Фантастика 2024-158 - Андрей Третьяков Страница 109

По мере слов императора старик всё больше смурнел и хмурился. А когда услышал про фамилию, вскинулся и возразил:

— Ты же сам, твоё величество, говорил, что тонкое место находится под протекцией короны! А значит, наоборот, там нужен кто-то с такой фамилией, чтобы весть о защите разлетелась как можно дальше и быстрее. Одно дело — имперская СБ в охране, и совсем другое — личный представитель императора. Кстати, нужно быстрее известить общественность, что в этом провале найдены стратегически важные ресурсы, это станет хорошим обоснованием появляющихся товаров. Жаль, что образцов не догадался прихватить, уже можно было бы и экспертизу заказать.

— Во, молодец! — отозвался глава государства. — С ходу в работу включился, одобряю. Засим встречу, думаю, можно закончить, дальше сами разберётесь. И без конфликтов!

— Да, ваше величество, — старик вскочил и слегка поклонился.

Я повторил то же самое, только поклон вышел намного глубже, как положено. После чего дед, не глядя на меня, двинулся к выходу. Пройдя мимо гвардейцев с алебардами, он повернулся в мою сторону.

— Ну что, будем работать вместе? Твой номер мне сейчас пришлют, а тебе — мой. Завтра вылетаем в Сочи. Будь готов, по дороге пообщаемся поближе, хотя ты мне и не нравишься. Молод слишком для таких дел!

— Поверьте, Антон Сергеевич, это мой единственный недостаток, — не остался в долгу я. — Который к тому же слишком быстро проходит.

Старик зло сверкнул своими нереально молодыми глазами, вновь напомнив мне Аманду, и, коротко попрощавшись, ушёл по своим делам. А меня проводили к выходу из Кремля, где уже ожидало такси.

Кремль, личные покои его величества Кречета Петра Алексеевича

— Слушай, старый! — высокий мужчина с щегольскими усиками мерил комнату шагами. — Я всё-таки император как бы! Ты просто не представляешь, насколько это всё может нас возвысить по сравнению с сам-знаешь-кем. Вокруг куча недругов. Ай, да что я тебе рассказываю!

— Нет, твоё величество! — седой статный старик сидел в кресле и наблюдал за метаниями императора.

Он знал его реально с пелёнок, всему научил, привил любовь к стране и огромную ответственность. И до сих пор иногда пытался воспитывать, хотя оба были совсем не молоды.

— Ты не понимаешь, какой геморрой мы приобрели! — пожилой мужчина пригубил дорогущее вино и закрыл глаза, наслаждаясь вкусом. — Как в детстве, повёлся на красивые слова о чести, братстве и прочей хрене! Петь, тебе далеко за сотку, а ты всё ещё страдаешь юношеским максимализмом. Зачем тебе этот Мангустов? Устрани его и передай все дела абсолютно доверенным людям! Я смогу подобрать таких.

— В том-то и дело, что этот щенок… Я ему доверяю. Ты же знаешь, я неплохой эмпат и разбираюсь в людях. Этот человек не подведёт! Для него вся жизнь — игра, но понятия чести очень важны. Местами я его не понимаю, создаётся впечатление, что Мангустов намного старше и имеет огромный жизненный опыт. Главное, он на нашей стороне, не продался и не продастся!

— Старше? — напрягся Антон Сергеевич. — Может, одержимый или подселенец? Твоё величество, немедля прикажи выяснить!

— Точно нет, — вздохнул император, с любовью глядя на своего учителя. — Его проверяли, он универсал в магии с потолком шестого уровня. Это нереально много, без покровительства тотема невозможен даже второй! Значит, Мангуст считает, что он настоящий. Хотя и последний в роду, а боги очень не любят выбирать себе новый род. Слушай, старик, твоя паранойя заразна! Сегодня попробую поговорить со своим тотемом — Кречетом. Шансов, что ответит, немного, но результат я тебе точно скажу.

— Буду признателен, твоё величество, — откликнулся дед. — Вот только, если он иноземец, вселившийся в тело графчика, на этом тоже можно сыграть. И тогда Мангустов будет плясать, как те медведи на ярмарках, под нашу дудку. Но ты прав, шансов на то, что тотем признает самозванца, бесконечно мало.

— Сергеич, ну что ты всё заговоры ищешь? — вздохнул самодержец. — Он управляем. Пока что. Ну, или хочет таким выглядеть… Пользуйся этим. Хочешь моё впечатление?

Дождавшись утвердительно кивка, продолжил:

— Он запал на этих нелюдей. Как их там, дриад и… а! Гномов! Ради них в лепёшку расшибётся. Самое странное, что для него деньги — не самоцель. Этот парень мог потребовать с меня кучу, однако строит крепость и проходы на изнанку за свой счёт, будучи при этом на грани нищеты. Его не купить, понимаешь? Он лох, но чертовски умный, правильный и принципиальный, а ещё везучий. Лет сто назад я был бы горд дружбой с таким, хоть Мангустов всего лишь граф.

— Ладно, твоё величество, ты смог удивить и убедить, — несмотря на эти слова, в голосе деда сквозил скепсис. — Но мне с ним много общаться, как я понимаю, буду делать свои выводы. О которых, ясное дело, тебя тоже буду извещать регулярно. Если мои выводы совпадут с моим мнением, я его ликвидирую, и можешь потом ругаться.

— Благодарю, второй отец! Мне важно, чтобы ты поверил моему чутью. И не надо его ликвидировать, он нам ой как пригодится. Я повторюсь, у него есть чутьё, даже чуйка. Мангустов поможет в возвышении империи, даже не подозревая об этом! Просто присмотри за ним.

* * *

До утра меня никто не беспокоил, и я праздно проводил время, гуляя по Москве. А потом позвонил человек, записанный в моём телефоне как «Вредный дед». Он сообщил, что вылет назначен на десять утра, и меня ждут к половине десятого, после чего продиктовал адрес.

В нужное время подъехало такси, я уселся на заднее сиденье. Рядом лежала свёрнутая газета, с интересом взял её. Она была сегодняшняя, а вся первая полоса посвящена моему тонкому месту. Там написано и про уникальные, стратегически важные ресурсы, и про надзор и контроль со стороны короны.

Да, дедуля реально оборотистый! Я восхищён. Успел заказать статью, причём, уверен, бедолагам пришлось перевёрстывать выпуск, а то и перепечатывать. Если отбросить взаимную неприязнь, то Антон Сергеевич мне нравился серьёзностью подхода к делу.

Вскоре такси остановилось у терминала, я вышел. Ну, терминал — очень громко сказано. Двухэтажный сарай, как мне объяснили, частного аэродрома. Сам аэродром был почти пустой. Парочка небольших одномоторников и пяток настоящих «кукурузников». Я такие в детстве видел на картинках.

После довольно пристальной проверки моего багажа и карманов меня пешком проводили к небольшому, довольно изящному