Милан. Том 9 - Arladaar Страница 53

и сразу же принялись есть. На удивление, заметили, что и остальные девчонки поступили точно так же: по-видимому, вчера многие с утра насиделись голодом и сегодня поступили идентично, приготовили еду с вечера. У Камышевой была пицца в упаковке, у Акатовой и Термитовой, по-видимому, тоже бутерброды. Даже Вакаба Саюхара распечатала какой-то фастфуд, похоже, лапшу вок.

Несмотря на то что бутерброды были недорогие, да ещё и вегетарианские, с салатом, огурцами, помидорами и сыром, сразу же пришло ощущение сытости, и голова окончательно прояснилась. Жить можно. Даже можно было оставить без внимания шутку Брона про вегетарианство и намёк на плюс 2 килограмма.

После того как автобус приехал, тренеры велели фигуристкам задержаться на пару минут.

— Сегодня тренировка будет в виде соревновательного проката коротких программ! — сказал Бронгауз. — То есть, всё будет приближено к реальности. Сейчас после раздевалки вы идёте в фитнес-зал, там проводите буквально короткую, пяти-десятиминутную разминку, после которой сразу же выходите на лёд, все вместе. Это будет как бы моделирование соревновательного проката. Потом будет стандартная шестиминутная разминка, после которой начинает выступать первая спортсменка по стартовому списку, на данный момент это Лиза Камышева. Потом будут вызывать следующих фигуристок, вы будете выходить, катать короткую программу, а потом оставаться или на трибуне, в гостевой зоне, либо у калитки. После тренировки мы скажем вам, во сколько вы должны приходить на короткую программу. Вопросы есть?

— Есть! — заявила Смелая. — Это что, оценки ещё будут ставить?

— Оценки никто не будет ставить! — объяснил Брон. — Это ни к чему. Будете просто катать свои короткие программы под музыку. Предварительного распрыгивания не будет, только стандартная шестиминутная раскатка. Сейчас всё ясно? Если ясно, то на этом всё. Действуйте!

Пока Брон говорил, и Гришин, и Хворостов, делегировавшие ему право обратиться ко всем фигуристкам сразу, согласно кивали головами, показывая, что тренер Хрусталя прав.

После такого напутствия подружки направились в раздевалку, переоделись в тренировочные костюмы и отправились в фитнес-зал, где устроили лёгкую разминку. Спустя короткое время Люда посмотрела на часы, висевшие на стене, они показывали 7:45.

— Девушки, вам пора! — предупредил вошедший волонтёр.

Фигуристки прекратили разминаться, сели на лавки и начали надевать коньки. После этого вышли в служебный коридор и направились на ледовую арену.

Здесь царила та же обстановка, что и вчера: играла громкая музыка, а пустые трибуны опять смотрелись очень непривычно. Судьи присутствовали все, а за судейским рядом привычно находились Александр Степанишин и Максим Погодин, рядом с ними японские журналисты и комментаторы. Телеоператоры у арены настраивали свои телекамеры.

Когда фигуристки появились у льда, где-то на трибунах раздались жидкие аплодисменты. По-видимому, хлопали Саша и Максим. Потом музыка стала тише.

— Здравствуйте, дорогие дамы и господа! — нарушил тишину информатор. — Сейчас начнутся тренировочные прокаты женщин-сеньоров. На разминке находятся: Елизавета Камышева, Россия; Софья Термитова, Россия; Арина Стольникова, Россия; Вакаба Саюхара, Япония; Александра Смелова, Россия; Софья Акатова, Россия. Объявляется шестиминутная разминка.

Друг за дружкой фигуристки направились к калитке и начали выходить на лёд. Один из телеоператоров снимал этот процесс, по-видимому, для истории.

— Арина, исполняешь прыжки из короткой программы, включая тройной аксель! — заявил Брон. — Саша, к тебе то же самое относится.

Люда согласно кивнула головой и первая ступила на лёд, положив чехлы на бортик, и быстрыми перебежками стала набирать скорость. Проехала мимо судейского ряда, подняв голову и увидев Александра и Максима над ними, приветственно помахала рукой. К её удовольствию, журналисты ответили ей.

Разминалась так, как делала десятки и сотни раз до этого: проехала по длинной дуге вдоль судейского ряда, у правого короткого борта развернулась задними перебежками, потом, уворачиваясь от своих коллег по несчастью, покатила обратно, исполняя фонарики и змейку. Проехав круг, почувствовала, что размялась, привыкла ко льду, и прыгнула несколько перекидных прыжков, рядом с Бронгаузом.

— Прыгай тройной аксель! — крикнул Брон.

Люда согласно кивнула головой и покатила к правому короткому борту, у которого прыгнула тройной аксель. И опять с первого раза неудача, опять падение! Что случилось? Да фиг его знает, опять, что ли, поосторожничала… Разгон получился медленный, отталкивание смазала, в результате получился недокрут в половину оборота, и она воткнулась прямым углом задней части лезвия в лёд и сразу свалилась на ягодицы. Нет! Всё-таки пока ещё ей далеко до Стольниковой…

Люда слышала, как ахнули российские и японские телекомментаторы, а Бронгауз с досадой ударил обеими руками о бортик. Конечно, это Брон ударил, кто же ещё мог так психовать… Однако и тренера можно было понять: сколько дней уже тренируются на этом льду? Сегодня третий день, а результаты… Вроде и есть, но в то же время и нет. Вчерашняя тренировка получилась хорошей, что называется, рабочей, однако прошли сутки, и вернулись к тому, от чего ушли позавчера: падение. Никакого прогресса нет! В чём причина? А фиг его знает… Стольникова сейчас должна прыгать тройные аксели, как семечки. Однако первый же тройной аксель, на который возлагается очень много надежды, и она опять полирует задницей лёд, точно так же, как это было позавчера.

— Перестань! Успокой себя! — сказал Брон, когда Люда подъехала к бортику для консультации. — Сейчас делай остальные прыжки из короткой программы, аксель отложи на потом, на конец тренировки.

Люда снова стала разгоняться к правому короткому борту и прыгнула у него каскад тройной флип — тройной тулуп. Чисто! Даже прекрасно: с хорошего короткого захода, предварительно сделав моухок и тройку, с прекрасным пролётом и высотой подъёма на флипе. Тренеры и журналисты наградили прыжок громкими аплодисментами и сразу же ахнули: кто-то из девчонок свалился на лёд после прыжка.

Потом Люда прыгнула тройной лутц, тоже чисто. После этого Бронгауз велел приступать к исполнению тройного акселя. Люда разогналась от левого короткого борта к правому, моухоком встала на левую ногу на ход вперёд и мощно махнула правой ногой, загоняя себя в крутку.

В этот раз аксель получился более уверенно, но тоже неважно. С касанием льда рукой.

По-видимому, и у Сашки тренировка тоже не слишком складывалась, потому что она краем глаза видела, как Смелая ошибалась пару раз.

— Я уже не знаю, как на вас воздействовать! — недовольно сказал Бронгауз, когда Люда подъехала к бортику — Как мне с вами работать? Вчера у вас всё было хорошо! Сегодня вы приходите и опять падаете. Что одна, что другая. Давайте делайте еще тройной аксель, до тех пор, пока не получится!

Ничего не поделать,