Не по собственному желанию - Александр Куринь Страница 73

- Не ищи в заднице мозг – громко, так что бы все слышали, посоветовал я, – ты думаешь, если сидишь по два года в одном классе, то и уроки лучше запоминаешь?

На несколько секунд тот завис, словно пытаясь сообразить, что же я сказал, а затем, наклонив голову, шагнул ко мне и со словами, "ну ты допрыгался малый", схватил меня за лацканы пиджачка, наконец-то выдав понятную фразу:

- Да ты у меня сейчас зубами свои монетки с пола собирать будешь.

Здесь, мне хочется сделать небольшое не лирическое отступление и поведать, что в те далекие годы, когда я трудился еще молодым специалистом, то записался в ряды институтской ДНД. Тогда, за эти шесть необременительных дежурств можно было заработать целых три отгула. Так вот, при нашей дружине, решили создать отдельный оперотряд для содействия обычным слабосильным дружинникам, среди которых могли оказаться и девушки. Понятно, что им, общаться с особо буйными нарушителями общественного порядка, было не с руки. С целью спецподготовки, все члены нашего оперотряда были обязаны в течении нескольких месяцев посещать тренировки по боевому самбо при спортивной кафедре нашего института. Понятно, что за столь короткое время, ничему путному выучиться невозможно, но все же, два-три несложных приема я запомнил накрепко. И вот сейчас, на один из них и нарвался этот кабан, ведь он использовал один из наиболее популярных среди начинающих гопников способ знакомства, а именно, ухватил меня обеими руками за грудки, где-то в районе пионерского галстука.

Недолго думая, я тут же перехватил правую руку противника двумя своими и резко развернулся корпусом вправо, одновременно отжимая захваченную руку, левым предплечьем вниз. Удерживаемая мною кисть руки, пошла вверх. Случилось то, что по всем законам механики и должно было случиться. Чем выше я поднимал его кисть, заворачивая руку назад, тем ниже нос этого неандартальца опускался к полу. В его случае, для освобождения от захвата, мог помочь лишь резкий кувырок вперед. К счастью, об этом тот и не подозревал. Все, что он смог, так это через силу, сдавленно прошипеть.

– Пусти зараза, поймаю – прибью.

Но "зараза", то есть я, и не думал прислушиваться к его советам..

– Вот уж нет, сначала, как ты и сказал, зубами соберешь все мои монетки с пола, тебе как раз очень удобно – процедил я, еще сильнее заворачивая его руку. Противник, аж застонал от боли и почти уткнулся носом в пол.

– Это что такое здесь происходит? - раздался сзади уверенный мужской голос и к нам, через толпу зевак протиснулся неизвестный мне молодой учитель, в олимпийке и со свистком на витом шнурочке.

– Физрук, физрук… – прошелестело по рядам зрителей на трибунах столовой.

– Так…., я кажется, у вас спросил? – еще громче, повторил он.

Только теперь, я наконец то отпустил, своего согнувшегося в неудобной позе противника. Тот, отошел чуть в сторону, кривясь от боли, ругаясь в полголоса и потирая пострадавшее плечо. И только сейчас заговорили, заголосили, защебетали сразу несколько девочек – свидетельниц нашего конфликта.

- Виктор Николаич, Виктор Николаич – громче всех затараторила одна - это все он, Хомяков. Я сама видела, все видела как он первый начал. Этот мальчик,- она указала на меня, - уже подходил к окошку, а Хомяк его сзади… и деньги его еще выбил…, а потом сразу и драться полез - сбивчиво, но в целом понятно, доложила девчонка.

Физрук, внимательно посмотрел на нас с Хомяком, как бы сравнивая габариты, а затем перевел взгляд на монетки, рассыпанные по полу. После чего, правильно оценив ситуацию, поднял глаза и вновь глянул на меня:

- А.. а, так ты и есть тот самый Сиверинский? Теперь понятно, почему Хомякову сегодня не повезло.

Не сомневаюсь, что директор, как лицу заинтересованному, уже успел рассказать нашему физруку о моих спортивных талантах. Приняв окончательное решение, Виктор Николаевич ознакомил Хомяка с приговором.

– Так, Хомяков, немедленно подбери с пола деньги и верни их Сиверинскому. И если я еще раз, услышу, что ты к нему пристаешь… ну ты меня знаешь. И еще, хочу дать один совет – не стоит тебе и близко к нему подходить, хотя ты и сам уже должен был сообразить.

Все это паркетное побоище в столовой заняло не более пяти минут, ученики мигом успокоились и прерванная на пять минут раздача обедов, возобновилась.

- Тебе котлетку прожаренную положить? - таким томным, грудным голосом спросила меня повариха, словно предлагала мне себя, а не макароны.

Лишь несколько групп второклассников в стороне, что-то бурно обсуждали между собой, при этом активно размахивая руками. Похоже, пытались объяснить друг другу и повторить мой прием. Нужно ли говорить, что в классе меня встретили как героя, который не сломался в момент опасности?

Однако, этим все не кончилось, и уже на следующий день ко мне подошла троица старшеклассников. Эти, были еще постарше Хомяка.

- Тут, без вариантов – подумал я – похоже, его кореша, наверняка бить будут, - мелькнуло в голове. Но, к своему большому облегчению, я ошибся, ребята, солидно поздоровавшись за руку, попросили показать мой секретный прием. Пришлось согласиться и показать этот и еще один, с задней подсечкой.

Несмотря на то, что мне пришлось немного повалять их по полу, новые знакомые отряхнулись и ушли довольными. Эти показательные выступления состоялись на глазах у всех шестых классов и нужно ли говорить, что Хомяк, теперь обходил меня десятой дорогой. Да и на репутации нашего 6-го Б в целом, это сказалось, и этого дня к нам, как к себе домой, не решались заявляться со своими разборками хулиганы из параллельных классов.

Когда выпадало свободное время, я не забывал проведывать дядю Лешу, подвигать фигуры, да и вообще, поговорить о жизни, ведь он был одним из тех немногих взрослых, которые воспринимали меня не совсем как ребенка. Вот и в это воскресенье, ближе к вечеру, взяв бутылку… лимонаду, я отправился на Солянку.

Именно сегодня, по-настоящему, а не по календарю, окончилось лето, и с неба моросил скучный осенний дождик. Мне повезло, я успел проскочить до его начала. Дядя Леша был дома. Обычно, он сразу же доставал доску и расставлял фигуры, но на сей раз все оказалось по-другому. Он и еще один