Фантастика 2026-96 - Макс Вальтер Страница 104

— Ну а с Кошаком что?

— Всё, — развёл руками Стэп. — Он же прям под взрыв попал. Там запчасти по всем прилавкам раскидало — никакое сердце не соберёт. Это я к чему тебе рассказываю: не ведись на такие плюхи. Халявы в жизни не бывает.

— Ага, ясно, — с ухмылкой буркнул я.

— Не, ну чё ты лыбу давишь? Я ж тебе реальную историю рассказал. Кошак — он ведь не вчерашний парень, человек с опытом. И так тупо попался. Вот как загипнотизировали, ей-богу. Ну чё, назад пора. — Напарник бросил взгляд на часы. — Пока то, сё, на дорогу время. Как раз к закату успеем.

— Мы не пойдём назад, — покачал головой я.

— В смысле⁈ — Стэп замер посреди улицы. — Ты ведь шутишь сейчас, да?

— Нет.

— У тебя мозги, что ли, замёрзли? Я в рот топтал такие приколы!

— Хочешь — возвращайся.

— Брак, я тебя сейчас не понимаю. Ты на жизнь, что ли, насрал? Если хочешь самоубиться, то есть способы получше.

— Я хочу видеть, что здесь происходит по ночам, а заодно понять, куда они прячутся днём. Заберёмся вон на ту вышку и понаблюдаем. Сильно сомневаюсь, что ночью здесь от них прохода нет. Чё им тут делать такой толпой?

— Ты на всю голову больной, — покрутил у виска Стэп.

— Повторяю: я тебя не держу. Можешь возвращаться, если зассал.

— Мы точно подохнем, — пробормотал он, но продолжил идти со мной к вышке. — Вот как пить дать…

— Слушай, закрой клюв уже! — огрызнулся я. — Хватит каркать. Нормально всё будет.

— Если нас заметят…

— И что они сделают? Полезут к нам? Да и срать! Там один вход, и он ни хрена не широкий. Посшибаем их, как спелые яблоки, а по утру ещё сердец наковыряем.

— П-хах, — усмехнулся приятель. — Даже представил себе эту картину.

Я тоже усмехнулся. Говорить о том, что нас, скорее всего, пристрелят от греха подальше, я, естественно, не стал. Цель заключалась в том, чтобы успокоить напарника. Поводов понервничать, думаю, у нас и без того будет достаточно.

Нет, я не стал бы его упрашивать, реши он вернуться в кремль, однако остаться ночью под открытым небом одному мне тоже не очень-то хотелось. И всё же подобный вариант гораздо предпочтительнее психующего от каждого шороха напарника.

— Так, — с деловым видом объявил Стэп, — до заката у нас почти два часа. Предлагаю пожрать, пока есть возможность. Я как про эти бич-пакеты вспомню, слюни так и капают. Ты как на это смотришь?

— Положительно.

— Я раньше их с похмелья любил. Помню: как нажрёмся с приятелями, а с утра, первым делом БПху запаривать. Сосисочек туда пару штук и майонезику. М-м-м, я бы сейчас за ложку мазика не знаю что сделал. Да всё что угодно!

— И друга бы продал?

— Не, ты точно дурак, и уши у тебя холодные.

— Да шучу я.

— За такие шутки в зубах бывают промежутки, — ответил прибауткой он. — А ведь мазик самому сделать можно. Ты знаешь как?

— Растительное масло, яйцо, уксус и соль, — выдал рецепт я. — Это если по классике.

— Да что может быть проще? — вздохнул Стэп. — Только у нас ни масла, ни яиц.

— Мои вроде на месте, — хмыкнул я.

— Фу, — поморщился напарник. — Вот как можно было такое блюдо опошлить?

— Нам бы бинокль найти, — резко сменил тему я. — Или хоть что-то, способное изображение приблизить.

— Ага, мечтать не вредно. В наше время даже очков не найти. Хотя у Макара полно всякого добра. Но он ведь жадный, как тот еврей из анекдота.

— Давай туда. — Я указал на открытый подъезд. — У тебя есть чем воду вскипятить?

— Есть, — кивнул приятель. — Я тоже запасливый.

Забравшись в квартиру с относительно целыми окнами, чтобы укрыться от ветра, мы разложили на столе нехитрую снедь. Стэп выудил из рюкзака пакет с сухой вермишелью и пачку сухого топлива в таблетках. Пока он разводил огонь, я наколол льда, который мы засыпали в алюминиевую кружку.

Ждать пришлось долго. За это время я отыскал большую чашку, в которую мы покрошили три брикета и засыпали бульонной вытяжкой. А вот за ложками пришлось топать в соседнюю квартиру. Из этой добытчики выгребли всё, что только можно было унести. Даже мебель частично вынесли.

— Надо было костёр развести, — буркнул Стэп, когда я вернулся. — Вторая таблетка пошла, а вода чуть тёплая.

— Закипит, никуда не денется, — отмахнулся я, развалившись на диване, который стоял поперёк комнаты.

Похоже, его тоже собирались вынести, а может просто передвинули, чтобы добраться до лампочек в люстре. Зато никто не позарился на телевизор неслабого такого размера. И даже игровая приставка от «Сони» оказалась никому не интересна. А ведь когда-то всё это было предметом для зависти.

— Может, ещё одну покрошим? — спросил Стэп. — А то это так, на два раза пёрнуть — и всё вылетит.

— Нет, — сухо отрезал я. — Вернёмся в кремль — пожрём нормально. У тебя с водой как?

— С пол-литра в термосе осталось.

— Нужно будет ещё льда натопить, добавить.

— Заварочки бы туда и сахарку побольше, да всё это с печеньицем. Мы по первому времени когда в рейд выходили, я всегда с собой упаковку «Юбилейного» таскал. Его тогда на складах как грязи было. А сейчас за него убить могут. Во житуха пошла, а? — Стэп громко сглотнул слюну. — Ну наконец-то…

Послышалось тихое журчание, и по комнате распространился аромат концентрированного куриного бульона. Мой рот моментально наполнился слюной. Не знаю почему, но в этот момент я с сожалением вспомнил о рыбьих плавниках, которые выбросил, как только меня выпустили из камеры. Сейчас бы они пришлись как нельзя кстати. Сиди себе на вышке и посасывай, словно конфетки. Да уж, Стэп прав: житуха сейчас ещё