Фантастика 2026-2 - Олег Велесов Страница 118

Я, разумеется, участвовать в мероприятии не собирался. На фига оно мне? Был я там, не понравилось, лучше уж к зрителям. Сидя в камере посмотреть шоу вряд ли получится — планшеты отобрали, телевизора нет — но срок мой заканчивается аккурат к финалу трёхдневного празднества, так что успею глянуть, чем там сердце успокоится.

Мозгоклюй заметил меня. Впился взглядом, побледнел, и не поймёшь сразу: обрадовался или испугался.

— Привет, — подмигнул я.

— Ты опять здесь, — это был не вопрос, а утверждение.

Мисс Лизхен отреагировала однозначно издевательски.

— Ох ты, снова это чудо. Надеюсь, тебя на трансформацию приготовили.

— Увы, — состроил я грустную физиономию, — всего-то на принудиловку. Через пару дней отпустят.

— Жаль, — судя по тону, мисс Лизхен действительно было жаль. — Интересно было бы посмотреть, в кого ты трансформируешься. Наверняка, в какого-нибудь язычника. Такое дерьмо во что-то более приличное трансформироваться не в состоянии.

Не знаю, как вообще возможно трансформироваться во что-либо приличное, ибо твари сами по себе не могут быть чем-то приличным, поэтому я показал ей средний палец, на что она изобразила презрение и отвернулась.

Отобранный материал увели. Возле решётки на секунду задержался Матрос, покачал головой и тоже ушёл. Камера опустела на треть. Но это ненадолго, завтра ретивые охранники вроде Ковтуна, пополнят наши ряды.

Утром я надеялся снова отправиться в обход ямы с метлой в руках. Работа пыльная и нудная, но физически не тяжёлая. Однако сегодня распределением командовал Матрос. Он назвал десяток номеров и среди прочих мой. Через галёрку, нас провели в боковой проход, в конце которого находилась спусковая площадка на нижний ярус. Внизу суетилась целая команда в чёрных халатах и с логотипами ямы на груди. Нам выдали кожаные фартуки и респираторы. Четверо охранников упакованные по полной программе, встали по бокам. В груди заныло: что ещё за новшество? Воображение выдало ряд картинок, в каждой из которых меня либо скармливали тварям, либо самого превращали в тварь. Хотя глупость, конечно, на кой тогда дали респираторы? Нет, тут что-то другое.

Матрос прояснил ситуацию:

— Идёте на разделку. 240.127.188, ты со мной.

Он обратился ко мне по номеру, а не по имени, как к заключённому. Неприятно, потому что после того разговора во время рейда, я начал испытывать к нему симпатию: ещё не друзья, но уже не враги. Но может быть это такая замысловатая интрига, чтобы остальные не догадались, что мы отныне из одной команды.

Мои сокамерники уже знали, что такое «на разделку» и уверенно направились по широкому штреку вглубь яруса. Охрана осталась на месте, значит предназначалась она для каких-то других целей.

— Семён Игоревич велел показать тебе процесс сушки, — сказал Матрос.

— Зачем?

— Не ко мне вопрос, я лишь выполняю приказ. Пошли.

Странные идеи у Дряхлого. Мне уже доводилось видеть, как сушат тварей. Сначала Старшина, потом редбули продемонстрировали всё в мельчайших подробностях. Но, видимо, на ферме это происходит как-то иначе. Хорошо, посмотрим, всё равно мне здесь ещё двое суток топтаться.

Мы прошли к широкой хорошо освещённой площадке. Справа стояли два длинных стола из нержавейки, мои сокамерники уже заняли позиции рядом с тесаками в руках. Возле узкого прохода, перекрытого металлической плитой, расположились двое фермеров. Кто бы не прошёл через проход, он сразу попадал в тесную клетку. Рядом находился цилиндрической формы агрегат в паутине пластиковых трубок. Каждая заканчивалась длинной иглой. Стационарный нанокуб.

Матрос кивнул:

— Начинайте.

Плита отъехала в сторону, открывая проход в яму. То, что это именно яма, сомнений не возникло. Звуки и запах, рванувшие изнутри, иных мыслей не навевали.

Некоторое время ничего не происходило. В открывшемся отверстии мелькали тела — сплошное мельтешение тел. Показалось или нет, но я заметил несколько детёнышей. Господи, они здесь ещё и размножаются! Если кого-то до сих пор интересует вопрос, есть ли жизнь после смерти, то вот он ответ: есть. То, что когда-то было людьми, умерло и возродилось в бесенячьем обличье. Трижды правы те, кто утверждает, что ад находится на земле, а я теперь даже знаю, в каком именно месте он находится и как точно этот ад называется.

В проёме показался язычник. Он вошёл пригнувшись, опираясь передними лапами об пол, осмотрелся. Я приготовился услышать визг и приоткрыл рот, чтобы снизить давление на перепонки, но язычник лишь клацнул зубами и, выпрямившись, шагнул в клетку. Взгляд безвольный и не враждебный, хочешь — подойди и погладь, не укусит. Фермеры, ничуть не боясь, нацепили ему на запястья и лодыжки кандалы и закрепили на прутьях клетки.

Плита вернулась на прежнее место, перекрывая проход, и язычник как будто проснулся. Забился в истерике, взмахнул лапами. Но цепи держали крепко, не вырвешься. Когда он осознал это, резко плюнул языком в фермера. Костяная бритва пролетела сквозь прутья решётки, нацеленная в лицо. Фермер как будто ждал удара. Сместился в сторону, перехватил язык рукой и дёрнул на себя. Язычник заверещал, а фермеры споро принялись втыкать иглы ему в вены. Цилиндр загудел, заработала центрифуга, выкачивая кровь из твари на живую.

— Так больше нанограндов выкачаешь, — негромко пояснил Матрос.

— Догадался, не маленький, — буркнул я. — А фермеры твои под дозой?

— По-другому нельзя, ситуации разные случаются.

Тело язычника задёргалось; он ослаб, упал на колени. В глазах ещё теплилась жизнь, но её огонёк неумолимо гас. Нанокуб зашипел, сбрасывая давление вместе с чёрной жижей отходов, и один из фермеров махнул рукой:

— Забирайте.

Передняя дверца клетки открылась, туша вывалилась на пол. Принудильщики зацепили её крючьями и затащили на разделочный стол. Застучали тесаки. Ничто не должно пропасть зря: кровь людям, мясо тварям.

— Тридцать карат, — сообщил тот же фермер.

Это почти вровень с дикарём. Метод сушки на живую реально выгоден, и не так опасен.

Следующим стал подражатель. Я ещё ни разу не видел его так близко, вплотную. Тварь более чем неприятная. Рыжик назвал его упырём. Да, так и есть — упырь. Тело тощее, живот выпуклый, как у любителя пива. Голова круглая, узкий лоб, узкие глазки, выступающая вперёд массивная челюсть. Зубы мелкие острые, кожа бледная, с глубокими складками, почти синюшная, да и весь вид как у утопленника. На пальцах кривые когти, которые, по утверждению того же Рыжика, рвут броники как бумагу. Наверняка бригадир преувеличил способности твари, но вряд ли