Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный Страница 126

Я опустил голову вниз. Капли. Яркие красные капли на столе. Много капель и блестящие, искрящиеся на гранях излома осколки хрустальной стопки военинженера Кудинова. Однако, я силен! Стопку, в ладони, с оковкой, и в мелкое крошево. Левой рукой. Один раз на арене, только одно выступление… Неудобно получилось, раздавил я «память» Кудинова.

Но все же, как мне больно и жарко… И тошнит. Неужели началось? Или это все же та банальная простуда, тяжелая дорога, стресс, мысли дурные, ненужные воспоминания? Слабое самоуспокоение.

— Товарищ Гольба, я бы вас попросил! Елена Александровна, несомненно, сильно больна и ваши варварские методы здесь совершенно неуместны!

— Заткнитесь, Кудинов!

Сильные ладони обхватили мое лицо, рывком потащили вверх, под свет лампы.

— Ну, ты… Вы… Лена, как ты себя чувствуешь? Тошнит? Температура?

Ух ты! Лена! Лена, мля, полено! А глаза-то, какой тревогой наполнены! Искренней, неподдельной! Интересно, за что именно наш всегда хладнокровный Сашенька-Стилет так переживает — за меня или за дело, порученное ему?

Я неловко высвободил голову, тряхнул челкой.

— Все нормально. Дайте мне бинт и налейте этого вашего «курвуазье» из Жмеринки. Сперва мне на ладонь плесните, ранки промоем, а потом в стакан. Полный стакан.

— Вы уверены, Елена Александровна? — в словах Кудинова мелькнули нотки тревоги за меня и еле уловимой брезгливости. Ну, да! Не к лицу приличным барышням самогон стаканами хлестать, упала я в глазах товарища военинженера второго ранга, сползла с верхушки Олимпа.

— Я уверена, товарищ военинженер Кудинов! Полный стакан. И с «горочкой», если вас не затруднит и, если вы умеете. Мужчины, настоящие мужчины, они умеют.

Разумеется, он перелил. Не из такой бутыли «с горочкой» наливается. Обиделся. Я же не обращая внимания, грубо протянул руку и в несколько мелких глотков выпил жгучую дрянь. Тяжело отдышался, перемолол со скоростью пулемета огурец и выругался. Грязно, громко.

Так, с травмы руки, бессмысленного оскорбления Кудинова и ругани, начался мой запой, последствия которого я сейчас вспоминал. Не краснел и не скрипел зубами от стыда лишь потому, что уже откраснелось и отскрипелось пополной.

В первый день я больше не чудил, вел себя почти прилично — выпил, съел горький порошок из аптеки бронепоезда, покурил, пнул какой-то ящик и уснул. Спал крепко почти до полудня, лишь изредка просыпаясь от боли в ладони, да попить и справить естественные нужды. В ведро. Звонко журча и цепляясь за любые выступающие части. Ох, что-то это мне так напоминает…

Ах, да! Меня еще будили выпить отвар семян и поесть. Отвар пил, есть не стал, совершенно не хотелось, тошнило.

Второй день также начался с полного стакана и сигареты на голодный желудок. Потом снова свекольно-морковный сок, отвар семян льна, в обед картошка с мясом, тошнота, рвота, беспокойный сон. Температура скакала как лошадь с колючкой под седлом, заставляя меня то трястись от холода под кучей одеял, то в одной рубашке стоять у приоткрытой двери в вагон. Местный доктор, бронепоездный фельдшер, был мною послан далеко и надолго, с указанием точного адреса и слезной просьбой больше тут не появляться. Не появляться и не пытаться применить свои неимоверно малые познания. Пытаться лечить начальную стадию лейкемии аспирином и хинином! Назначить антибиотики совместно с алкоголем, ну не идиот ли он после этого? Нанесем двойной удар по печени! Борьба с болезнью и организмом будет беспощадна!

И его вовсе не оправдывает, что данная болезнь ему неизвестна. Сказано ведь было — заболевание не вирусное и к отравлению имеет лишь косвенное отношение. Почему косвенное и что такое вирусы? Потому! Все вопросы к Альфреду Херши! И именно Херши, а не «пепси» или «кола». И все, это без комментариев. Лучше налейте доктор еще полстакана! Что?! Тогда идите как вы доктор, знаете куда? В жопу идите, ко слону! Вы там точно поместитесь.

Доктор, обидевшись, ушел, а я продолжил пить. То же обидевшись. Так и не налил ведь, лепила армейский, пришлось вставать с постели и тащиться босиком к столу — рядом со мной, предусмотрительный Стилет, бутыль и стаканы не оставлял, только кружку с водой. Изверг.

На четвертый день нашего путешествия по бескрайним просторам страны, на стоянке, я обнаружил себя чинящим мотоцикл. Советами и мудрыми указаниями, как правильно держать гаечный ключ.

«Сижу тихо, никого не трогаю, примус починяю…». Или не так? А, не важно!

В общем, возглавил я процесс ремонта некого двухколесного чуда. Руководил энергично, с размахиванием руками, едкими комментариями и пространными разглагольствованиями. С душой участвовал, отрабатывал номер на полную, выкладываясь. Не стесняясь и выматериться, когда у механика срывался ключ или выскакивала из паза вредная пружинка дискового сцепления. А вокруг меня, почтительно храня молчание, возвышались механики с бронепоезда во главе с военинженером Кудимовым, бойцы ОСНАЗа, в количестве трех штук, их возглавлял филолог-убивец Феденька, и все слушали мои откровенно антисоветские высказывания о том, как можно испортить хорошую идею дебильным исполнением. И еще вредным желанием идти своим путем, а не по уже ранее проторенной другими дороге.

Ведь все гениальное просто, но желание усложнить неистребимо. А начало было преотличным, совершенно ничего лишнего не было в двухколесном механизме. Вся электрика, это лишь одно сухое магнето и лампочка в фаре. В обслуживании мотоцикл прост как утюг и так же не прихотлив. Передняя вилка рычажная, плюс рессоры и пружины. Задняя подвеска пружинная, демпфер — рама мотоцикла. Такова, вкратце, схема мотоцикла под название «Союз», производства завода «ОСОАВИА-ХИМ-1», элементарная до подозрения. Правда, привод на заднее колесо ременной, но вскоре бы додумались, не сомневаюсь, заменить ремень на цепь. Уникальный механизм по ремонтопригодности, так как данное достижение советской промышленности легко чинится в любой деревенской кузнице. За исключением мотора. Вот благодаря именно ему, этот агрегат до «ямах» и немецких «бээмвешек» не дотягивал, как воздушный шар недотягивает до нормального дирижабля с цельнометаллическим каркасом. Почему? Да потому, что как обычно, отметились мы своими новациями и внедрениями, испортившими неплохую начальную компоновку, пусть и немного содранную с баварского R 32. Ну да, ну да, именно его я прочу в прародителя этого первого мотоцикла страны Советов. И, разумеется, никто не воровал идеи, и данный механизм разработан нами самостоятельно, без каких-либо заимствований. Угу, без нормального проектного бюро, грамотной техслужбы, без стенда. С одним ужасным двигателем, который чуть не разлетается на куски при вибрации.

Нет, не понимаю я эту страсть, сделать пусть и хуже, но свое. Возьми чужое, да переделай чуть дизайн и