Лётчик: Лётчик. На боевом курсе! Под крыльями Босфор - Владимир Владиславович Малыгин Страница 42

намереваюсь за месяц с небольшим сделать? Бред сивой кобылы. Тут годы нужны, организация и солидные денежные вливания в пропаганду. Так что нужно правильно оценивать свои возможности и шансы. Мизерные они у меня на фоне грядущих катаклизмов. И даже не мизерные, а микроскопические. Скажу я сейчас о предстоящем здесь через три года сражении и какую реакцию в ответ получу? В лучшем случае заработаю клеймо весьма странного, хоть и уважаемого по роду своей профессии, человека. И даже если назову точную дату начала войны, всё равно никто мне не поверит. Да я бы и сам лишь посмеялся на месте этих людей над такими уверениями и прогнозами.

А что тогда я могу? Чем помочь? Даже фотографию по зрелому размышлению здесь, за этим разговором не решился предложить. Потому что на картах обозначен и подробный рельеф местности с высотами, и глубины проливов. Не поймут и не оценят. Но чуть позже обязательно с генералом поговорю. Самое главное начать разговор, а дальше кривая куда-нибудь да вывезет.

После обеда всё так же в сопровождении группы офицеров направились к самолёту. Правда, дождались ответной телеграммы из Ревеля. Доложили о нашей посадке в Куйвасте. Узнали про катер сопровождения, который после двух часов безуспешного преследования давно скрывшейся из виду цели решил вернуться на базу. Ну и сообщили о времени нашего возможного возвращения. А что? Пусть готовятся к встрече.

На телеге доставили бензин, и я с помощью аж целого капитан-лейтенанта осторожно перелил его из бочки в бак. Нет, бочку мы наверх не поднимали, сначала переливали бензин в ведро, а уже из него через воронку в бак. Свои банки пока решил приберечь на крайний случай. Запас – он карман не тянет, пусть будет. Да и смысл его сейчас использовать, когда бензином снабжают без проблем.

После взлёта облетели остров, прошли вдоль береговой черты и направились к южному мысу острова Даго, потом ещё пролетели над Кассарским плёсом и взяли обратный курс на Ревель. А я-то думал, что в Ригу полетим, над ней покружимся. Видимо, в следующий раз. А вообще, перелёты получаются очень уж большие, на пределе дальности. И нагрузка на мотор опять же огромная. Выдержит ли? Посмотрим. Но сегодня обязательно поменяю масло, проверю сальники и прокладки на предмет подтекания. Больше, к сожалению, я ничего не смогу сделать.

Прислушался к пению двигателя за спиной, успокоился. Работает ровно. Поживём ещё.

А при заходе на посадку на уже знакомую площадку вляпался. Сглазил. Как раз на снижении почти перед самым приземлением где-то на высоте порядка метров двадцати поднял с озера большую стаю птиц. Кого там только не было. И вся эта хаотично мечущаяся куча не придумала ничего лучше, как ломануться в мою сторону. Правда, повезло, что не в центр влетел, хвост этой стаи задел. Но и этого хватило. Несколько сильных ударов по крыльям, от которых сотрясся весь корпус, звонко лопнула какая-то расчалка. Самолётик опасно накренился, клюнул носом, тут же его попытался задрать. Кое-как справился с возникшими моментами, на пределе возможностей и эффективности рулей удержал самолёт от катастрофы, убрал газ, снизился быстро и плюхнулся на траву. Тут уж не до красоты и мягкости приземления было. Но в последний момент перед касанием вспомнил про хрупкие и ненадёжные стойки колёс и поддёрнул ручку на себя, тут же перекладывая её влево, чтобы убрать мгновенно возникший крен. Да куда в сторону, она уже и так до упора завалена. Так и сел на одном колесе, с вывешенным вторым, чудом не чиркнув плоскостью правого нижнего крыла по земле. Хорошо, что оно короткое, и поэтому расстояния от него до земли хватило. И стойки колёс не подломились, выдержали. Зарулили на знакомую стоянку, ткнулся носом прямо в стену кирпичного здания, заглушил мотор и замер, расслабляя занемевшие от напряжения руки и ноги. Прикрыл глаза, сижу, дышу, прокручиваю в голове свои действия. Всё правильно сделал. Вновь вернулось, казалось бы, давно забытое воспоминание – летящие в лицо мохнатые кроны и золотистые стволы сосен. Ну и что, что скорость маленькая? Зато высоты достаточно. Если даже с пяти метров просто грохнуться о землю – костей не соберёшь. Да плюс ко всему работающий мотор с пропеллером за спиной. И кабина фанерная с деревянным реечным каркасом до кучи. Влетит в тело какой-нибудь острый отщеп, и всё. Прощай, моя вторая жизнь. Только сейчас и понял, насколько рискованно летать на такой технике. А то расслабился, понимаешь. Красота – скорости и высоты полётов невеликие, вес маленький. При отказе мотора можно почти без проблем спланировать и сесть практически на любую поверхность, даже на лес… При известной сноровке и наличии хоть какого-то опыта.

– Поручик, вы целы? С вами всё в порядке?

Ничего со мной не в порядке. Устал я, словно чёрт, который без перекуров в котлах с грешниками кипяток шурует.

Открыл глаза – пассажир мой в мою сторону перевесился, наклонился, руку к плечу протянул. Заметил, что я глаза открыл, убрал ладонь.

– Нормально всё. Вас-то птицы не зацепили?

– Бог миловал. Вам помочь вылезти?

– Благодарю, не нужно. Я сам.

Спрыгнул на землю, пошёл вокруг самолёта, рассматривая повреждения. Несколько дыр в верхней плоскости ободранными краями лохматятся, клочья перьев и пятна крови на переднем нижнем лонжероне, причудливой спиралью короткий обрывок расчалки из плоскости торчит. Длинный же конец свободно свисает и за крылом тянется по земле. Покачал крыло вверх-вниз, пошёл дальше. Внимательно и тщательно осмотрел мотор и винт. Здесь повезло, никаких повреждений. А если бы оборванный трос в двигатель попал? Брр. Мне вот интересно, почему-то раньше птицы с озера не взлетали. Ни при взлёте, ни при посадке. А тут словно кто вспугнул их. Не на моего ли пассажира покушались? Жаль, не посмотрел в ту сторону, может, и заметил бы кого в кустах камыша? Вряд ли. Не дураки же там сидели. Если сидели, конечно. А мысль интересная, стоит над ней хорошо подумать.

– Никак отлетались, поручик?

Мой генерал не отходит, хвостом за мной следует, все движения в точности повторяет, даже крыло так же покачал.

– Почему? Ничего страшного.

– И починить сможете? Или флотские мастерские придётся привлекать?

– Конечно, смогу. Трос у меня есть. Нам повезло, что крепления не вырвало. Вот тогда бы пришлось что-то придумывать. Да всё равно выкрутились бы. Только тогда мастерские бы и понадобились, помогли бы с ремонтом. Главное – винт и мотор целые. И колёса со стойками не поломались.

– А ловко вы управились с посадкой. Я уж перекреститься успел