Первый БПЛА Второй Мировой. Том 2 - Максим Арх Страница 6

Глава 3

Общий дом

На ужине, изысками решил никого не удивлять и приготовил, а точнее будет сказать — разогрел — гуляш с гречкой. Еда хоть и простовата, но вкусная и все ели её с удовольствием. Из напитков были квас, кофе и чай.

Волею случая попавшие в необычную обстановку женщины и ребёнок, разумеется, всё время трапезы удивлённо косились по сторонам. Оно и понятно, для них тут всё было в диковинку. И лёгкие стулья из алюминия, и прозрачный стол из калёного стекла, и даже висящий на стене подсвеченный всеми цветами радуги аквариум, в котором плавало несколько золотых рыбок («Не забыть бы покормить»).

У новоиспечённых членов отряда, конечно же, было множество вопросов, но они, вероятно, стеснялись их задавать. Я же ни хотел нагружать их кучей не столь важной информации, решив, что для первого дня они и так достаточно много впитали нового.

Поели в тишине. Когда ужин подошёл к концу, я напомнил про план, висящий на стене («Если заблудитесь!») и занялся уборкой со стола.

— Николай, может быть, вам помочь? — спросила Галина Ивановна.

— Нет-нет, сегодня отдыхайте. Я сам, — ответил я. — Вы и так напереживались.

Поблагодарив за вкусный ужин, семейство ушло к себе в комнату, и мы остались с Сергеем тет-а-тет.

— Ну что, — вздохнул тот, помогая убирать чашки, — будем считать проведённую операцию условно успешной.

— Если только условно, — согласился я, споласкивая одноразовые тарелки. — Людей мы, конечно, спасли — и это хорошо, однако мало того что своей цели не добились, так ещё и полностью остались без боезапаса.

Кудрявцев согласно кивнул, а потом, чуть подумав, сказал:

— Возможно, мы смогли бы сделать «сбросы» сами, используя порох из патронов.

— Думаешь это возможно?

— Теоретически — да. Но встанет проблема, как его зажечь такой боезапас в нужный момент. Капсюль ведь может от удара и не сработать. Тут нужно думать и пробовать.

— По-моему, это будет пустая трата времени, — вздохнул я и, вытерев стол, присел напротив.

— Тогда опять, что ли, будем брать очередной грузовик?

— А у нас разве есть другой вариант?

— Гм, а если в нём опять ничего ценного для нас не окажется? Тогда что будем делать? Брать третий, а потом четвёртый, пятый и так далее?

Я усмехнулся.

— Вообще-то в нашем положении для нас всё ценно: и одежда, и еда, и, конечно же, оружие.

— Но главное-то для нас именно оружие — а точнее — взрывчатка! — напомнил Сергей. — Как найти нам то, что будет как гранаты, — вот вопрос.

— Думаю, на этот раз нужно будет дольше следить за обнаруженными складами и стараться по маркировкам на ящиках вычислить то, что нам нужно, — сказал я и почесал макушку. — Во всяком случае, пока именно это приходит в голову. А вообще, — потёр виски, — давай тоже на сегодня с этой темой закончим. Чего-то на самом деле перегруженный денёк получился. Башка раскалывается.

— Давай, — согласился напарник, вздохнув, — но поверь, сейчас я точно не усну — столько событий…

— Это понятно. У меня тоже в крови адреналин до сих пор бурлит. Но нужно уметь отключаться от насущных проблем. Нельзя всё время держать тело и разум в напряжении. Считается, что нервные клетки не восстанавливаются, а потому нужно начать относиться к войне не как к чрезвычайной ситуации, а как к работе — долгой, нудной, ежедневной работе. А если это работа, то после рабочего дня необходим отдых. Так что иди отдыхай, а раз спать не хочешь, то книжку почитай или послушай что-нибудь. MP3-плеером ты пользоваться умеешь.

— Наверное, так и сделаю, — кивнул тот, и хотел было уйти.

Но я, увидев его сморщенный лоб и задумчивый вид, понял: «Не успокоится. Будет читать, думать и загоняться мыслями». И решил его остановить.

— Стой. Книгу потом почитаешь, а сейчас почему бы нам не посмотреть какой-нибудь фильм, раз уж даже мультфильм так всем понравился?

— Фильм? — повернулся тот не дойдя до двери. — Ты думаешь, это уместно?

— В каком смысле?

— Ну… война ж идёт…

— Сергей, я же уже объяснил, что дело это не быстрое. Она не сегодня началась и не завтра закончится. Нельзя думать только об ужасах — так мы сойдём с ума. Как ни крути, а жизнь продолжается. И хочу сказать тебе, что в прошлой моей истории в эти тяжёлые времена люди никогда не теряли надежду на лучшее. Я уверен, что и в этой истории будет точно так же. Даже в годы войны снимались фильмы, писались книги, выпускались пластинки. В кинотеатрах шли кинофильмы, а на сценах театров проходили спектакли. Это было в той моей истории и есть сейчас. Что уж говорить про агитбригады, которые разъезжают по прифронтовым зонам и выступают там перед солдатами, в том числе и показывают фильмы. А всё потому, что руководство и командиры понимают — солдату нужен отдых!

— Не солдату, а красноармейцу или краснофлотцу, — поправил меня Кудрявцев.

— Ах, ну да, — кивнул я. — Слово «солдат» в вашем времени пока не используется, являясь старорежимным.

— Что значит — пока? Оно старорежимное и есть! Военнослужащие назывались солдатами — до революции! А теперь всё не так.

— Говорю ж: пока не так. В 1946 году будет приказ, и слово «солдат» вновь войдёт в обиход. Но мы отошли от темы — так что насчёт кино?

— Гм, возможно, ты и прав, — Сергей в задумчивости почесал подбородок. — Время скоротать перед сном — можно. — И тут же поинтересовался: — А про что фильм?

— Пока не решил, — пожал плечами я. — Сейчас подумаю, с каких картин лучше начать знакомить тебя с кинематографом моей эпохи. Только нужно определиться, — тут я покосился на коридор, — новых бойцов будем звать на просмотр? Или пусть отдыхают?

— Даже, не знаю. С одной стороны — они устали. Но с другой — им, конечно же, тоже будет интересно посмотреть на твоё будущее.

После пары минут обсуждений — решили позвать, и я пошёл к жилым боксам.

— А это где ж будут кино показывать? — открыв дверь и выслушав моё предложение, поинтересовалась Галина Ивановна. — Там, где вы нам вчера на кампутарах показывали разные кадры?

— Нет — в другом помещении — в комнате отдыха № 2, — ответил я и пояснил, — это та, в которой нет бильярдного и теннисного столов. Там на стене висит большой телевизор-экран. Вот на нём и будем смотреть.

Её дети, слышавшие разговор, подошли к дверному проёму