Новый Михаил - Владимир Викторович Бабкин Страница 74

по мостовой. Дивясь, что ничего себе не сломал, Кирпичников устремился вслед за выпрыгнувшими из кузова агитаторами, которые спешили завернуть за спасительный угол и скрыться. А сзади звучало громовое:Государям по присяге Верным полк наш был всегда, В поле брани не робея, Грудью служит он всегда!

Петроград. 28 февраля (13 марта) 1917 года

Полковник Кутепов шагал впереди роты лейб-гвардии Преображенского полка. Звучал полковой марш, эхом отдававшийся от стен притихшего города. Преображенцы пели его с воодушевлением, и было видно, как наполняются торжественностью их лица, как уходит из них безнадега, как появляется что-то такое, что невозможно описать никакими словами, но которое вместе с тем ясно говорит – солдаты устали отступать и устали бояться завтрашнего дня. Было ясно – наступает решающий день. А потому слова полкового гимна пелись ими не голосом, а сердцем самим, самой душой солдатской.

Знают турки нас и шведы, И про нас известен свет. На сраженья, на победы Нас всегда сам царь ведет!

И развевалось впереди строя знамя лейб-гвардии Преображенского полка. И играл полковой оркестр. И было ощущение, что идет по улице не жалкая рота, а весь тот полк, гвардейцы которого воюют на фронте, не прячась и не кланяясь врагу. И пусть их сейчас не так уж и много, но у них на этих промерзших улицах свой фронт и свой долг перед Отечеством.

Славны были наши деды, Помнят их и швед, и лях. И парил орёл победы На полтавских на полях!

Когда к нему ночью пришел поручик Сафонов с идеей переагитировать музыкантов полкового оркестра, Кутепов сначала отнесся к этой инициативе довольно скептически. Вояки из музыкантов оркестра были, как говорится, еще те и мало чем могли помочь в случае серьезного штурма, разве что поставить их на второстепенные участки. Так что, отправляя Сафонова с группой солдат в казармы полка, он, вместо оркестра, дал приказ доставить полковое знамя, да и то лишь для того, чтобы революционно настроенная публика с ним чего-нибудь нехорошее не сотворила. Ну, а оркестр… На него полковник согласился только для того, чтобы Сафонов прекратил забивать ему голову и не мешал думать над их отчаянным положением.

Знамя их полка пленяет Русский штык наш боевой. Он и нам напоминает, Как ходили деды в бой.

А вот идея с торжественным проходом по улицам Питера пришла ему в голову уже после телеграфных переговоров с великим князем Михаилом Александровичем, когда тот сообщил полковнику о том, что он назначается временным главнокомандующим столичного округа и комендантом Петрограда. Причем основная цель такого марша с песней и оркестром была более чем прозаичной – Кутепов собирался произвести впечатление на части, находящиеся в Адмиралтействе и лично на генерала Хабалова. Он рассчитывал на то, что такое эффектное появление облегчит ему агитацию одних и отстранение от командования другого. И вот теперь, оглядываясь на окна, на высовывающиеся с балконов и из подворотен головы, на то, как светлеют лица и как появляется надежда, полковник считал идею поручика Сафонова не просто удачной, а исключительно превосходной.

Твёрд наш штык четырехгранный, Голос чести не замолк, Так пойдем вперед мы славно, Грудью первый русский полк…

Внезапно из-за угла выскочил обвешанный красными транспарантами грузовик. В кузове что-то закричали, и какой-то унтер начал колотить кулаком по крыше кабины. Машина вильнула, и не успел Кутепов вытащить свой наган, как грузовик со всего разворота впечатался в стену дома. Из кузова горохом повалились какие-то расхристанные личности и, спотыкаясь, побежали к углу дома.

Идущие впереди преображенцы сопроводили это происшествие смехом и свистом, а задние ряды продолжили петь:

Государям по присяге Верным полк наш был всегда. В поле брани не робея, Грудью служит он всегда!

И, уже проходя мимо поверженной машины, солдаты лейб-гвардии Преображенского полка с особым воодушевлением допели:

Преображенцы удалые, Рады тешить мы царя, И потешные былые Славны будут ввек, ура!

Телеграмма генерала Лукомского товарищу министра путей сообщения на театре военных действий генералу Кислякову

Управление всеми железными дорогами временно принимаю на себя через тов. министра путей сообщения на театре военных действий. Приказываю решительно пресекать попытки любых лиц дезорганизовать