Не по собственному желанию - Александр Куринь Страница 85

В темноте двора я не разглядел никого из своих оппонентов, хотя и не исключаю, что уже встречался с ними. Хочется надеяться, что и я для них остался ноу неймом. Поскольку никаких засад и претензий в ближайшие дни не случилось, то так оно и было. Уже значительно позже, месяца через два, я услышал настоящую скандинавскую сагу о эпическом ночном сражении восьмиклассника Валерки с неким залетным хулиганом - десятиклассником. Разумеется, Валерка с друганами ему бы прилично навалили, но тот позорно скрылся с поля боя. В принципе, если быть объективным, я выгляжу несколько старше своих лет, но на ученика десятого класса все же никак не тяну.

Как же удачно получилось, что мы уговорили нашего наставника показать нам некоторые элементы ударной техники ногами. Пару месяцев назад, он изготовил и набил опилками чучело, ростом со взрослого человека, и установил его в углу нашего зала. Тогда, недовольно вздыхая, сенсей продемонстрировал нам удар коленом вперед, прямой удар и кросс ногой, а затем попросил вернуться к тренировочному плану. Но, после его показа, в перерывах и перед занятиями, мы порстоянно пытались усовершенствовать свои навыки и не жалея сил и подошв молотили беднягу Мао Дзе Дуна (именно так учитель назвал свое чучело). Такеда, не препятствовал нашему увлечению, а иногда даже поправлял, указывая правильное положение ног, тела и направление ударов. Прошло всего два месяца тренировок, и вот он результат. Я остался цел и невредим, чем и был очень доволен, хотя некоторые и утверждают, что подбитый глаз хоть и ограничивает кругозор, но увеличивает опыт.

В связи с хлопотами, вызванными началом учебного года, к своей Ирине Васильевне я смог выбраться лишь недели через три, предварительно позвонив по телефону. Как ни крути, а удобная штука этот телефон, пусть даже и спаренный. Вначале, как и всякий воспитанный англичанин, Ирина Васильевна расспросила меня о жизни, где и как я провел лето и как дела в школе. Именно здесь, к месту пришлась и история о создании текста тридцать три коровы. Рассказывал я долго, в красках и с многочисленными примерами, давая отдельные характеристики едва ли не каждой коровенке.

Вдоволь насмеявшись, мы принялись за дело. Лишь в двух местах она подправила мое исполнение, ​​признав произведение очень удачным, а затем без труда переложила все на ноты. Я вынул из ранца свою партитуру и сравнил. Хочется с гордостью отметить, что нашел там лишь несколько мелких ошибок. Как порядочный человек, Ирина испросила моего согласия на копирайт, на что я дал свое согласие, но строго и непонятно добавив,

- Но никакого коммерческого использования!

Мы тепло распрощались и как всегда, я пообещал - не забывать и заходить. Ну вот, теперь и к Марку Исааковичу не стыдно заглянуть, может у него планы по постановкам для Московсеого дворца съездов горят? Возвращаясь домой, я в мыслях представлял себя на сцене, в роли пастушка, который гонит стадо на водопой. Кстати, а почему это я зациклился на одних лишь песенках, ведь у меня в голове масса разных забавных сценок из мультфильмов, и не только?

В ближайшие дни, встретится с Марком, не удалось, он со своей небольшой труппой отбыл в гастрольное турне по просторам нашей необъятной Родины и должен вернуться лишь дней через десять. Ну так мне и не к спеху, финансы позволяют, живот к спине не прилипает, да и тратить их совершенно некуда. Ну почти некуда. Все мои денежки, положили в Сберкассу на ответственное хранение и теперь на мою, почти тысячу рублей, капает, согласно принятым в сейчас расценкам, целых три процента годовых. Мелочь, а приятно, не зря же на таком настаивал Володя Шарапов, когда говорил – "эта сберкнижка мне душу согреет, когда я с вами в подвал полезу". И тут же, в голове возник философский вопрос:

- Вот почему так - к богатству привыкаешь за один день, а с нищетой не можешь свыкнуться всю жизнь? –был бы Интернет, так точно у ИИ спросил бы…

Стоит ли напоминать, что школа как и год назад, давалась мне очень легко, чувствовалось, что до границ моей некомпетентности еще далековато. В этом году, к старым школьным предметам добавилась еще химия, и теперь мы имели возможность лицезреть своего директора дважды в неделю. Химию, я не то чтобы не любил, а просто относился к ней без фанатизма, как к чему-то неизбежному, хотя, иногда и полезному. А вот на моих одноклассников, первые посещения кабинета химии произвели неизгладимое впечатление.

Судите сами. Столы, местами прожженные какими-то химикалиями. На них установлены проволочные штативы с закрепленными там пробирками и ретортами. Фигурные и мерные стаканчики с нанесенными на них делениями. Стеклянные ложечки и палочки, а главное – спиртовка. Она пока без спирта и не горит, но когда-то же туда что то нальют? И главное - запах, какой-то неведомый, резкий запах. Как по мне, так это просто серная и соляная кислота. А еще, по обеим стенам, развешены потемневшие от времени портреты, с которых на нас смотрят неулыбчивые мужики в кудрявых париках, и среди них одна женщина. Узнаю Марию Складовскую – Кюри. А она то здесь каким боком, вроде бы на физиков работала? Или все же я ошибаюсь? Нет, похоже эта барышня тут как элемент гендерного равенства, просто хотят поднять настроение девичьей половине учащихся. Не спорю, мои знания по химии, фрагментарны и полны пробелов, но на седьмой, и даже на восьмой классы, их вполне хватит.

В общем, дела школьные бежали как всегда и без неожиданностей. Наш класс, как и в прошлом году, удерживал первые места по успеваемости и хочется надеяться, что все это сохранится до десятого класса. Серьезных конфликтов среди учеников не бывало, а время для любовных романов, бурных страстей и прочей закулисы еще не наступило. Словом, ничего такого, о чем стоило бы вспомнить и записать. И вот, такую мирную идиллию, неожиданно нарушил учитель истории, еще молодой человек, который лишь в этом году пришел к нам после окончания пединститута.

На большой перемене, выцепив меня в коридоре, он задал неожиданный вопрос,

– Послушай, Сиверинский, претензий у меня к тебе нет, материал ты знаешь хорошо, даже отлично, но у меня создается впечатление, что на моих уроках, когда ты все же слушаешь о чем я