Фантастика 2026-90 - Василий Седой Страница 15

Когда я замолчал, в зале стояла гробовая тишина. Спустя довольно приличный промежуток времени, тот же дядька спросил теперь уже у моего брата:

— Ау, а ты, что скажешь?

Честно сказать, я переживал, как-бы брат в силу своего стеснительного характера, не начал мычать и блеять. Но он меня удивил. Звонким, каким-то бесшабашным голосом, он произнес:

— А я помогу брату мстить. Всем, чем смогу.

Внушительный дядька поперхнулся, откашлялся и сказал:

— Вопросов больше нет. Вы можете идти.

Странно, конечно. Совсем по-другому я представлял подобные собрания. Судя по прочитанным книгам, все должно быть не так. Но не задавать же вопросы?

Мы, нигде не задерживаясь, покинули здание и сразу отправились домой. Только там смогли расслабиться и вздохнуть свободнее. Теперь оставалось только ждать.

Так до позднего вечера и маялись, успокаивая женщин, которые почему-то переживали больше нас. Я совершенно не переживал, наверное, потому что давно для себя все решил. При любом раскладе, этому уроду больше не придётся над нами куражиться. Глядя на моё спокойствие и безмятежность, братишка тоже забил на все переживания и занимался нарисованным мной подобием кроссворда, пытаясь его разгадать. В этот день мы так и не дождались известий. Дед с приставом, похоже, загуляли в дворянском собрании.

Утро получилось богатым на события. Наши защитники вернулись под утро, пьяными до изумления. Это не я так сказал, а Зинаида Николаевна выразилась. Я подумал, что раз вернулись поздно, то до обеда узнать ничего не получится. Ага, как же? Так им женщины и дали отдохнуть! Деда трогать не стали. А вот приставу пришлось вставать и, превозмогая головную боль, рассказывать все в подробностях.

Дед оказался не просто тем ещё жуком. Его можно назвать махинатором высшей степени. В борьбе за опекунство он совершенно не торопился выкладывать имеющиеся у него козыри. А они, как оказалось, были и в немалом количестве. Он спокойно дождался, пока нам с братом зададут вопросы, предполагая какой ответ мы дадим. Дождался, так сказать, определённого накала страстей. И выложил на суд собрания имеющуюся у него информацию. Ничего криминального, по мнению нынешнего общества, но переворачивающую все с ног на голову.

А всего-то и рассказал, что наш чудо-родственник проигрался в карты. Находящееся у него в распоряжении имение ему уже не принадлежит. Вот и решил поправить свои дела за счёт сирот. На крик, что это неправда, дед просто передал предводителю дворянства выкупленные им расписки. Собственно, на этом все и закончилось. Вернее, закончилось для нашего братца.

Опекуном нам назначили прадеда, а в попечительский совет ввели пристава. Так что пока у нас все хорошо, если, конечно, дед чудить не начнёт. Но, в любом случае, я теперь спокоен за семью. Если общий язык с дедом будет найден, и он согласится отпустить меня в свободное плавание, то буду думать, как быстро добыть стартовый капитал. Если при этом ещё и поможет на старте, не пожадничаю, и поделюсь кое-чем. А если все пойдёт по самому плохому варианту, и он попытается загнать меня в какие-то рамки, то одному мне будет проще решать свои дела, чем с грузом на шее в виде бабушки с братом. Да, просто сбегу, и до наступления совершеннолетия не вернусь. На этот случай тоже есть кое-какие идеи. Короче, будем посмотреть. Дальше все будет зависеть от поведения прадеда.

После завтрака на меня насели бабушка с Зинаидой Николаевной. Хитрый братишка не смог до конца разгадать кроссворд, и недолго думая, обратился за помощью к бабуле. А там и хозяйка дома подключилась. Общими усилиями они справились. Этого им показалось мало. Вот и пристали ко мне, уговаривая сделать ещё один. Очень увлекательным им показалось такое времяпрепровождение. Пришлось заняться, а, чтобы избежать подобных подстав от брата в дальнейшем, привлек к этому делу и его. Конечно, помощи от него немного. Но голову поломать ему пришлось. Будет наукой. Он далеко не дурак, поэтому, быстро вникнет в пословицу про инициативу и инициатора. Провозились с этим делом до обеда. Я слепил достаточно большой кроссворд. Надеюсь, что на сегодня дамам должно хватить.

Дед появился только к обеденному столу. Надо сказать, что обеды здесь приняты не в середине дня, как в будущем, а приблизительно часа в четыре вечера. Поэтому, дед успел нормально отдохнуть и немного отойти от вчерашнего. Он даже кушал с аппетитом, а во время этого действа всем своим показывал, что он ещё ого-го. Как в анекдоте, честное слово. Всё это смотрелось довольно забавно, и я с трудом сдерживался, чтобы не рассмеяться.

По окончании трапезы, как и предполагалось, состоялся серьёзный разговор, во время которого и стали решать, как мы будем жить дальше.

Понятно, что у деда других предложений, кроме, как то, что мы едем к нему, не было. В какой-то мере это правильно, за одним небольшим исключением. Я про себя, если что. Следует сразу расставить все точки и определиться в наших дальнейших взаимоотношениях. Пришлось спровоцировать его на серьёзный разговор здесь и сейчас. Поступил просто. Когда дед безапелляционным голосом заявил, что мы едем к нему и там все и решим, я, дождавшись согласных кивков бабушки и брата, произнес:

— Вот и хорошо, езжайте. Я теперь за вас спокоен буду.

Кто бы сомневался, что дед сразу же не начнёт наезжать:

— Что значит езжайте? Ты едешь вместе с нами.

Что и требовалось доказать. Я готовился к этому разговору, поэтому сразу спросил:

— Зачем?

Дед слегка потерялся от такого вопроса, но быстро взял себя в руки и сказал:

— Потому что я так сказал. Я теперь в ответе за вас и мне решать, что и как будет.

Всё-таки предсказуемый у меня прадед, хоть и продуманный до невозможности. Тот ещё интриган. Пробовать будет на прочность постоянно, поэтому расслабляться с ним нельзя. Пришлось отвечать немного провокационно, поэтому начал рассуждать как бы про себя:

— Очень интересно, а какое оно сейчас, рабство? Как и раньше было или изменилось? Сейчас при побеге принято в спину стрелять или сначала догонят, а потом вешать будут?

Надо было видеть глаза деда после моих слов. Понятно, что он тут же взорвался и начал мне выговаривать:

— Какое рабство? Ты хоть понимаешь, что ты несёшь? Как