Добрым словом и кулаками - Николай Петрович Марчук Страница 4

из него не стал, а подтащив к себе автомат высадил содержимое его магазина одной длинной очередью. Потом выдернул из кармана разгрузки ручную гранату дернул чеку и зашвырнул её себе за спину в сторону лестницы, уходящей вниз. Металлический шарик звонко попрыгал по ступенькам и между этажами прогремел взрыв. В ответ ни криков, ни стрельбы. Ну и ладно, нет там никого, мне же проще.

На секунду в здании повисла тишина. Коридор заволокло тяжелым, густым дымом от горящей крыши, я подполз чуть-чуть вперед, поближе к отверстию в стене откуда тянуло свежим воздухом.

Бах!

Стена сотряслась от взрыва снаружи, меня окатило волной пыли и мелкого крошева.

Чертовы ублюдки, будьте вы трижды прокляты!

Выставил ствол ПКМ через отверстие в стене наружу, чтобы противник точно знал где я нахожусь. Пора с этими мучениями заканчивать, боль стала настолько невыносимой, что терпеть её не было никакой мочи.

Едва удерживая приклад пулемета в ослабевших руках, тиснул пальцем спусковой крючок — ПКМ затарахтел, высаживая боекомплект одной длинной, нескончаемой очередью, я лишь пытался удержать оружие в правильном положении, чтобы ствол пулемета смотрел в сторону врага. Ни о какой прицельной стрельбе речи быть не могло, я ни черта не видел, дым от пожара на крыше и облако пыли внутри коридора от близких разрывов застилало всё вокруг. Глаза забиты мелким сором, из-под шлема стекает струйка крови по лбу…

Бах!

Бах!

Сразу две гранаты из РПГ влепились в стену дома. Стена не выдержала и частично обвалилась, кусками ломанного бетона и вывороченных кирпичей меня засыпало. Резкая боль в спине и пояснице! Резануло так, что я заорал во всю глотку. Кричал долго: материл противника, сыпал проклятьями и бранился. Думал услышат и добьют…

Все, что ниже поясницы не чувствую, боль в ноге как отрезало. Чутка легче стало, хоть и понятно, что у меня где-то поврежден позвоночник. Руки двигаются, пальцы сгибаются. Вытащил гранату из подсумка, следом вторую, положил перед собой. Разжал усики, дернул кольцо. Сперва хотел засунуть гранату себе под голову, но глянул на таймер на часах, а там всего 0:17. Семнадцать минут боя. Рано уходить! Я Психу обещал, что продержусь двадцать минут.

Выставил руку с гранатой сквозь дыру в стене и разжал пальцы, стальной шарик с ребристой насечкой немного полежал на раскрытой ладони, потом я догадался встряхнуть кистью руки и граната упала вниз.

Снизу донесся чей-то визгливый окрик, потом приглушенно рванул взрыв, а следом тут же дикий рев:

— Я — триста!!! Я — триста!!!

— Отсоси у тракториста! — прошептал я в ответ и глупо захихикал.

Хотел сказать громко в полный голос, но сил на это не было. Жаль, такая шутка пропала зря, никто не услышал и не оценил.

Пули застучали по бетонным стенам, через провалы в стене они залетали внутрь второго этажа, рикошетили от бетонных обломков, потолка и стен. Визжали и цокали, как надоедливые насекомые.

— Я — триста!!! Триста!!! Вытекаю!!! — не унимался вражеский подранок где-то совсем близко на земле, под стеной здания.

Пальцы совсем не слушались, усики гранатного запала получилось разжать далеко не с первого раза. Разжал. Дернул кольцо. С трудом протиснул кисть руки с зажатой в ней гранатой сквозь мешанину бетонных обломков через щель наружу, разжал пальцы и встряхнул кистью. Граната улетела вниз.

— Сукаааа… — раздался снизу крик обреченного человека, который прервался хлопком гранатного взрыва.

Бах!

Бах!

Вновь в стену здания бьют реактивные гранаты, одна залетела внутрь и взорвалась в стене коридора в паре метров от меня. Кумулятивная струя, отразившись от стены с противным шумом рассекла заполненное дымом пространство, мне сорвало с головы кевларовый шлем, а горячая кровь хлынула из рассеченной щеки, лба и уха.

Вспышка новой, острой боли, теперь уже в голове.

— Да, чтоб вас подняло и сильно стукнуло об пол! Мазилы косорукие! — задыхаясь прошипел я. — Одного несчастного стрелка загасить не можете? Мне что стреляться, чтобы сделать за вас вашу работу, черти паршивые⁈ Гранат-то больше нет!

Автомат кое-как вывернул стволом в сторону врага, со второй попытки заменил пустой магазин на полный, нажал спусковой крючок…

Бах!

Внутрь второго этажа вновь влетает вражеская реактивная граната, гремит взрыв. Я вырубился на пару секунд.

Пришел в себя, попробовал оглядеться, шея как окаменела, совсем не желает голову по сторонам вертеть. Искорёженный пулемет отброшен взрывом в сторону, автомат непонятно, где…

Таймер на часах показывает 0:22.

Ну всё задание считай выполнено, обещанные двадцать минут я продержался. Через восемь минут рванет тонна взрывчатки и меня вместе с двухэтажным зданием разнесет по округе.

Работала лишь правая рука, левой шевелить я совсем не мог. Ощупал подсумки — гранат нет, на груди еще есть пара автоматных магазинов, то толку от них без автомата никакого.

Нож!

У меня есть нож!

Вытащил из ножен длинный, хищного вида клинок, который мне подогнал Фарт. Крепко стиснул рукоять ножа пальцами правой руки, убрал руку с груди, положив её среди обломков бетона. Это теперь мой последний редут обороны. Если успеют подойти близко и попробуют взять живым, успею кого-нибудь их бойцов противника резануть напоследок.

Еще пару минут и рванет тонна взрывчатки — тогда я наконец отдохну.

Самое время подвести итог своей жизни.

Что тут скажешь?

Ничего хорошего! Жил всю жизнь только для себя, думал только о себе. Эх, вернуться бы в прошлое и все изменить. Назад, туда в теплый августовский вечер 1980 года, когда мне было четырнадцать лет и я специально отстал от мамки с батей на перроне железнодорожного вокзала. Они уехали домой в нашу деревню на последней электричке, а я остался сидеть на скамейке с сумкой, в которой были купленные в райцентре тетради, ручки и карандаши для скорой школы. Поссорился с родителями, не хотел идти в восьмой класс, боялся, что меня оставят на второй год, еще и с пацаном одним и всей его шайкой-лейкой у меня контры были. Учился я из рук вон плохо, еще хуже было с поведением. Провести ночь на вокзале в ожидании первой, утренней электрички было не то, чтобы нормой, но пару раз подобный фокус я уже проворачивал — на скамейке не сидел, а гулял всю ночь по округе, где для пацана из небольшой деревушки всё было в диковинку, а обычная, панельная пятиэтажку казалась чуть ли не Букингемским дворцом. Утром планировал сходить в кино, там как раз крутили «Пиратов XX века». Буду первым в деревне пацаном, который видел эту киноленту вживую.