Новый каменный век. Том 6 - Лев Белин Страница 4

Мы молчали несколько минут. Даже на запах внимания не обращал. Внутри было так мерзко. От глупости, от такой случайной глупости. Но вот так оно и бывает. Просто глупость.

— Ха… Ха-ха, — нервно посмеялся я.

— Всё плохо? — спросил Белк.

Идя сюда, я рассчитывал на два сценария. Один предполагал смерть людей с характерными им болезнями, другой — зверей, так же. А здесь было и то и другое. Ещё и с таким разнообразием. Настоящий праздник для Мора.

И теперь у меня было множество вариантов, что уже могли подхватить соколы. Но в то же время радовало, что я сейчас за десятки тысяч лет до плотного людского сосуществования. Некоторые, весьма опасные болезни можно было исключить.

«А люди будущего, будут думать о каких-то древних вирусах, запертых во льдах. Нет уж, вирусы начали процветать вместе с человеком». — мелькнула мысль.

От человека в этом коктейле можно было получить: гепатит Е, ротавирус, энтеровирус и шигеллез. Это по тому, что мне точно было известно. Гепатит А придёт с городами, как и брюшной тиф, они требуют постоянного обновления в популяции. А такие популяции не выживают.

А вот со зверями всё было куда хуже. Они носили в себе все радости инфекционно-вирусной жизни. Кампилобактериоз прекрасно живёт в холодной воде, кишечная палочка и сальмонеллёз будет рядом тысячи и тысячи лет, лептоспироз менее известен, но достаточно неприятен. Ну, хоть главные кандидаты близки по духу: диарея, рвота, температура.

Только инкубационные периоды разные, и я не представлял, как они будут действовать в связке. И у меня не было соли, а без неё — конец всему.

Я глянул на неандертальцев и, наконец, ответил:

— Плохо, Белк. Очень.

Глава 2

— Оставим их так? Они же хоть и Снежные, но не звери же… — бухтел Белк, пока мы переваливали через бугор в сторону стоянки. Голос его звучал приглушённо, словно он спорил не столько со мной, сколько с собственной совестью, что не давала ему покоя. Они же были охотниками, хоть и другого вида. Всё же Белк был склонен к сентиментам, пусть они и проявлялись таким образом.

— Предлагаешь сжечь? Разумно, — начал я. — Только мы и времени кучу потратим, а может, и сами с чёрными духами повстречаемся. Ночь будет холодной, — я выдохнул облачко пара, — гиены и снежные подморозятся, подождут нас. А медведя мы бы и так не уволокли вдвоём. И резать его нельзя.

Сейчас мертвецы были последним, что меня беспокоило. С ними уже ничего не поделать. Хорошо бы, конечно, и впрямь огню придать. Но это терпит. Из реки и так пить не будем, благо вторая имеется. А шанс подхватить «чего-нибудь», пока будем проводить погребальные мероприятия, — весомый.

«Трупные яды, лептоспироз, сальмонелла… и сибирская язва, только в путь», — подумал я, прикидывая, какие подарки мог бы прихватить с собой. В большинстве достаточно подышать рядом, а помимо — ещё слизистая, микрораны. — «Ну уж нет. Нужно заботиться о живых».

А забота им понадобится. Я уже примерно прикидывал, чего ожидать. Эпидемии хоть и были редкостью в каменном веке, но палеоэпидемиология и палеомикробиология не просто так носят такие имена, и многие умы провели годы, чтобы узнать, с чем сталкивался мой нынешний современник. И не то чтобы это было нечто специфичное. Нет. Тут страшнее было от того, что в данном случае — человек и зверь — предлагали разные варианты развития событий. И вполне возможно, в связке.

— Ты сможешь их спасти? Прогнать чёрных духов? — спросил Белк, видя мои размышления.

Я ответил не сразу.

Первый удар придёт от кишечных вирусов и инфекций: кампилобактериоз, кишечная палочка, сальмонеллёз, возможно, и дизентерия. Хотя что с ней, что без неё — всё в любом случае скверно. Это только то, что я упомнил. И уже в первые дни без соли шансов будет, мягко говоря, мало.

Следом, если нам удастся разобраться с обезвоживанием и вымыванием нутриентов, мы встретимся с лептоспирозом, может, иерсиниозом. И это особенно опасно для… Таки, да и для Даны. Поражения печени я не сумею избежать, если разовьётся.

И это не конец, ведь одному Белому Волку известно, что затаится за всем этим на дни, недели. Гепатит Е, трупная накопительная интоксикация, эхинококкоз…

«Но справившись с первой волной, наши шансы резко возрастут», — понимал я.

— Всех вряд ли, — честно сказал я и показал четыре пальца. — Дух будет рвать изнутри, гнать воду из плоти, травить кровь с дерьмом. Детям будет тяжелее остальных. Нам придётся отправиться за солью, — я произнёс это как нечто будничное.

И Белк ожидаемо, так же буднично кивнул. Он давно подбивал меня отправиться на тот берег. Но там территория неандертальцев, а уж с ними я очень не хотел конфликтовать.

А теперь у меня не осталось выбора. Я осознавал, что на той стороне осталась часть их общины. Вероятно, около десятка. Женщины, дети, возможно, старики. И это нисколько не даёт расслабиться. Они сильны, это их территория, они её знают. И уже должны были осознать, что их мужчины не вернутся. С нашей территории.

— Они думают, что мы убили их людей? — зачем-то задал я этот глупый, совершенно бессмысленный вопрос.

— Если бы ты пошёл через реку и не вернулся бы… — он глянул на меня так, что я аж сглотнул, — то через две ночи все снежные люди на склоне были бы мертвы. И огня бы они не узнали.

По хребту невольно пробежал холодок. Я стал забывать, что Белк совсем не милый, пушистый медвежонок. Он пещерный медведь. Как бы я ни хотел, чтобы судьба когда-нибудь сделала его моим врагом. Он будет пострашнее Ранда, Ваки. Я вижу это лучше, чем любой другой. Может, только Канк ещё.

— Кого ты возьмёшь?

— Я думал, что ты скажешь мне не идти, — усмехнулся я, и напряжение немного утихло.

— Ты не слушал меня, когда был Ивом… а уж Тан-Ор-Ах и того не услышит, — буркнул недовольно Белк, махнув рукой.

— Нет, я всегда тебя слышал. Даже понимал. Но решал поступать иначе. И о некоторых решениях жалею.

— Не думай о том, что было. Нет в этом толка.

«Какая ирония. Я всю свою жизнь думал о том, что было. И лишь это позволило мне прожить больше одного дня», — улыбнулся я про себя, хотя настроение было