Бензин в крови - Дмитрий Прост Страница 72

А количество пит-стопов, кстати, было той ещё тактической дилеммой. Два — дольше отрезки, но ниже темп за счёт большего веса топлива и сильного износа шин, зато без потери двадцати с небольшим секунд на лишний пит стоп. Соответственно, три заезда в боксы — короче отрезки, но выше темп.

Но команды не просто выполняли базовые арифметические действия, пытаясь подобрать оптимальный результат. Увы, но простой оценкой — «сможет ли пилот при трёх пит-стопах ехать на четыре-пять десятых секунды быстрее на каждом круге гонки» — обойтись было нельзя. Нужно было оценить и иные факторы.

Именно эти переменные и превращали решение простого математического уравнения в задачку «со звёздочкой».

Необходимо было учесть влияние температуры на состояние резины, да ещё и предсказать динамику её состояния в течение гонки. Сделать поправку на вес топлива и его влияние на баланс машины. Не забыть заложить и риск плохого пит-стопа — даже если всё пройдёт штатно, но не идеально, то только на этом можно потерять три-пять секунд и на то, чтобы их отыграть потребуется восемь-десять действительно быстрых кругов.

Факторов было много, в том числе и немаловажная для Simtek надёжность. Неочевидно, но больше топлива в баке — больше вес и нагрузка на двигатель и коробку передач.

Выбор непростой, но и Йос, и Доминико высказались за тактику с меньшим числом остановок, которая, в итоге, и была выбрана техническим штабом.

В симуляциях, что проводили инженеры на основе телеметрии и обратной связи пилотов два пит-стопа были потенциально быстрее тактики с тремя остановками на двадцать-тридцать секунд — но лишь при условии, что оба гонщика смогут беречь резину и не влипнут в происшествия на трассе.

На тринадцатом круге первым пилотом, очевидно выбравшим тактику с тремя пит-стопами стал Дэймон Хилл. На четырнадцатом заехал и его напарник по команде, ещё кругом спустя уже пятеро гонщиков отправились на дозаправку и смену резины.

По прикидкам Джеймса окно пит-стопов для тех, кто планировал ехать с двумя остановками, открывалось только в районе двадцатого круга. С каждым пройденным километром число потенциальных кандидатов на тактику с тремя пит-стопами становилось всё меньше, в том числе и из-за того, что из числа участников гонки стали выбывать сошедшие по разным причинам пилоты.

Гонку сначала покинул Диниц, а сразу после него и многострадальный Мэнселл, которому никак не удавалось найти общий язык с модернизированным McLaren MP4-10B.

На двадцать первом круге сошёл Лука Бадоэр, а Шумахер, оторвавшийся от Ferrari Алези уже на внушительные восемь секунд, отправился в боксы. Исходя из бешеного темпа Benetton, Джеймс предполагал, что тот выбрал тактику с большим числом пит-стопов, но реальность показывала, что Коллинз недооценил действующего чемпиона мира.

Немец смог продлить первый отрезок почти до конца первой трети гонки, да ещё и при этом продолжал штамповать быстрые круги один за другим. В общем, после доминирующей квалификации, в таком же унизительном для соперников темпе Михаэль проводил и гонку — стабильно высокий темп без провалов, идеальное поведение машины.

Особенно это проявлялось в секциях с быстрыми поворотами — и позволяло лидеру Benetton лучше сберегать резину там, где остальные испытывали трудности с деградацией шин из-за сильных боковых нагрузок.

Наблюдать за эти было просто-напросто приятно — искренне приятно просто смотреть за тем, как гоночный гений легко и уверенно ведёт свой болид к победе. Безошибочная гонка и идеальный пилотаж. Это ж чистый дофамин!

Кто-то смотрит Формулу-1 ради зрелища. Аварий, обгонов, борьбы, интриги и драмы. Но лишь другие пилоты — у которых вместо крови в жилах течёт бензин — понятна другая её сторона и доступно удовольствие иного рода. Удовольствие от ощущения, что автомобиль перестаёт быть грудой высокотехнологичного железа, а становится идеально послушным проводником его воли.

И Михаэль не расслаблялся даже несмотря на сход Жана Алези на двадцать пятом круге — к сожалению, двигатель Ferrari сгорел прямо на стартовой прямой, выдав облако сизого дыма.

Режиссёр трансляции точно что-то знал — как раз в этот момент он включил обращённую назад камеру на машине Жана, так что в прямой эфир попали и огромные клубы дыма, выброшенные прямо в накатывавшего на француза Дэймона Хилла, и вся последовавшая за этим чехарда.

Алези резко замедлился и, съехав с траектории на внутреннюю часть прямой, ближе к пит-уолл, припарковался на островке безопасности, разделявшем трассу и выезд с пит-лейн.

Подбежавшие к машине маршалы держали наготове огнетушители, но открытого горения не было, так что их решительные, но немного растерянные лица вызвали улыбки у наблюдавших за этим в прямой трансляции механиков Simtek.

Собственно, все развлечения, что им были доступны — это пит-стопы, которых предстояло совершить всего лишь четыре на обе машины, да зрелищные кадры со сходами то одного, то другого гонщика.

Обгонов то, по сути, и не было! Редкие опережения круговых — не в счёт, это и не обгоны то вовсе.

Почти все перемены мест в пелотоне объяснялись только пит-стопами. Единственным, кто продвигался вверх в классификации не только за счёт превосходства в тактической игре с соперниками был, как это ни удивительно, Джонни Херберт. Британский ветеран Benetton, видимо, вспомнил, как нужно пилотировать и к середине гонки шёл на третьем месте.

Стартовав седьмым, Джонни проиграл одно место на старте, но после собрался и, обогнав сначала Ирвайна на четырнадцатом круге, а позже, после первого своего пит-стопа, Френтцена на девятнадцатом — вышел на третье место.

На сороковом круге Херберт снова откатился назад после второго заезда в боксы — вернувшись на трассу лишь шестым он пропустил Култхарда, Бергера и Хаккинена. С финном, правда, удалось справиться всего за три круга — и если в первый раз Джонни опередил Мику за счёт альтернативной тактики, то второй раз прошёл его уже в прямой борьбе на трассе.

Ещё десятью кругами спустя Херберт обогнал Бергера и вышел на четвёртое место, которое ещё через круг превратилось в третье, когда покинул гонку задымивший болид Култхарда, остановившийся на обочине по техническим причинам. Единственный продолжавший гонку Williams Хилла разделял пару машин Benetton, но никаких дальнейших подвижек за десяток кругов до финиша не ожидалось — Шумахер опережал Хилла на двадцать пять секунд, а Хилл, в свою очередь, опережал Херберта на двадцать.

В итоге на счету Джонни оказалась чуть ли не половина обгонов всей гонки, которая в этом аспекте оказалась жутко не зрелищной. Лидеры