Капитан. Назад в СССР. Книга 15. Часть 3 - Максим Гаусс Страница 6

Я развернулся и короткими перебежками бросился обратно к подвалу, где оставил Лену. Времени у меня было мало — где-то в руинах затаились выжившие люди Вильямса, кто-то из них вполне мог быть рядом. И вдруг — выстрел! Резкая боль пронзила бедро. Я споткнулся, упал, перекатился за груду камней. Пули зацокали рядом, высекая искры.

Осмотрел рану — ерунда, зацепило по касательной. Пуля прошла навылет.

Из окна второго этажа особняка, метрах в тридцати от меня, бил автоматчик. Один из американцев. Я открыл беглый огонь, но уже через пару секунд МП-5 сухо щелкнул. Заклинило или патроны кончились, разбираться не стал. Не мое оружие, почти мне не знакомо.

И тут воздух разорвал рев двигателя. Грохот, хруст и треск. Клубы пыли, дым.

Из-за угла вылетел БТР-70, снося по пути сараи и легкие постойки. Многотонная машина вполне была на такое способна, учитывая, что и за рулем не абы кто, а Женька Смирнов. БТР, словно в замедленной съемке, резко затормозил, прикрыв меня бортом. Башня с пулеметом КПВТ калибра четырнадцать с половиной тяжело развернулась в сторону окна.

Секунда, другая. Оглушительная очередь. Короткая, плотная. Стена особняка взорвалась пылью и кирпичной крошкой. Окно исчезло, а вместе с ним деревянная рама и сам стрелок.

Люк распахнулся и я увидел Михаила Михайловича с автоматом Калашникова в руках.

— Громов, ты как⁈ Живо сюда! — заорал Лось, спрыгивая на землю.

— Живой, — отозвался я, поднимаясь на ноги. — Лена… В том подвале, на углу… Только сначала предупреди ее!

— Понял!

Он бегом рванул туда, а я заковылял к бронетранспортеру. Было тихо, никто больше не стрелял.

— Кажется, все, — крикнул Женька. Он умудрился исполнять обязанности не только механика-водителя, но и наводчика сразу. — Кто не сдох, тот сбежал! Шут с Лейлой держат под прицелом с одной стороны, Бизон и Герц поддерживают. Порядок.

Я кивнул, выглянул из-за борта. Боль в бедре пульсировала, но терпимо.

Минуты через полторы из подвала показалась Лена. За ней — Лось, поддерживающий ее под руку. Она увидела меня, рванулась, но я успел подхватить ее сам.

— Цела? — спросил я, вглядываясь в лицо.

— Да… — выдохнула она. — А ты? Ты же ранен…

— Ерунда! — я обнял ее, прижал к себе. — Просто царапина.

Лось смотрел на нас, и в глазах его стояла смесь напряжения, облегчения и усталости. Он молча кивнул, указал нам на люк.

— Грузитесь, — крикнул Смирнов. — Надо сваливать отсюда, пока сюда подкрепление не нагрянуло. Мало ли, кто может сюда подтянуться!

И верно. Мы залезли в бронетранспортер. Лена села рядом, прижалась ко мне, положив голову на плечо. Я чувствовал, как она дрожит — мелко, часто, но молча. Держится.

БТР тронулся, разворачиваясь. Сквозь еще открытый люк я видел, как удаляются постройки Абу-Танф. Дым над разбитым вертолетом, развалины, тела. Место, где я погиб в прошлой жизни. Место, где сделал серьезный шаг, чтобы в этой жизни стало спокойнее. Хоть немного.

— Сейчас остальных подберем! — крикнул Шут.

— Добро!

Несколько минут пролетели словно вихрь.

Шут и Лейла уже ждали нас на выходе из города. Их силуэты с винтовками в руках — словно два призрака на фоне заката — возникли из ниоткуда, когда БТР замедлил ход. Они запрыгнули на броню, и Шут просунул голову в люк.

— Гром, там это… — начал он, но я перебил.

— Потом, Паш. Дай минуту.

Он кивнул, исчез.

Я взволнованно смотрел на Лену. Она чуть ли не засыпала. Обессиленная, измотанная. Ребенок в животе — я положил руку ей на живот, чувствуя слабое, едва уловимое шевеление. Живой. Вроде, все в порядке. Лена девушка сильная, крепкая. Другая на ее месте уже нервный срыв получила бы, но не моя вторая половинка. Тогда я поклялся себе, что больше никогда, ничего подобного с ней не произойдет. Теперь, я не позволю.

— Командир, — снова голос Шута из люка. — Пока ты был у американцев, на связь вышел Кэп! Он в курсе, что мы решаем проблему!

— И что?

— Ну… Есть проблема!

Глава 3

Судьба — капризная штука!

— Конкретнее, в чем суть? — крикнул я, посмотрев на него внимательным взглядом.

— В общем… Наверху уже в курсе, что произошло. Детали вряд ли знают, но итог известен.

У меня внутри всё похолодело. Быстро, однако все раскрылось.

То, о чем я старался не думать, пока летел в Сирию, пока двигались к Абу-Танфу, пока продумывали операцию и пока пули свистели над головой, вдруг навалилось тяжким грузом. Самодеятельность, причем исключительная. Без разрешения. На территории чужого государства, пусть и состоящего в дружеских отношениях с СССР. Да еще и привлечением госсобственности в виде подразделения беспилотной авиации и боевой группы спецназа ГРУ. Это даже не выговор — это трибунал, причем с печальными последствиями.

— Да твою мать! — тихо процедил я. — Так быстро⁈

— Откуда? — пробормотал сидящий рядом Лось.

— А хрен его знает. Может, нас сирийцы еще в Дейр-эз-Зоре засекли, может кто-то другой слил. Мы как-то о конспирации не задумывались, все шло самотеком. Сам подумай, кто мог быть в курсе того, что я покинул Союз? Ты военный пенсионер, по большому счету, никому уже не интересен. Мои парни тут точно ни при чем… Вдруг, это тот начальник автоколонны, капитан Зухрейн, доложил по команде о нестандартном использовании «Рейса»? А дальше пошло по спирали? Если так, то там сейчас, наверное, весь Генштаб САР на ушах стоит. А утром, как взойдет солнце, они пошлют к Абу-Танфу кого-нибудь проверить, что это за погром там случился и почему там столько трупов.

Я анализировал на ходу, пытаясь понять — кто же приложил к этому руку?

Скорее всего, информацию слили намеренно, чтобы выставить меня в плохом свете. Это мог сделать двойной агент или крот, что все еще сидит в Москве. И это идеальный ход, так сказать, на опережение. Но вряд ли тот, кто это затеял, мог быть в курсе, что Вильямс уже мертв. Еще, конечно, обо всем знали Кэп и Кикоть… Первому я доверял как самому себе, а вот Виктор Викторович — мутная лошадка. Вроде и друг, помог быстро добраться до Сирии, но в то же время с ним нужно держать ухо востро. Ладно, потом разберемся.

— А что конкретно Кэп сказал? — спросил я.

— У нас приказ, Гром. Немедленно выдвигаться в Дамаск. Всей группой. Там ждать дальнейших распоряжений. Нас, — Шут кивнул на отделение, где сидели ребята, — И тебя с Леной. А про Лося не было ни слова, но скорее всего, его тоже не забудут. В общем, всех,