Эпоха Опустошителя. Том XII. Часть II - Вел Павлов Страница 11

Завидев столь непонятный жест глаза горгоны резко расширились, а Дракон Ксанта так и продолжал находиться к нам спиной.

— Боюсь, Кайсанари, в покои к Морриган смогу войти лишь я, ты и Последователь Проклятых. Остальным придётся остаться здесь, чтобы не пострадать.

— Ты хочешь… увидеть мать? — ошарашено вопросила девушка будто услышала нечто пугающее. — Ты же знаешь, что не сможешь находиться рядом с ней слишком долго. Даже Ранкару придётся соблюдать безопасность!

Безопасность? Мне? Они издеваются, что ли надо мной?

— На пару минут моих сил хватит, — невозмутимо отчеканил Данакт, с силой толкая каменные врата и тем самым делая движение вперед. — А больше мне и не нужно.

Напоследок я бросил краткий взор на тех, кто остался позади и неспешно шагнул вслед за взволнованной Кайсой. Честно признаться я ожидал разного, но мир за вратами и здесь в корне разнился. Не сказать, что увиденное шокировало меня, но непонятный осадок всё-таки образовался. Я прекрасно знал, что любая великая сила обладает баснословными богатствами и средствами, но то, что скрывалось здесь могло повергнуть в шок очень многих.

Риарит находился повсюду. Стены, полы, потолок и даже толика скудной мебели в холле, всё было сотворено из материала, который подавлял и поглощал магию. Впрочем, помимо риарита многое здесь создали и с помощью иллириума с харалугом. Подавляющие артефакты-статуи с множеством барьеров и массивов попадались на глаза практически повсеместно. Вот только при каждом шаге вперед организм ощущал странную тяжесть. Голова, плечи и руки будто становились свинцовыми. И в одно из таких мгновений я стал ловить себя на мысли, что было бы неплохо просто… замереть. Впрочем, сия проблема оказалась почти сразу же решена.

Жажда Опустошителя. Первый эшелон…

Потоки в груди тихо зароптали в едином и слаженном ритме, а неизвестная тяжесть моментально сошла на нет. Холл простирался на добрые пятьдесят метров, но в его конец нам идти не пришлось. Данакт круто повернул направо и резко остановился у закрытых риаритовых дверей.

На миг почудилось, что в глазах у Дракона Ксанта промелькнуло сожаление, отчего он замешкался, но то самое сожаление вмиг исчезло, когда мужчина потянул риаритовую ручку на себя и неторопливо прошел внутрь.

На фоне холла комната показалась мне еще больше. Всё тот же риарит и скудно подобранная мебель. Лишь необычайно огромная кровать выделялась на общем фоне. В полумраке помещения я вначале не заметил Морриган и принял её за каменную колонну в углу, но когда изваяние шелохнулось и раздалось тихое нарастающее шипение всё встало на свои места. Теперь мне стало понятно почему кровать была столь огромной — Морриган уже давно перестала быть человеком в том образе, в каком я привык видеть горгон.

От человеческого у неё остался только торс, а хвост женщины простирался на несколько метров прочь и скрывался во мраке помещения. Лицо и глаза могущественной горгоны скрывала маска и лоскут ткани, а чешуйчатые руки, тело и даже хвост были полностью обвиты кольцами и украшением из всё того же многострадального риарита и иллириума.

И чем дольше я наблюдал за женщиной в углу, тем больше укреплялся в мысли, что Морриган ограничивала себя так, как только могла. И нечто мне подсказывало, что прямо сейчас перед собой я видел одно из могущественнейших существ Вечного Ристалища, ведь протест в её присутствии тихо пульсировал. Впрочем, активизировался не только он.

Предлагаю… сожрать… сучку… В… ней… заключено… очень… много… мощи…

Уткни хлеборезку!

Никчёмная… тряпка…

Лоскут ткани на прикрытых глазах Морриган вдруг с интересом скользнул по мне, после та обнажила слабую улыбку, когда воззрилась на дочь, а под конец перевела своё лицо на Данакта.

— Значит, ты всё-таки пришел.

На удивление мягкий и слегка грудной голос столь устрашающего существа не клеился с её габаритами.

— Я дал слово и готов его сдержать, — смиренно произнес Дракон Ксанта, а затем неторопливо стал приближаться к горгоне. — Хотя бы в последний раз.

— Как понимаю, час пробил? — спокойно отметила женщина и неторопливо поползла навстречу.

— Да, время пришло, — тихо рассмеялся бывший глава, продолжая идти вперед, а после поднял взгляд на мать Кайсы. — Должен сказать тебе, Морриган, что ты так же прекрасна, как и в тот день, когда я встретил тебя.

— Лесть не спасёт тебя, — колко усмехнулась та.

Лишь через пару секунд я начал осознавать, что Данакт стал замедляться, а его стопы медленно каменели. Правда, замедлялся он не по своей воле, а из-за губительного влияния способностей горгоны. Теперь мне стало понятно, почему я ощутил ту тяжесть. Морриган не пыталась ограничить себя, она просто, как и я, не могла контролировать свои возможности до конца. Именно потому тут было столько риарита.

— Отец! Мама! — вдруг прокричала встревоженно Кайса. — Что тут происходит⁈ Что вы делаете?

— Ты плохо слушала меня, Кайсанари? — строго выдал Данакт, не глядя на дочь. — Это было предначертано еще задолго до твоего рождения.

— МАМА, ОБЪЯСНИ ХОТЬ ТЫ, ЧТО ТУТ ТВОРИТСЯ⁈

— Тут нечего объяснять, шипучка, — с виноватой улыбкой произнесла Морриган, медленно снимая с глаз риаритовую повязку, а её хвост стал быстро обвиваться вокруг тела мужчины. — Просто пришел час расплаты. Ты прекрасно знаешь, что мне пришлось пробудить свою кровь и принять такой облик, чтобы защитить Ксант от гибели. Но ты не знаешь того, что твой отец должен будет умереть в тот день, когда ты станешь новой главой дома. В прошлом Данакт совершил огромное количество непростительных грехов, и я не хочу, чтобы его кровь обагрила твои руки.

— Удачи, Кайсанари, — вдруг с тёплой улыбкой прошептал Дракон Ксанта, поднимая лицо на Морриган. — Теперь я уверен, что ты станешь сильнейшей главой нашего дома.

— СТОЙ, МАМА, ПОЗВОЛЬ МНЕ…

Кайса попыталась рвануть вперед, но в этот момент моя рука мёртвой хваткой легла на её плечо. Свой остервенелый взгляд та обратила на меня, а я в это время преспокойно наблюдал за тем, что творилось впереди.

— Не смей им мешать. Запомни, Кайса, без прошлого нет будущего. Это их выбор. Их прошлое.

Данакт широко улыбался, глядя на Морриган, которая неспешно разлепляла веки, а на лице взрослой горгоны царила только горечь и печаль. Женщина лишь наполовину приоткрыла глаза, но Дракону Ксанта подобного хватило с лихвой. Ядовито-изумрудная ослепительная вспышка озарила разом все покои. Всплеск света заставил прищуриться не только меня, но и Кайсу, а когда наше