Путь Акогаре. Том 3 - Александр Адамович Страница 43

– Думаю, Хоккори давно додумался воевать этими “ритуальными техниками”, – Сэнрю решил потормошить раны.

– Мне и чистой силы с умением хватает.

– Не обижайся, но всё таки!.. Ты должен, как минимум, попробовать. Знаешь, ведь, какие демонюги иногда попадаются – так просто мечом и не разрубишь.

– Юноша верно говорит, – покачал головой сказитель, – Сумей вы поразить тварь молнией, сбить с ног ветром, или вовсе окунуть в столп пламени – борьба с ними станет куда проще. А обучи этому простой люд – можем и о спокойных временах поговорить.

– Простой люд так и не научился мечи сохранять при себе, куда им к "столпу пламени".

– Особенные будут всегда.

– "Особенные", – цокнул я.

– И с Богомолом, дай Небеса, договоритесь! – вклинился Сэнрю, облокотившись на перила моста, – Ты свои секреты, он – свои.

– Думаешь захочет?

– Главное тебе, барану упёртому, захотеть.

Секреты у нас, скорее всего, одинаковые.

Ибо я попросту ума приложить не могу, как по другому можно воплощать эти самые “техники”.

Пора, наверное, объяснить.

Душа красной нитью связана с силами природы; именно от душевных "колебаний" рождаются демоны или цветут деревья Юме – такой выброс силы у человека случается непроизвольно. "Но что если мы попытаемся уловить это тоненькое перешёптывание между душой и нашим миром?", – именно этот вопрос озарил меня в начале создания собственной техники. Уверен, и Хоккори тоже. Только я, вот, раньше додумался. Ладно. Трудности тут начинаются с самого момента "уловить", ведь я очень долго совершал своего рода паломничества, дабы найти место с самым громким "шёпотом", и когда, наконец-то, лёгенький мандраж пробил кончики пальцев на ногах, я возрадовался: "Оно!". А потом уже и вполовину не так сложно: учимся удерживать связь, контролировать, а следом – использовать себе во благо. Нюансов, ясное дело, как звёзд на небе, но об этом можно и потом.

* * *

– Кошки лечат!..

– Даже раны на душе, – шутливо припечатал за ним я, – А местечко цветёт да пахнет, – окинул взглядом полные коробки с подношениями и множество дорогих, а главное заказных, изваяний местных хранителей.

– Хорошая легенда не перестаёт приносить деньги роду даже спустя столько лет, – подхватил Сэнрю, – Нам-то и лучше – место остается таким же, как в памяти.

– Как в памяти... – вздохнул я, смотря как нас окружает толпа во всю глотку мяукающих котов, – Позабыл им гостинцев взять.

– Угадай, кто никогда не забывает! – демон самодовольно вынул коробку с разящим изнутри запахом рыбы, – Налетай! – и полетели головы.

Враг был всегда под боком. Банально, но правда же. Хотя, глупо скорее то, что я упустил едва ли не главный кусочек картины. Мой эгоизм не позволял всерьёз задуматься, что мы с Кодоку одно целое, ведь будь так – я бы демона с потрохами съел.

Оказалось, не съел.

Не сразу.

Далеко не сразу.

– Что надумал? – прочитал мысли демон.

– Ничего такого, – на мгновение замялся и присел на веранду храма; как бы ему сказать-то? – Этих лет словно и не было, – наконец выдохнул я.

– М?

– Да и я уже не тот человек, с которым ты дружил.

– Ну не надо тут этого самого – по детски наиграно, а в душе, кажись, вполне серьёзно, возмутился он, – Позволь мне решать, тот ты человек или нет.

– Я себя не чувствую им.

– Оно и понятно, сколько лет прошло.

– Для меня миг.

Сэнрю помрачнел и кинул в меня украдким взглядом, после чего отвернулся, выдавив:

– А для меня сотни.

Молчим.

В глаза било солнце, об ноги приятно ластились кошки, уже покушавшие начали улягаться рядом и едва слышно мурлыкать. Сэнрю брал на руки котят, прикладывал к груди и почёсывал им пузо, пока те не выкрутятся из хватки. Ноздри, вместо запаха рыбы, забил аромат благовоний, воскуренных местным покровителем.

Есть некоторый дискомфорт в диалоге.

Незримая тень.

...

Я, ведь, спустя первые года жизни “за Рёко” потерял всякое человеческое, вместе с Саюри, жил помутнённо, главное – в компании вечного врага и “неполной картины”; отчего, как последний дурак, бесконечно мучался, отыгрывался, то силой то умом, напивался, предавался нескончаемому разврату.. список на девятьсот тысяч девятьсот девяносто девять пунктов, если вкратце. Когда как Сэнрю, подобно верному псу, не выпускал из головы наш договор и тихо ждал пока до меня не дойдёт... Вот уж, Идиот-Тэцуно.