Эра скорпиона. Том 2 - Егор Серебрянский Страница 12

— Благодарю! Ты только что внес неоценимый вклад в прогресс магической науки в моем лице!

И гордо пошагала по аллее. К ректору я, конечно, не пойду, но моя задача выполнена и ближайшая цель намечена. Кстати говоря, опешивший парень напомнил мне об осторожности — волосы надо все-таки или распускать, или закалывать шпильками, в ином случае я слишком сильно выделяюсь на фоне прочих студенток. Просто в этот раз поторопилась сбегать туда и обратно, но отныне такой оплошности не допущу.

Передав Кею и Руперту информацию, я засела за упражнения по укреплению разума — рекомендации Лиама требовали немедленной практики. Брат обижался на меня за ночную отлучку, словно я была обязана при похищении его разбудить и все объяснить, а не являться под утро в мужском пиджаке, но его негодование разбилось о привычную заботу:

— Мина, не переусердствуй. Ты очень много тренировалась, твои каналы сильны, а контроль ты развила до предела. Но гнать лошадей ко второму рангу не нужно, иначе свалишься с ног от переутомления.

— Не переживай, мой дорогой, я хорошо себя чувствую, — заверила я, ничуть не солгав.

Вот только посреди ночи проснулась от нарастающих ощущений. Вначале решила, что простыла, так меня знобило. А потом внутри груди возник огненный комок — он начал разрастаться, вынуждая меня метаться по кровати от боли. Кей, конечно, проснулся первым и подбежал ко мне, хотя говорил сдержанно — он обычно в самых критических ситуациях не поддавался эмоциям:

— Что происходит?

— Не знаю, — просипела я. — Меня трясло, а потом

Он приложил ладонь к моему лбу и покачал головой в сторону. Там, оказывается, уже стояла полуголая Татья. Руперта тоже разбудили, он недовольно пробурчал, усаживаясь мне в ноги:

— Может, это просто переход в следующий магический ранг? Приятные, хотя и слишком острые ощущения, через пару минут пройдут.

Приятной я эту боль никак не могла назвать. Она уже распространилась из груди в горло и живот, а потом по каждому каналу потекла лавой. Меня будто заживо варили в кипятке, но я всеми силами пыталась не терять связи с реальностью. Татья суетливо накидывала одежду, говоря:

— Не отходите от нее, я за лекарем!

— Нет, — неожиданно сухо остановил ее Кей. — Это точно переход, у меня было так же — наверное, семейное.

Я знала, что он врет, но не понимала зачем. А Татья остолбенела:

— Ты сейчас издеваешься, или вы на самом деле родня?! И мне насрать, как было у тебя, если девчонка сейчас помрет только потому, что мы мешкали!

Кей секунду поразмыслив, кивнул, но все равно не позволил Татье уйти:

— Я сам отнесу Мину в лекарскую, так будет быстрее.

Он завернул меня в одеяло, вздернул на руки и побежал на выход. Но уже на улице свернул в противоположную сторону, за углом осел на землю и уложил меня к себе на колени. Снова прижал пальцы ко лбу, но промолчал. Наверное, не было никакой лихорадки или малейших внешних признаков болезни, однако внутри у меня пламя выжигало орган за органом, сосуд за сосудом. Я с трудом приоткрыла глаза и посмотрела на брата — хотела спросить, почему он не несет меня в здравницу, ведь дело действительно плохо, но не смогла выдавить ни слова. Кей просто угадал мои мысли:

— Нельзя. Держись, хорошая моя, просто держись. Это точно переход, просто какой-то другой. И я понял, почему так происходит — из-за грязной маны. Она сейчас или выгорит в тебе, или убьет Но если лекари узнают, то тебя сразу же устранит Гельт. Ему не нужны проблемы Понимаешь, сестренка? Я рискую твоей жизнью, чтобы дать тебе шанс выжить.

Я впервые видела, как он плачет, — бесшумно, без лишней мимики, даже не замечая того. Доводы до меня дошли, и значит, мне придется победить эту жуть самой. Он вынес меня из спальни подальше от Руперта и Татьи — им не стоит знать, ведь чем больше людей посвящены в тайну, тем сложнее ее сохранить. Я закрыла глаза, поскольку так утопать в невыносимой боли показалось проще. Кей целовал меня в щеку, в висок, оставляя мокрые следы слез на раскаленной коже, и постоянно подбадривал:

— Борись, сестренка. Ты очень сильная — ты сильнее всех на свете. Пожалуйста, я очень тебя прошу, не сдавайся

В итоге я то ли потеряла сознание, то ли уснула, но даже сквозь пелену продолжала ощущать невыносимый жар.

***

Открыла глаза утром в собственной постели. Кей тотчас подался ко мне — он сидел рядом с кроватью всю ночь и держал меня за руку, боясь пропустить момент пробуждения или окончательной трагедии.

— Как себя чувствуешь?

Я прошлась вниманием по всему телу. Удивительно, но у меня ничего не горело и даже не ныло, словно все страдания приснились в диком кошмаре. Резко сев, я подняла ладони и пошевелила пальцами, а затем и ногами, пытаясь отыскать хотя бы остатки дискомфорта.

— Отлично, — ответила я. — И это не шутка, Кей! Я чувствую себя лучше, чем вчера, когда укладывалась спать!

Руперт подал голос со своей кровати:

— Впервые радуюсь, что я не из вашей пропащей семейки. Ну их, такие сложные переходы. У нормальных людей это несколько минут блаженства, а она тут настоящий цирк устроила.

Татья тоже уже была совершенно спокойна:

— Ну и славно. Хотя меня до сих пор трясет от мысли, что лекарь просто выдал Мине снотворное и отправил обратно. А если бы не помогло? А если бы ситуация ухудшилась? Сразу ясно, что наши жизни здесь и медяка не стоят!

— До тебя это только сейчас дошло? — гоготнул Руперт.

Кей помог мне подняться и подал одежду, все еще постоянно косясь на мое лицо. Но в беспокойстве нужды не было — я действительно стала будто сильнее и легче. Никто не ожидал, что я так быстро достигну второго ранга, а я сумела! И сейчас в самом деле осознавала то, что Руперт и Кей на словах объяснить не могли. Интересно, а мой преждевременный переход не был ли спровоцирован поглощенным эфиром? Да, грязным, но в нем же и усиливающие свойства должны содержаться. И еще любопытнее — выгорели ли все примеси, раз я все-таки выжила? Или теперь каждый новый ранг мне будет даваться настолько же сложными ночами? Что ж поделать, один раз пережила и дальше справлюсь, ведь теперь понятно, что мучения конечны и в