Не по собственному желанию - Александр Куринь Страница 60

Пришлось, почти полтора часа медитировать над своими планами и задачами, категорически отказавшись от заманчивого предложения друзей, вновь выйти на сцену со своим коронным номером - стишком о медведе. Единственным светлым пятном на этом утреннике были подарки – небольшие целлофановые кулечки с конфетами, печеньем, шоколадной медалькой и одной мандаринкой. Вот такие маленькие радости у нас, попаданцев. Родители, и дальше будут теребить свой профзоюз, выбивая мне путевки в пионерлагеря и приглашения на утренники. Жаль, что им всего не объяснишь, и после вопроса – ну как, тебе все там понравилось, оставалось лишь отвечать - ja, ja, das ist fantastisch.

Но напрасно я жаловался на скуку, уже через четыре дня после начала каникул, жизнь покатилась быстрее и веселей. Однажды, придя раньше всех на очередную утреннюю тренировку, я зевая от недосыпа, медленно брел по коридору в раздевалку. И тут, из-за расхлябанной и поэтому чуть приоткрытой двери тренерской, услышал свою фамилию. Уши тут же отдали команду стоять и я, делая вид, что развязались шнурки, причем на всех четырех ногах сразу, прислушался и осторожно заглянул в щель. Понимаю, что подсматривать неприлично, но зато как интересно! Даже штандартенфюрер Штирлиц заявлял, что лучше один раз подслушать, чем сто раз услышать.

В небольшой тренерской, сидели мой Сан Саныч и спортивного вида женщина, лет тридцати пяти, которую я уже пару раз встречал у нас в бассейне. Как я тогда понял, она занималась со старшей группой нашего общества, а в данный момент речь действительно шла обо мне.

– Слушай Саныч, ну не будь таким жлобом – недовольно выговаривала она, – ну войди ты в мое положение. Через четыре дня начинаются городские юношеские соревнования, а у меня в эстафете третий номер и наш запасный вылетели, грипп подцепили.

- Так возьми кого другого из своих, время еще есть, вон у тебя их сколько в группе, лоботрясов, - тут же возражает Сан Саныч.

– Да пойми же ты, старлей, не тянут они совсем, а в этих заплывах мне ниже четвертого места опускаться ну никак нельзя. Вот-вот, документы на старшего тренера подать должны, а тут вдруг такой облом случиться может. А если даже "Водник" вперед себя пропустим … ну ты же сам все понимать должен, не маленький.

- Да понимаю я все, но мне не нравится, что ты собираешся этого совсем зеленого пацана со своими аксакалами выставить. Он же у меня всего несколько прикидок прошел, а об эстафете так вообще понятия не имеет, – не сдавался Саныч.

- Так ты же сам сказал, время у нас еще есть вот и подтянем немного. А что до эстафеты, то ты сам знаешь, ничего особенного там нет, шлепнут по заднице, и пошел. Вспомни, как неделю назад сам хвастался, какой у тебя талант подрастает, мол, уже из минуты на пятидесятиметровке выходит – не сдавалась тренер старшей группы - тебе что, интересы собственного общества не важны? Может, мне с Филимоничем следует поговорить?

На короткое время, разговор затих и я даже отпрянул от дверей, опасаясь, что кто то выйдет в коридор. Но тут же услышал ответ Саныча.

– Вот только не надо меня своим Филимоничем пугать, – вскочил мой тренер, – понимаю я все, просто боюсь, что парень может переволноваться, перегореть, он же еще совсем пацан …

Здесь я понял, что лед хоть и не тронулся, но уже пошел большими трещинами.

– Вот потому-то я и пришла к тебе, а не к Филимонычу. Ты же лучше нас сможешь поговорить и объяснить ему все, как положено…

Саныч, хлопнул рукой по столу и наконец сдался.

- Ну, хорошо, давай попробуем, минут через десять все мои соберутся, тогда и подходи к нам, там и поговорим. Хотя боюсь, ничего хорошего из твоей затеи не выйдет.

– Да не переживай ты Сан Саныч, вот увидишь, все будет хорошо. Ты мне потом еще спасибо скажешь, ведь начинать ему когда-то надо?

Она, благодарно похлопала его по плечу и поднялась.

Я понял, что разговор уже точно окончен и незаметно проскользнул в свою раздевалку, которая вскоре, с веселым гомоном, стала заполняться ребятами из разных групп. Переодеваемся, в душ и сразу же в зал, где у стартовых тумб меня уже ждали. Почему так уверен? Так ведь смотрели именно на меня. К этому разговору я был готов, и внутренне уже дал свое согласие, однако, не мешает сыграть роль взволнованного и слегка испуганного третьеклассника.

- Здравствуйте Александр Александрович, - бодро, поздоровался я.

- Привет Саня, вот познакомься – это Инга Петровна, она тренирует наших старших ребят, я думаю, ты уже ее видел.

- Доброе утро, Инга Петровна, – я посмотрел в ее сторону.

- Слушай Саня, здесь такое дело, - неуверенно продолжил Саныч - на седьмое число, у нас намечены большие старты для юношей сорок девятого года рождения, но вот какая засада, у Инги Петровны возникла серьезная проблема, парень один заболел. Хочу спросить, ты не хотел бы попробовать себя, и выступить вместо него? Понимаешь, иначе всю их команду могут снять с соревнований, а ведь все ребята старались, готовились. Это будет эстафета по пятьдесят метров вольным стилем и необходимо четверо участников.

Испытующе глянув в мою сторону и не совсем верно расценив мой взгляд, он принялся успокаивать.

- Да не волнуйся так, ведь эту дистанцию ​​ты раз сто проплывал и тогда неплохо получалось.

Наконец и я решил подать голос, неуверенно заявив.

- Это я понимаю, но все равно, как то страшновато, Александр Александрович, те ребята ведь, все старше будут и занимаются они давно, а ну, как я последним приду, - продолжил сомневаться я.

- Не бойся Саша, ребята у нас отличные, они и сами с удовольствием тебя бы попросили, но только нет их сейчас. Да и ты их понять должен, они готовились, готовились три месяца, а тут раз, и всю команду снять могут. И вообще, результаты у тебя неплохие, – принялась уговаривать Инга Петровна, выложив под конец, и вовсе не убиваемый козырь.

– Ты ведь у нас уже пионер? Вот и должен быть всегда и ко всему готов!

– Ну, не знаю,- протянул я, решив закончить притворяться, - если Александр Александрович считает, что справлюсь, тогда да, я согласен.

- Вот и хорошо, сейчас у всех вас начались каникулы,