Сорок третий – 4 - Андрей Борисович Земляной Страница 11

Ардор спал два часа, в маленькой комнатке, с плотно занавешенными окнами, а остальное время провёл в медитации, приходя в состояние полной мобилизации и контроля.

Глава 4

Ингро постучал в дверь гостевого номера гостиницы Генштаба и, когда Ардор открыл, бросил без приветствий:

— Началось. Сольм полтора часа назад вышел из дома, предварительно через служебный канал оформив срочную коррекцию маршрута по одному из узлов. Мевор с вечера сидит на «Восточном», речной порт уже шевелится. И самое интересное — там появился человек с тростью.

Сон исчез мгновенно.

— Ахор?

— Пока «похожий на Ахора» Наблюдатели едва засекли. Но если это не он, то у нас в стране неожиданно развелось слишком много мужчин с дорогими тростями и дурными привычками к прогулкам по ночным складам.

«Восточный парк» ночью был красив по-своему. Не в смысле природной красоты, а как большой, тяжёлый механизм, не спящий никогда. Вязь мостовых переходов, свет, сверкающие серебром рельсы, пахнущая тиной речная вода, огромные портовые краны, скрежет и звон металла, лязг сработавших вагонных сцепок, мат грузчиков, и громкие команды диспетчеров через репродукторы, и сотни прожекторов, превращавших ночь в день.

И именно в таких местах обычно и происходит всё по-настоящему важное.

Не в кабинетах с коврами, и не на баллах и в салонах, а здесь — где всё что нужно прикрыто шумом, техникой, усталостью и случайной поломкой.

Груз пришёл в порт в 04:25, на военной барже и краны сразу стали снимать контейнеры. Колонна грузовиков для перевозки зашла ровно так, как и планировалось. Пять трейлеров для перевозки контейнеров, пара лёгких броневиков, десяток солдат, два сопровождающих офицера и один представитель транспортной службы министерства без погон, но с бумагами, и пломбами.

Замотанный до крайности лейтенант специально выбранный за редкую способность выглядеть так, будто он в любой момент готов умереть от печати не той формы, проверил документы и все нужные отметки, включая секретные.

Первый этап прошёл гладко, а вот на втором, когда один из ящиков должен был «зависнуть» из-за несовпадения пломб, атмосфера сразу изменилась.

Это не объяснить словами, и не разложить инструкцией. Просто люди, способные видеть опасное движение в общей массе, чувствуют такие вещи кожей.

Один диспетчер слишком быстро бросил телефон, подскочив к окну, чтобы лично разглядеть в ломком свете прожекторов что там внизу творится, техник у рампы, послушав свою рацию, часто стал оборачиваться на диспетчерскую вышку, а на мостике вокруг неё появился Мевор.

А ещё через три минуты, через двери на верхнем уровне старого технического перехода, на мостик ведущий к диспетчерской возник Ахор.

Теперь уже без сомнений.

Светлое пальто, резная тяжёлая трость, высокий, тонкий силуэт и походка не как у чиновника и не как у частного наблюдателя, а как у человека, не желающего пачкать руки, но считавшего всё вокруг своим личным пространством.

Волкодав, сидевший рядом с Ардором в бетонной нише между старой щитовой и неработающим грузовым лифтом, тихо сказал.

— Вот и тварь.

— Не дёргайтесь, — ответил Ардор.

Потому что самое важное предстояло впереди.

Ящик действительно завис, и лейтенант сразу взмок от того что план медленно стал крениться, грозя похоронить под своими обломками всех причастных. Диспетчерская загудела и Мевор спустился на уровень ниже, вступив в разговор с диспетчером узла.

И вот тут Ахор сделал то, на что и был расчёт — он двинулся сам. Не вниз, конечно, но достаточно, чтобы войти в прямой контакт.

Подозвал Мевора и тот поднялся к нему, они обменялись несколькими короткими фразами, после Ахор, слегка опираясь на трость, повернул голову и сделал знак ещё одному человеку, до этого стоявшему в тени стеклянной перегородки.

А вот этого человека Ардор раньше не видел.

Средний рост, плотный, одет в серый свободный костюм и свободный плащ, круглое полноватое лицо служебное до полной безликости, но на лацкане — значок министерства.

Не путей, а другого.

— Это уже не транспорт, — очень тихо сказал офицер Канцелярии.

— Да, — так же тихо ответил Ардор. — Это кто-то от структуры контроля и безопасности. Значит, дым пошёл выше, чем мы ожидали.

И в этот момент всё словно включилось и очень быстро.

Ахор, видимо, решил, что задержка с ящиком выходит за рамки допустимой красоты, и дал прямую команду. С нижнего уровня к грузу двинулась «техническая группа» — трое рабочих в жёлтых жилетах и один в белом — мастер. Не для проверки. Для силового решения, чтобы продавить окно вживую.

— Всё, — сказал Ардор. — Поехали.

Волкодав уже шептал в канал:

— Начали! Первый. Второй. Третий. Работа. Ахора живьём любой ценой. Мевора брать на выходе. Нижнюю группу — на моменте контакта. Никого не выпускать вверх, иначе уйдут.

В «Восточном шлюзе» внезапно погасли прожекторы в секторе Б-4. Сразу включились лампы аварийного освещения только этого оказалось достаточно, чтобы у гражданских специалистов провалился ритм, и они встали, испуганно озираясь вокруг.

А вот у контрразведки и силовиков, наоборот, всё стало проще.

Три группы вышли одновременно. Одна — к нижней технической четвёрке, вторая — на административный мостик, третья закрыла внешние выходы.

Ахор оказался быстрее, чем хотелось.

Не в смысле бега, а в смысле понимания ситуации и точности оценки. Люди, слишком долго живущие внутри многослойных схем, начинают чувствовать проблему раньше, чем она становится видимой остальным. Не по вспышке света, или крику снизу, не по броску вооружённых людей. А по самому пространству. По тому, как ломается ритм, как на полсекунды сбивается чужая уверенность и тишина вдруг начинает звучать не так.

Именно это Ардор увидел в его лице в тот миг, когда на секторе Б-4 вырубилось освещение.

Ахор не стал орать, не метнулся, как испуганный таракан, а просто сразу поняв, что это не техническая авария, начал уходить. Очень грамотно, не вниз, к суете вагонов и контейнеров, и не в теснину подземных ходов, а вглубь верхнего контура, туда, где змеились старые переходы, технические мостки и служебные двери давали шанс раствориться среди тех, кто через минуту будет клясться, будто вообще никого не видел.

Прогремели выстрелы, но не от Ахора, а со стороны его сопровождения.

Тот самый плотный человек с министерским значком, до этого стоявший в тени, выхватил короткий пистолетный метатель и успел дважды полосонуть короткими очередями в сторону широкой металлической лестницы, откуда поднималась группа Генштаба.

Бил грамотно, не на убийство на задержку и выигрыш во времени.

Обе очереди