Вера стада - Джеймс С. А. Кори

Джеймс С. А. Кори

Пленник. Война покоренных. Книга 2. Вера стада

Джеффу Лафаржу,

Джеффу Локвуду,

Тамре Карбони

и команде «Радиолаба»

James S. A. Corey

THE FAITH OF BEASTS

Copyright

© Издание на русском языке. ООО «Издательство АЗБУКА», 2026

Издательство Азбука®

Часть первая. Структура

Мир занемог.

Люди видели болезнь в молодых посевах, гнивших на полях, чуяли ее в запахе умирающей и покрытой болячками рыбы, которую забрасывали в свои каноэ, слышали в пустых речах старейшин и предков, лишившихся смысла и не приносивших утешения. В каждом разуме, в каждом сердце утвердилась единая истина, так, словно сердце воспринимало ее, а разум облекал в слова. Их мир умирал.

Явилось горе и истоптало поля. Явилась ярость и разогнала рыбу. Явилось сомнение и заглушило голоса, в которых звучала мудрость. Во всем народе распространялось отчаяние, потому что никто на всей земле не видел будущего без болезни и гнили.

Кроме одного селения у подножия великой горы, где жил мальчик по имени Ке. И Ке ночью поглядел вверх, где ярче всего светила не звезда, а двойная планета, созданная, когда великая Цапля расколола небо. Это светило знали под другим именем, но Ке, увидев его, дал ему новое имя: Анджиин.

1

Из архивной записи регулятора-библиотекаря, первого из слуг Совран:

…Совран повелевает, чтобы те местности, где во время войны против бессмертного врага открылись новые территории, были обследованы с использованием орудий и представлений в расчете на новое понимание. Прежде всего неразведанные системы в сторону вращения от пятого тела…

Из архивной записи наблюдателя-библиотекаря корпусов знания и памяти:

…Еще восемьдесят тысяч. Местности, где война против бессмертного освободила прежде неисследованные территории, будут обнаружены и подвергнуты дополнительным исследованиям вместе со сбором информации. Глубоко резонирующая информация с Новой в…

Из архивной записи куратора-библиотекаря исследовательских проектов:

Восьмой дактиль члена. Будут выявлены и задействованы ресурсы для сбора информации, предпочтение отдается оборудованию, животным и их сочетанию для получения новой информации путем тактического и физического анализа. Ресурсы доставляются в…

Из архивной записи надзирателя-библиотекаря, занимающегося оценкой животных:

Относительно поддержания уровня популяции: животные, потенциально способные к восприятию, обладающие сознанием и могущие доставить новую информацию, будут сгруппированы таким образом: (Группа 1: водные с высокой кислотностью, силико-карбонатные) (Группа 2: наземные, толерантные к кислороду, углеродные) (Группа 3: Наземные, анаэробные, силико-карбонатные) (Группа 4…

Из архивной записи хранителя-библиотекаря перспективных долей:

…Не исполнили заданного им и будут выбракованы. Их мощности будут переданы манакатам Паолы, красным сибиллам Соуна и людям Анджиинской доли. Кроме того, в долях манакатов, красных сибиллов и человеков выделяются малочисленные группы для использования в полевых условиях и обеспечения поставок…

На Анджиине проживали четыре с половиной миллиарда человек. Карриксы забрали для служения в мире-дворце чуть менее четырех тысяч.

Каждый седьмой умер во время перелета или стал жертвой болезни либо несчастного случая уже после прибытия. После того как человечество доказало свою ценность в глазах империи, все группы – а вместе с ними и отдельных людей, – рассеянные в первые дни после пленения, собрали вместе, как членов одной семьи, заблудившихся в глуши; исключением были около пятисот человек, отосланные с заданиями, известными одним только карриксам.

Новое пространство, куда их заселили, напоминало огромное здание, отведенное для людского муравейника, – оно было приспособлено для проживания куда лучше старого. Карриксы заполняли пробелы в своем понимании людей. Ванные комнаты снабдили диспенсерами с красным моющим гелем – раньше он подавался автоматически, стоило начать принимать душ. Появились приспособления для загадочных процессов стрижки и бритья, подрезки ногтей и ухода за телом во время менструации. Для тайных, постыдных сторон человеческой жизни создали значительно более пристойную обстановку.

Коридоры расширились, стены теперь слегка наклонялись внутрь, в воздухе витали свежие ароматы – смолы или соли. Странные запахи были вездесущими: пропитывая все вокруг, они делались незаметными. Люди обращали на них внимание, лишь когда приходили из общих помещений мира-дворца или садиков на крыше здания – там дул прохладный и легкий, как воздух горных вершин, ветерок, оттуда открывались захватывающие виды.

На востоке над планетой вздымались две огромные арки, выходившие за пределы атмосферы. Арки сверкали огнями – то были специальные украшения, а может, просто отблески миллионов окон. Ниже темнели, пробиваясь через облака, зиккураты, цепочка которых уходила к далекому горизонту.

Сад был меньше дворика перед анджиинской квартиркой Дафида. Одно-единственное дерево с багрово-коричневой корой и толстыми кожистыми листьями, грядка дикой мяты и непрестанно журчавший фонтанчик из черного металла и светлого камня, доходивший Дафиду до пояса. Он поражался тому, что это небольшое садовое украшение создает ощущение роскоши.

Маленький синен, похожий на помесь козы с каракатицей, закончил читать объявление, которое Дафид прослушал, зажимая веки большими пальцами. Головная боль не унималась. Он услышал шаги поднимавшегося по лестнице Джеллита, но не поднял глаз.

– Что-то не так? – спросили его.

– Очередной вызов от господина и повелителя, – ответил Дафид. – Экур хочет что-то сказать.

– Новое распределение обязанностей и ответственности?

– Выясню на месте, – сказал Дафид, тяжело поднимаясь на ноги. – У лаборатории визуализаций есть что-нибудь для меня?

– Все в докладе, – сказал Джеллит. Кажется, он хотел что-то добавить, но не стал этого делать, и Дафид без него спустился по широкой лестнице в корпус доли. Чиновник-синен следовал за ним.

Карриксы дали Кампару какое-то таинственное задание. И Рикару. И Джессин. Но все они, насколько знал Дафид, еще были живы, куда бы их ни послали. Ноэль, Синния, Илси и Иринна были мертвы. Из тех, кого Дафид знал по Анджиину, с ним остались только Тоннер, ненавидевший его, и Джеллит, ставший из полуврага союзником после того, как Дафид сообщил карриксам о готовящемся бунте людей. У обоих на руках была кровь, и это их связывало.

Для всех, кто не знал его прежде, Дафид был голосом карриксов. Человеком, к которому обращались, если им что-нибудь требовалось, и озвучивавшим требования империи. Высший жрец, посредник между народом и божественными хозяевами.

Он задержался у себя в комнате. Повсюду лежали стопки бумаг и заметок со списками обитавших здесь людей: кем был такой-то до вторжения карриксов, чем он занимается теперь. Чего ему хочется. Что ему нужно. Дафид взял полдюжины листков со своими заметками.

Нужный ему доклад еще не поступил. Ну конечно.

– Мне надо зайти в лаборатории, – обратился Дафид к надсмотрщику-синену. – Тоннер должен был передать мне новые данные. Здесь их нет.

Коробочка у него на груди издала влажный кашель, синен ответил тихими трелями и вздохами. Из коробочки донесся бесстрастный голос: «Что делаешь, делай».

Это не было разрешением, а значит, было полуугрозой. На виски давило так, словно он таскал на голове невидимую корону. Выйдя в общий