Долгая интересная прогулка - Владимир Валериевич Стрельников Страница 39

- Ну, самый надежный, ритуал викингов. Работает всегда и везде. Надо поискать технический спирт. Если его нет, то придется выпивку мешать с машинным маслом.

- Это извращение, сэр. – поморщился военный.

- Это одно из обязательных условий. Не знаю, почему.

- Господин, здесь есть просто спирт, но очень плохого качества. В подвале делают суррогатный виски, и продают в провинции. – о, заговорила девица. Надо же, очнулась. Она или чуть сильней, чем я думал, или… или надо ее на шаре проверить. Если она прилично в некро, то лечилки слабовато воздействуют.

А пока выдернул девчонку из прицепа, поднял за связанные руки и потянул нож из ножен.

- Пощады, сэр. – всхлипнула красотка. Больше не просит, не кричит, просто дрожит и ждёт.

- На самом деле, сэр, это одна из самых приличных девушек в этом бедламе. Мне жаль так говорить про наш дом, но так оно и есть. Пощадите ее.

- Полная магическая клятва подчинения. Тогда ты мой секретарь. И да, если даешь клятву, то готов дать малую ответную. Иначе, уйдешь на круги перерождения прямо сейчас. – Я поднес лезвие атама к лицу девушки. Она тоже не ангел. Да, хочет жить, но люди, которых убили под ее командованием, тоже хотели жить. Я сам не ангел, не сужу. Но оставлю ее в живых только при клятве абсолютного вассалитета. Кстати, в этом случае она проходит по статусу наложницы, то есть становится членом семьи. Клятва древнейшая, еще римлянами разработана и просчитана, и существует до сих пор под их законы. Официальная наложница – это у римлян статус. Пусть самый плюшевый, но статус.

- Да, готова. Но нужен текст, я не помню ее наизусть. – ну да, зато я много чего помню. Так что разрезал атамом веревки, освободив девчонку, и отправил под присмотром Марка и Изеньки в дом, в библиотеку. Мне писать неохота, да и ритуал надо готовить для призраков. Намного лучше, когда они так уходят. И еще плюс – никто тут не поднимется. Сломал мозги подельникам Сахукар, но не до конца. Они сейчас как биороботы, что скажешь, то и сделают. От и до. Причем в этом случае все сделают так, чтобы исполнить порученное. Сейчас таскают дрова, бочата с денатуратом, принесли с кухни мед, хлеб, молоко и сахар. Я тем временем наложил сильнейших мне известных отворота из римской школы. Ничего из чего-либо, что можно привязать к СССР, не стоит следить.

Блин, в гараже стоит две дюжины мерседесов-шестиосников. Часть для разгона, два для хозяев, представительский вариант.

- Жалко оставлять. – я покачал головой.

- Так не оставляйте, господин. Если у вас есть желание, то после ритуала я оформлю продажу, и они уйдут к вам домой. Причем кругом, через Пакистан и Иран. Никто не узнает, а денег у моего отца на такое вполне хватит. И еще очень много останется.

- Интересная мысль. – я поглядел на зомбаков, что таскают мертвых хозяев к подножию полениц дров и укладывают на угольные кучи. Не стоит оставлять валяться тела, даже врагов, без должного погребения. Мне это ничего не стоит, а земле легче будет. Да и прежних хозяев проводят, тем легче будет. Солярки притащили десяток бочек, поставили вокруг полениц., каменного угля около двух тонн. Старые запасы, еще послевоенные. Ну, с углем ничего не будет, сгорит как миленький. Шестьдесят два тела, и четыре призрака. Бочата со спиртом, хлеб, мед, сахар на поленицах. Закат.

Я зажег факел огнивом, и передал Амайе. Пусть проводит американцев, все меньше веса на роду будет. Да и ее родичей в последний путь сама провожает, ритуал есть ритуал.

Огонь вспыхнул резко, рывком. Полыхнула солярка в бочках, столб огня поднялся от дров и угля. И американцы ушли в закат. Что интересно, даже дыма не было, пока горели дрова, угли и тела бандитов. Только столб раскаленного воздуха. Значит, мы все сделали правильно.

Ну, с ритуалом. Но мой поступок меня не напрягает. Сложно переживать о тяжести убийств после того, как на твоей совести население маленького города. Единственное. Что меня заботит, так не оставить следов, что выведут на меня. А пока пойду принимать клятву у Амайи, и шерстить поместье. И что там она говорила насчет мерседесов? Зомбаки вполне отогнать смогут, без проблем.

Глава 27

Глава двадцать седьмая.

Опять дури дохренища. Блин, везет мне тут в Индии на драки. Или воздух свободы так подействовал? Но неважно, важно что за ночь успел разобраться с трофеями. Ибо что с боя взято, то свято.

Библиотека. Старая техномагическая, ее оставили, судя по всему, для антуража. Прекрасные издательства начала и середины двадцатого века, двести семнадцать томов. Фантастическая сохранность, идеальное состояние, ну, так, слегка поюзанные. Но давно. Никому ее не отдам, однозначно. И химико-алхимическая лаборатория сорок пятого года выпуска, от «Лейка», нераспечатанная, три чемодана. Реторты, колбы, пробирки. Артефактные пробирки, весы, микроскоп и магоскоп. Душа поет.

Два глайдера и тележка. Глайдеры понтовые, кроссовая модель «Хускварна» и гоночная модель «Кавасаки», тележка «Хонда», такая же, как и у меня. Даже номера отличаются на единицу. Плюс десяток промышленных накопителей, те же «Тошибы». Где-то сперли? Тут немало заводов, а индусы те же цыгане, воровства хватает. Так что раскидаю по прицепам, мне в башню все надо.

Спросил принесшую присягу Амайю, может ли она управлять глайдером, сказала, что летала на коврах и метлах. Значит, сможет, потому забираем. На вторую тележку «Кавасаки». Она всего двести тридцать килограмм весит, цепляю за «Хускварну», добиваю чемоданами Амайи, которая развернулась, пошарив в комнатах золовок. Четыре немаленьких баула. Одних сумочек Луи Виттон двенадцать штук набрала, половину из них отдала мне. Четыре не распакованные отдам матери и сестрам, теткам по парочке чуть бушные. У нас редкость, причем огромная. Санкции, видишь ли. Да и стоят они по пять-шесть тысяч здесь, у нас под десятку в магазинах, перекупы вдвое заряжают. Цена хорошего автомобиля за дамский аксессуар, охренеть. Пусть порадуются. Шесть рулонов шелка, как раз маме. Еще два баула, отобранных Амайей для племяшек, всякие джинсики, трусики и прочая нишалда.

Себе забрал две целевые