Достойны ли мы отцов и дедов - Станислав Сергеевич Сергеев Страница 86

Ильясом. Но предупредил, что если не будет конструктивного диалога, то возможен силовой вариант развития событий. Потом стал самозабвенно врать, что в такой ситуации придется специально вызвать группу спецназа для зачистки банды, но для этого нужно не менее недели. Черненко потребовал, чтобы без его ведома ничего не предпринималось. Особенно это касалось несанкционированных действий вооруженных формирований другого государства. Такое поведение, мягко сказать, удивило, столько страха и паники было в его голосе. Пришлось его успокоить тем, что решение о дальнейших действиях будет предприниматься по результатам разговора с Ильясом.

— А теперь посмотрим, кто и с кем будет общаться, — обратился я к Борисычу.

— База, это Феникс, следите за абонентами "Полковник" и "Бункер-Перевальное".

— Вас понял.

Как я и ожидал, Черненко сразу связался с Ильясом. Минут через двадцать вышла на связь База и вкратце передала содержание разговора, который мне был очень интересен.

Если образно пересказывать, то полковник попытался наехать на главаря бандитов, а тот его послал очень далеко и надолго. Еще от себя База добавила, что зафиксировано несколько радиостанций в районе дороги на бункер Ильяса. Расположение говорит о наличии наблюдателей, контролирующих основные пути к бункеру. Вот, значит, куда двинулись утренние боевики. Ильяс ожидает, что я могу его перехватить на пути к месту встречи, и заранее выставил наблюдателей. Поздно он это сделал. Там, на дороге, уже Санька вовсю резвится.

— Хорошо выдвигаемся.

Колонна из бронетранспортера, двух джипов и "Шишиги" двинулась по объездной дороге в сторону Ялты.

Глава 37

Выйдя в назначенное время для связи с бандитами на высотку, стали ждать вызова. База уже была наготове отслеживать местоположение Ильяса по радиосигналу. После десяти минут ожидания вызов наконец-то был получен. Вальяжный голос, практически без акцента, но с характерной татарской манерой расстановки ударений и растягивания слов, раздался в динамике радиостанции.

— Але, Борисыч, ты где?

— На связи.

— Ну что, где там твой знакомый, очень хочу с ним пообщаться.

— Сейчас дам ему трубку.

Раздался смешок.

— Ну-ну, давай.

Я взял тангенту радиостанции.

— Ну, чего хотел?

— Здравствуй, дорогой, — уже совершенно другим тоном заговорил он.

— Слышишь, тело, у меня мало времени с тобой трепаться, говори, что хотел — и разбежались.

— Зачем так говоришь. Должен ты мне, платить пора.

— О как. И с какой такой радости я тебе должен?

— Людей моих убил, технику захватил. Торгуешь оружием без разрешения. Нехорошо. Учить тебя буду.

— Это все?

— Нет, дорогой. Хочешь нормально жить, должен платить.

— Значит так, утомил ты меня. Теперь слушай мои условия. Отпускаешь людей Борисыча, пригоняешь один бронетранспортер к Базару и забиваешься в свою норку так далеко, чтоб я тебя не слышал. Или полная зачистка и тебя, и твоей своры. Время я тебе даю до завтра. Потом ни судьба заложников, ни твои предложения меня больше интересовать не будут. А пока подумай, через час снова свяжемся.

Похоже, его проняло. Он пробовал кричать, угрожать. Но я молчал и запретил Борисычу отвечать. В это время я связался с Базой, которая отслеживала место выхода в эфир радиопередатчика. Оказывается, Ильяс находится в окрестностях города, в районе университета. Также была получена уточненная информация, что один из наблюдателей находится в районе водохранилища и держит на контроле объездную трассу, по которой мы бы могли подтянуться в сторону университета.

Я вызвал Саньку.

— На связи.

— Бычок, на трассе есть узкое место, между водохранилищем и ставком, для минирования. Пока я Ильясу парю мозги, заминируй там все в расчете на несколько машин, когда ты тормознешь банду, мы их с тыла зажмем.

— А заложники?

— Вали тот транспорт, который утром вышел в сторону города. Машину поисковиков Борисыча так и не нашли, значит, скорее, заложники там. Эти ж бандюки жадные, не будут они машину выбрасывать. Если мы зажмем их, лапки быстро поднимут. Постарайся бронетранспортер сильно не повреждать, чтоб восстановить можно было.

— Понял. Работаю. Жадный ты, командир.

— Не жадный, а хозяйственный.

Часа вполне хватило, чтобы наш бронетранспортер обходными путями выдвинулся ближе к университету, но не попал в поле зрения возможных наблюдателей. Группа Борисыча разместилась на объездной дороге и ждала нашего сигнала.

Пока было время, Миронов с Воропаевым на джипе выехала в сторону университета для поиска и нейтрализации наблюдателя, прихватив видеокамеру с тепловизором.

Недалеко от дороги, в остатках леса, Миронов с трудом, но рассмотрел замаскированный внедорожник, который очень удачно был расположен: незаметный с дороги, но при этом великолепно контролирующий все подступы к университету со стороны объездной дороги. Просто так к ним не подберешься, а работать снайперу недалеко, но очень громко получится, да и сама по себе ядерная зима с сильными ветрами, пылью и плохой видимостью не позволяла качественно работать снайперам на больших дистанциях.

— Кукушка-два, на связь.

— На связи.

— Ты сможешь к ним незаметно подобраться поближе?

— Нет, не получится, только через лес.

— Вас понял. Держите цели под контролем. Если начнется стрельба, гасите всех.

Борисыч услышал наш разговор и вопросительно глянул на меня.

— Переговорю с Ильясом, перенесу встречу на завтра, и когда он будет возвращаться в свой бункер, завалим всех.

— А заложники?

— Они, скорее всего, будут в своей машине под контролем боевиков. Или их уже давно нет в живых.

Видимо, мой ответ Борисычу не понравился.

— Я вижу, тебе больше хочется завалить Ильяса и добраться до его бункера.

— Есть такое дело, но и заложников освободим. Он же считает себя хозяином положения. Пусть так думает. Посмотрим, может, и поторгуемся.

— Понятно, все равно другого выхода нет. Ну смотри, Серега, я на тебя надеюсь. Ты обещаешь, что все будет нормально?

— Борисыч, это война, и тут никто ничего не может обещать. И если мы будем все делать как раньше, освобождение заложников, переговоры, то мы проиграем. Тут нужно бить наотмашь, так, чтоб все кровью умылись и знали, что ни тебя, ни меня лучше не трогать.

Юра только вздохнул и ссутулился. Его можно понять. Он всегда был ответственным человеком, а тут такой груз за чужие жизни.

— Феникс, это Кукушка-два.

— На связи.

— Есть возможность подобраться ближе.

— Как?

— По руслу речки, под мостом. Правда придется крюк делать.

— Понял. Иди один. Зяблик, на связь.

— На связи.

— Будь готов выдвинуться вперед и в случае чего прикрыть Кукушку.

— Вас понял.

— Работайте. Конец связи.

Но время подходит к концу, скоро снова выходить на связь и разговаривать. За пять минут до установленного срока вышел на связь Миронов и доложил, что он в непосредственной близости от боевиков в лесу. Один сидит в джипе за рулем, а второй сидит