АНАФЕМА: Свобода Воли. ТОМ 1 и ТОМ 2. (ЧАСТИ VIII и IX) (СИ) - Антон Тутынин Страница 93

Бам! Двоих лосей одним бампером!

Но это лишь то, что плавало на поверхности. По сути маленький кусочек картины целого, что я сумел собрать из осколков воспоминаний этой мелкой челяди. Вот только я буквально печёнкой чуял: здесь было что-то большее, чем простой передел территорий и ресурсов!

Но чего-то большего выудить я просто не смог. И не потому что не хватило сил или навыков, а потому что нельзя достать из головы то, чего там никогда не было. Мне почти сразу стало очевидно, что даже эти близкие родственники правящих семей не знали всего! И это показывало, насколько на самом деле серьёзные могли здесь творить дела.

Вдруг нашу милую компанию отвлёк от размышлений зуммер входящего вызова, верещавшего на столе кабинета. Похоже, кто-то настойчиво рвался узнать у местных обмороков, всё ли у тех хорошо. Плановый вызов? Предосторожность? Неважно. Вряд ли кто-то просто соскучился и спешил пообщаться на отстранённые темы с местным хозяином именно в этот момент!

Наверное заметили, что система безопасности после моего вмешательства лежит в коме. Эх, как же мне не хватает Гильгамеша! Он бы весь город под себя за сутки подмял и никто бы этого даже не заметил!

— Пора уходить, — сам себе скомандовал я, начав тотчас действовать.

Так как эти любители истории всё ещё были в образе сенаторов Древнего Рима, я решил подыграть им и казнить таким же символическим с исторической точки зрения способом. Понятно, что на воинов они не тянули и не были достойны столь возвышенной казни, но разве это могло меня остановить? Пф-ф-ф! Конечно же нет!

Первым делом я вывел их из бессознательного состояния, заблокировав двигательные и речевые центры мозга всем троим. Все трое мгновенно оживились, начав вращать ошалевшими глазами, видимо в бессильной ярости осознав, что не могут не то что встать, но даже говорить или пошевелить языком.

Я мог бы задвинуть им какую-нибудь высокопарную речь о том, какие они отбросы общества и просто больные на голову ублюдки, нагнать ужаса, обвинить во всех смертных грехах… Но зачем? Терять время на тех, кто не проживёт и пары минут в моей ситуации — это несусветная глупость.

Так что я просто приступил к основному процессу прямо под звук несмолкающего зуммера, минуя всю эту мишуру.

— Орёл Кровавый! Как много в этом звуке для сердца викинга сплелось, как много в нём отозвалось! — продекларировал я всё же переделанные строчки бессмертного поэта, устав молчать. Аж язык неметь начал.

Казнь, какой были достойны только самые храбрые воины древности, представляла собой вскрытие грудной клетки по центру, и выворачивание рёбер наружу, отчего их окровавленные части становились похожими на крылья орла. Потому и называлась она «Кровавый орёл». Делалось это, как правило, топором или секирой, но мне эти костыли были без надобности.

Подчиняясь моей воле по грудным клеткам всех троих пробежал жуткий хруст, заставивший нелюдей затрястись мелкой дрожью несмотря на их обездвиженное состояние. При этом по белым тогам в области груди начали набухать ярко красные линии, расползаясь по всему телу широкими кляксами!

Ещё один хруст, треск ткани, и грудные клетки всех троих выворачивает в стороны, обнажая внутреннее содержимое их тел. Бьющиеся сердца, судорожно работающие лёгкие и прочие красоты их внутреннего мира. Наблюдая за проходящим процессом, я не испытывал вообще никаких эмоций. Ни брезгливости, ни удовлетворения, — словно рыбу разделывал перед приготовлением. Хотя даже там эмоций получалось бы куда больше — её хоть можно вкусно приготовить и ты обычно ждёшь скорой трапезы. А здесь? А здесь просто три куска мяса пришлось порезать да оставить медленно подыхать.

Хотя нет, ждать не вариант — «время — деньги!». Проследив, чтобы все трое пережили самые яркие части аттракциона исторической реконструкции, я наконец прекратил их бессмысленные мучения, поглотив высвободившуюся из душ энергию. После чего направился к первому сейфу, что располагался в этом же кабинете.

Скоро охрана начнёт действовать, а значит пора было валить отсюда!

Стоило мне только пожелать, как кусок фальш панели, замаскированной под стену, бесшумно отъехал в сторону, а бронированная дверь сейфа, что прятался за ним, щёлкнула, открывшись без всяких ключей.

— Привет-привет, красавицы!

Из недр стального хранилища на меня глядели пачки купюр, слитки палладия, платины и иридия. Сорок шесть миллионов одной только наличности и девятнадцать килограмм ценнейших металлов! Львиная доля сбережения Дария Тросмана.

Сдёрнув с какой-то статуи кожаный чехол, я начал сгребать в него всё, что было внутри.

Справился я быстро, всего за минуту. После чего сразу отправился вниз.

На втором этаже заскочил ещё в одну спальню и другой маленький кабинет, видимо принадлежавший кому-то из членов этой семейки пониже статусом. Где также выгреб немного наличности, и несколько накопителей информации, о чьём содержимом я знал только примерно по памяти жертвы.

Естественно, все следы своего пребывания вслед за собой я уничтожал, сейфы запирал обратно, оставляя их без следов взлома, а датчики и маячки, что попадались в куклах, замаскированных под пачки наличных и самих флешках, нещадно курочил, делая их не опаснее кусочков бесполезного пластика. Лишь один маячок, созданный на основе какого-то радиоактивного изотопа, пришлось оставить в сейфе, чтобы не мудохаться с его обезвреживанием.

В остальном ничего сложного.

Так что уже через десять минут я был рядом с Альбиной и Зуриэль. Мешок мой был набит под завязку и весил теперь почти сорок килограмм! Так что пришло время нам отсюда валить и как можно незаметнее.

— Хватай сперва маму. За мной!

— Господин, может вам всё же сперва одеться?

Точно! Я ведь так и щеголял голой жопой, напрочь позабыв о своём внешнем облике.

— Наплевать — пока вообще не до этого. Сюда! В подвале как раз есть машина с глухой тонировкой.

Выбирая только мне известный путь, я очень скоро оказался с Зуриэль на первом подвальном этаже, обставленном ничуть не хуже остальных помещений особняка. А миновав несколько поворотов коридора, мы вышли в то помещение, что на первых порах меня совершенно не заинтересовало. Просто потому, что искал я вполне конкретные вещи: живых людей, полости внутри стен в форме сейфов, и дорогу к подземному эвакуационному тоннелю, замеченному мной в первую очередь. Вот почему огромная обеденная зала с накрытым столом, где не было ничего из всего перечисленного, мной была просмотрена мельком.

Но теперь, проходя по ней лично, я имел совсем иное впечатление от увиденного…

Нет, стол, стулья и приборы были вполне обычными, неинтересные мне даже своей вычурной позолотой. А вот несколько больших тарелок