Кризис доверия - Светлана Кузнецова Страница 45

— Давай… Чего ты возишься? — шипел один.

— Ловлю! — отвечал второй: более тонкий, почти детский голос.

Тихий звук падения, треск ветвей.

— Косорукая корова!..

— Заткнись урод…

Кир кинулся на шум, уже не скрываясь, по лицу стегнули ветки, заставляя зажмуриться, ухватил за тонкое плечо подельницу вора и тотчас получил в солнечное сплетение острым локтем. Следующий удар пришелся по голени. То ли показалось, то ли сверху действительно донесся приглушенный вопль. Машинально, не столько желая подавить сопротивление, сколько переживая боль, Кир стиснул пальцы, услышал вскрик, а потом и:

— Все! Все, тварь. Ты мне плечо вывихнул!

Сопротивляться девчонка прекратила, и Кир открыл глаза, наконец, рассматривая, кого же изловил.

— Не преувеличивай: пока не вывихнул.

Первым взгляду предстал необычный цвет волос: проросшего газона. Видимо, не так уж темно здесь было. Худая и мелкая девчонка от десяти до пятнадцати годков уставилась на него злющими серыми глазами. Впрочем, судя по собственной сестре, имевшей похожее телосложение, Кир мог предположить, что она старше.

— Никто не говорил, что красть нехорошо?

— А тебе, урод, больше всех надо?! Я заявлю, что ты пытался меня поиметь, извращенец обдолбанный. И поверят мне!

— Помечтай, — вытаскивая более не сопротивлявшуюся «жертву насилия» из кустов на дорожку, рассмеялся Кир.

В окнах музея уже горел свет, створчатые двери парадного входа были распахнуты, а их встречали три ночных сторожа в темно-синей униформе и некто низкий и плотный в квадратных очках и пиджаке. Девчонка сделала попытку рвануть в сторону, но Кир лишь сильнее сжал пальцы.

— Сука… — прошипела она и заорала звонким и высоким, донельзя противным голосом: — Помогите! Насилуют!

— Полиция. Фангский отдел, — перекрывая ее вопли, представился Кир. — Кирилл Агарев…

— А!.. — заорала девчонка, кажется, переходя на ультразвук.

— Ну вы же понимаете… страна только выбирается из кризиса, средств на охрану не хватает, да и нет у нас ценностей, которые хотели бы украсть, — смотритель то тер ладони, то прятал подмышки кисти рук, словно испытывал холод. Впрочем, возможно, он действительно переживал озноб как результат нервной реакции на происшествие.

— А это? — Кир кивнул на лежащие на стойке неработающей гардеробной фрески: то ли древнеегипетские, то ли вообще шумерские.

Они расположились на первом этаже. Неудачливые воры сидели на лавке и попеременно хлюпали носами. Подростки: мальчик и девочка. Обоим по шестнадцать. Из якобы благополучных семей. Родителей уже везли в специально отосланных за ними патрульных автомобилях.

Кир рассчитывал, что сдаст юных правонарушителей кому надо и, наконец-то, отправится домой. Но пока он вынужденно сидел в холле музея, выслушивал объяснения-причитания смотрителя о недостатке финансирования, которые ему не требовались ни за каким лядом, и гадал: успеет ли первым спешно вызванный сюда директор или примчатся родители оболтусов. В последнем случае Кир рисковал напороться на визги, слезы, заламывания рук, истерики, мольбы, переходящие в угрозы, и угрозы, переходящие в мольбы о невозбуждении дела. Особенно нелегко будет, если придется общаться с матерями.

— Очень хорошо сделанные копии, интересные с точки зрения изучения истории, но не более того, — заверил смотритель: невысокий, грузный, в сером явно дешевом пиджаке при галстуке на резинке. Совершенно непримечательный типаж. Настолько непримечательный, что Кир невольно стремился запомнить округлое отечное лицо со следами хронической усталости, привычку поджимать губы (совсем как у фангов) и серо-голубые выцветшие глаза. Взгляд смотритель старательно отводил, стоило Киру даже мельком всмотреться в него. Было стыдно? Боялся?.. Все возможно. Только подобная манера Кира раздражала.

— Как… копии?! — воскликнула девчонка. — А ты говорил…

— Не я!

— Я так понимаю, версия о влезании в музей на спор рассыпается прямо на глазах? — усмехнулся Кир.

Правонарушители тотчас умолкли, переглянулись и демонстративно отодвинулись друг от друга, насколько уж позволила трехместная лавка.

— Да не пойдет это в протокол, просто интересно, — улыбнулся Кир. — Поделитесь уж подвигом.

— Ты мне плечо сломал, гад, — буркнула девчонка.

— Не преувеличивай.

— И ты не представился! Сразу. Только когда схватил.

— Ах, какая оплошность! Может, следовало тебе еще и права зачитать? — по-прежнему широко улыбаясь, поинтересовался Кир. — Мне, между прочим, до сих пор больно.

Вначале он не сообразил, почему девчонка уставилась на него, словно на пришельца из космоса, понял только когда она сказала:

— Ты не фанг?!

— Извини, если разочаровал.

— А… этот?! — воскликнул мальчишка.

Ард, все это время рассматривавший таблички, оглянулся на него. Показывать зубы не стал, принимать боевую форму тоже, но глаза его на мгновение засверкали ярким синим огнем, несмотря на заливающее первый этаж освещение.

— Да у меня же теперь психологическая травма! — выкрикнул мальчишка. — Я же теперь…

— Под себя ходить будешь? — предположил Кир.

— И хорошо! — перебила девчонка, найдя самый удачный момент. — Выкинешь из головы дурацкую идею стать фангом.

— Ого! — оценил Кир. — А строили-то из себя. Дети, верящие в сказки.

— Много вы все понимаете… — пробормотал мальчишка, — вампирами через укус ведь становятся.

— И много ты вампиров встречал?

Мальчишка не ответил, но покосился на Арда более чем красноречиво.

«А я говорил, гранд… мать твою… Ферн, — мысленно сформулировал Кир старательно-громко. — Не стоило вам брать именно эту страшную сказку».

— Мы не ваши мертвецы, а представители иной расы, — сказал тот высокомерным, полным превосходства и пренебрежения тоном.

«Ничему жизнь не учит», — прокомментировал Кир.

— Скорее, вида, — заметил он вслух. — Хотя я не разбираюсь в этих тонкостях.

— А я говорила, — фыркнула девчонка.

— Что ж пошла помогать раз такая умная?

— Да потому что дура!

— Вот и поговорили, — хмыкнул Кир. Настроение действительно поднялось. Юные недоразумения, конечно, следовало наказать, но, пожалуй, родители сами справятся с этим. Да и лично ему гораздо больше нравились вот такие озорники, а не пай-мальчики и девочки-девочки с бантиками и в розовом. — Я так понимаю, некто предложил вам стать фангами в обмен на эти фрески?

Кивнули они синхронно.

— Через укус.

— По договору мы не имеем права