Фантастика 2025-197 - Семён Нестеров Страница 119

запретили впускать обратно в лагерь сбежавших на болота рудокопов. Да и сами они не спешили возвращаться, потому как дорога между лагерями шла вдоль леса, полного хищных зверей. Всё это привело к тому, что о судьбе ушедших в секту можно было узнать лишь от послушников, торгующих в лагере. Самих же отважившихся уйти никто не видел, что так или иначе питало миф об исчезновениях.

Благодаря таким простым мерам отток рудокопов снизился — люди просто не знали кому верить и боялись рисковать. Как говорится, лучше синица в руках, чем журавль в небесах. Осуждённых из-за барьера присылали с завидным постоянством и, в итоге, в колонии установилось шаткое равновесие: количество сбегающих в Болотный и Новый лагеря с лихвой покрывалось новоприбывшими, а учитывая периодические нападения ползунов, обвалы в шахтах, смерти от болезней, убийства и прочие бедствия, население колонии в целом практически не росло, да и слабо менялась численность лагерей.

Замысел магов воды и генерала Ли во многом оправдал себя. Часть заключённых смогла, действительно, начать новую жизнь на рисовых полях и, если не брать в расчёт некоторые тонкости местной жизни, их быт мало чем отличался от быта обычных крестьян Миртаны. Те, кому не нашлось места на поле, или чей темперамент не позволял вести мирную жизнь, примыкали к «ворам» Ларса, промышляя охотой и грабежом. Совсем конченые головорезы вовсе не ужились в цивилизованных поселениях и обосновались где-то в горах на севере. Из-за них была масса проблем, так как большую часть совершаемых ими налётов Гомез, не раздумывая, приписывал Новому лагерю. К счастью, шпионы чаще всего развеивали иллюзии рудного барона по этому поводу, и лишь это удерживало хрупкое перемирие.

Как я уже упомянул, Лестер позвал меня на дружескую встречу. Место было удобным во всех отношениях, особенно для меня, ибо располагалось совсем рядом с пещерой Кавалорна, куда вёл мой камень телепортации. Благодаря этому я мог ненадолго отлучиться из замка, встретиться с товарищами и вернуться обратно. Для остальных дорога была более утомительной — особенно для Лестера. Но и у него часто были дела в Новом лагере, куда он мог отправиться вместе с Горном сразу после встречи.

Я прибыл на место ровно в полдень, как и было назначено. Вечером встречаться не хотелось, потому что моё позднее отсутствие, в отличие от дневной прогулки, могло вызвать подозрения Корристо, а рассказывать про друзей мне совсем не хотелось — учитель не одобрит, что я поддерживаю отношения с осуждёнными преступниками. Когда я подошёл, Диего сидел у всё никак не разгорающегося костра.

— Хоть кому-то знакома пунктуальность, — улыбнулся следопыт.

Не уверен насчёт Лестера, но, пожалуй, не умеющий даже читать Горн, едва ли знал значение такого длинного слова. Я не стал говорить это вслух, чтобы не показаться заносчивым, лишь улыбнулся и поздоровался в ответ.

Из-за ночного дождя дрова отсырели и никак не хотели вспыхивать, горела лишь аккуратно собранная призраком берёзовая кора. Я не удержался, достал руну и сфокусировал огненный шар в центре сложенной из поленьев конструкции. Дерево зашипело — жар раскалённой плазмы вмиг выпарил из него воду и через несколько секунд огонь взметнулся ввысь яркими всполохами.

— Ну что это такое! — заворчал Диего, — опять ты балуешься! В таком темпе всё прогорит быстрее, чем наши друзья успеют дотащить сюда свои ленивые задницы. Между прочим, я эти дрова всю дорогу собирал. Так что теперь твоя очередь искать топливо. Похоже, придётся срубить вон то засохшее деревце, — показал следопыт на нависавшую над рекой иву, от которой остался лишь голый ствол с несколькими нелепо торчащими ветками. Скорее всего, шныги подточили её корень, как они часто делают по непонятным причинам, ведь они всё же хищники, а не древоточцы.

— Думаю, эта работёнка впору Горну, а не мне, — возразил я, — в моих силах разве что превратить эту несчастную иву в горстку пепла. А костёр разом не прогорит — я лишь временно увеличил мощность.

— Не морочь мне голову. Я уже успел заметить, что ваши фокусы мало способствуют выживанию и придутся по вкусу разве что любителям угольков.

— Тут я спорить не буду. Корристо недавно рассказывал мне, как он совершал паломничество в пустыне. Вот уж где вся огненная магия не стоила и ломанного медяка.

— Ошибаешься, друг, — возразил Диего, — в Варранте бывают очень холодные ночи, когда не мешало бы развести костёр побольше и согреться. Но вот с дровами там беда, не то, что здесь — руби не хочу, куда не глянь — везде лес.

— Ты бывал в Варранте? — удивился я.

Диего тяжело вздохнул и перевернул палкой плохо лежащее в костре полено.

— Дожил до того, что меня спрашивают, бывал ли я на своей родине.

— Ты родом из Варранта? Но у ассасинов совсем другой диалект, а у тебя нет ни малейшего акцента! А на кочевника ты уж совсем не похож.

— Эх… не хотел ворошить былое, но, чую, ты теперь так просто не отстанешь. Да, я родился в Варранте, в вольном городе Мора Сул. Моя семья занимала высокое положение, наши караваны расходились по всему изведанному миру, а зафрахтованные суда доплывали аж до Южных островов. По крайней мере, так было до того момента, как Зубен высунул нос из своей конуры. Многие годы соседство с Иштаром не мешало вести бизнес. Мы поставляли в закрытый город ресурсы, рабов, продовольствие. Они платили нам различными артефактами, зельями, предметами искусства или просто золотом. В общем, ничего необычного. Но однажды к моему деду, который был тогда главой семьи, пришли странные посланники и сделали предложение, от которого, по их мнению, невозможно было отказаться. Но мой дед отказался. Дело было в том, что Зубен объявлял себя правителем всего Варранта, требовал повиновения, рекрутов для войска и выплату дани. Моя семья, как и некоторые другие влиятельные рода Мора Сула, послали этих шакалов с таким предложением обратно к их любимому Белиару.

— Нам нечего было бояться, — продолжал Диего, — ты бы видел мой родной город! Он стоит на естественном укреплении — выветренной в пустыне отвесной скале. Вокруг даже нет нужды строить стены, всё равно пройти можно лишь по узкому подъёму, который очень хорошо защищён. Десяток лучников может сдерживать в сто раз превосходящую армию до тех пор, пока не кончатся стрелы. Воды и продовольствия у нас было в избытке, глубокие колодцы снабжали весь город, и даже оставалось скоту и на полив финиковых пальм. В общем, другого подобного места не сыскать на всём белом свете — настоящая жемчужина пустыни. И Зубен посмел выдвигать нам