освещении ламп виднелась массивная дверь. Когда Самонин подошел к ней, то сразу обратил внимание на панель с десятью цифрами, от нуля до девяти, для ввода кода. В отличии от подобных дверей глубоко внизу, здесь отсутствовали электронные контроллеры из-за близости к поверхности, где воздействие аномалий на сложную электронику сказывалось куда существенней и по этой причине тут контроль доступа был сугубо механический. Попытка дернуть за вентиль справа от панели ничего не дала - дверь никак не поддалась. Первичное чувство надежды неуклонно сменялось разочарованием от полностью заблокированного выхода к аномалии, питавшей комплекс. С силой Алексей еще пару раз дернул дверь, но понял тщетность всех своих попыток.

- Должен быть выход, должен, - проговаривал он про себя. Облокотившись на вентиль, Самонин прислонился шлемом защитного костюма к преграде, ощущая легкую вибрацию, передававшуюся от нее. Алексей зажмурился.

"Не может быть... этого просто не может быть. Где-то совсем рядом выход есть, я знаю. Лучше ищи. Давай сначала. К аномалии ведут кабели, правильно? Правильно. Возле аномалии есть устройство, от которого по кабелям идет электроэнергия