Проза отчаяния и надежды (сборник) - Джордж Оруэлл Страница 84

Человек — единственное существо, которое, потребляя, ничего не производит. Он не дает молока, не несет яиц, он слишком слаб, чтобы тянуть плуг, и слишком неповоротлив, чтобы поймать кролика. И тем не менее он господин над всеми животными. Он заставляет их работать, но выдает им лишь минимум произведенного продукта, только чтоб они не умерли с голода, а все остальное присваивает себе. Нашим трудом обрабатывается земля, нашим навозом она удобряется, а принадлежит нам одна лишь голая шкура. Вот вы, коровы, которых я вижу перед собой, сколько тысяч галлонов молока дали вы за один только прошлый год? И что стало с тем молоком, которое должно было по праву пойти телятам, чтобы они росли здоровыми? Каждую каплю его вылакали наши враги. А вы, курицы, сколько яиц снесли вы за прошлый год и сколько цыплят вылупилось из тех яиц? Разве остальные яйца не отправились на базар, чтобы превратиться в деньги для Джонса и его людей? А ты, Травка, скажи: где четверо твоих жеребят, которые стали бы твоей поддержкой и радостью в старости? Всех продали в годовалом возрасте — ты никогда больше не увидишь их. И в награду за эти муки, за все твои труды на полях, что же ты получила? Скудный корм и стойло?

Но даже эту убогую жизнь нам не дают прожить до конца. Я говорю не о себе, мне повезло. Мне двенадцать лет, и я отец более четырех сотен поросят. Такова естественная жизнь свиньи. Но кому из животных удалось избежать безжалостного ножа? Вы, юные поросята, сидящие напротив меня, не пройдет и года, как вы последний раз взвизгните на деревянной колоде. И всем предстоит испытать этот ужас: коровам, свиньям, курицам, овцам — всем. Не лучшая судьба ждет собак и лошадей. Тебя, Боксер, когда силы оставят твои мускулы, Джонс продаст на живодерню, где тебе перережут глотку и пустят на похлебку для гончих собак. А что касается собак, то стоит им состариться и потерять зубы, как Джонс привяжет им кирпич на шею и утопит в ближайшем пруду.

И разве кому-нибудь еще не ясно теперь, товарищи, что все зло в этом мире берет начало от тирании людей? А ведь стоит только избавиться от Человека — и плоды нашего труда будут нашими. Все изменится в одночасье, мы сможем стать богатыми и свободными. Что для этого надо сделать? Это предельно ясно: днем и ночью, душой и телом надо стремиться к свержению ига человеческой расы! И вот вам мой завет, товарищи, — восстание! Я не знаю, когда оно случится, может быть через неделю, может быть через сто лет, но я знаю — рано или поздно справедливость восторжествует, я в этом не сомневаюсь, как не сомневаюсь в том, что под моими копытами — солома. Сосредоточьтесь на этом, товарищи, в те немногие месяцы, что вам еще осталось жить на земле. И главное — передайте мои заветы тем, кто придет вам на смену, чтобы они, грядущие поколения, довели нашу борьбу до победного конца.

И помните, товарищи, ваша решимость должна быть неколебимой. Пусть не собьют вас с правильного пути чьи-либо лживые речи. Не слушайте тех, кто скажет вам, что у Человека и животных общие интересы, что процветание одного — это и процветание других. Все это ложь! Человек защищает только свои собственные интересы! А среди нас, животных, пусть будет полное единство, честное товарищество в нашей борьбе. Все люди — враги. Все животные — товарищи.

В этот самый момент в амбаре поднялся какой-то страшный шум. Пока Майор держал речь, четыре огромные крысы вылезли из своих нор и, усевшись на задние лапки, слушали его. Внезапно их заметили собаки, и лишь мгновенная реакция крыс, нырнувших в свои норы, спасла им жизнь. Майор поднял переднюю ногу, призывая к тишине.

— Товарищи,— сказал он, — нам надо разобраться в этом вопросе. Дикие существа, крысы или кролики, кто они — наши друзья или враги? Давайте проголосуем. Ставлю на голосование следующий вопрос: являются ли крысы нашими товарищами?

Голосование состоялось немедленно, и подавляющим большинством голосов было признано, что крысы — товарищи. Было лишь четыре голоса против — трех собак и кошки. Впрочем, впоследствии выяснилось, что кошка проголосовала и за и против. А Майор продолжал:

— Я сказал вам почти все, что хотел. Но повторю еще раз: никогда не забывайте о своей ненависти к Человеку и любым его делам. Каждый, кто ходит на двух ногах, — враг. Каждый, кто ходит на четырех ногах или имеет крылья, — друг. И запомните: борясь против Человека, мы не должны перенимать его привычек. А когда вы победите его, ни в коем случае не перенимайте его пороков. Ни одна скотина не должна жить в доме, спать в постели, носить одежду, употреблять алкоголь, курить табак, прикасаться к деньгам или заниматься торговлей. Все привычки Человека — зло. Но самое главное — ни одно животное не имеет права угнетать себе подобных. Слабые и сильные, умные и не очень — все мы братья. Пусть скоты ни при каких обстоятельствах не убивают друг друга. Все животные равны!

А теперь, товарищи, я расскажу вам, что приснилось мне минувшей ночью. Описать это не так просто. Мне снилась наша земля, какой она станет, когда исчезнет Человек. И я вспомнил нечто казавшееся давно забытым. Много лет назад, когда я был еще маленьким поросенком, моя мать да и другие свиноматки любили напевать одну старую песню. Впрочем, они помнили только мотив и три первых слова. Я знал в детстве этот мотив, который позже запамятовал. Но прошлой ночью он пришел ко мне во сне. Более того, я вспомнил слова песни, слова, которые — я не сомневаюсь в этом! — пели наши предки в далеком прошлом, но которые стерлись потом в памяти поколений. Так вот, я пропою вам сейчас эту песню, товарищи. Я стар, мой голос давно огрубел, но, когда я напою вам мелодию, вы сможете петь ее сами. Она называется «Скоты Англии».

Прочистив горло, Старый Майор запел. Голос его и в самом деле был хрипловат, как он и предупреждал, но пел