Хозяева океана. Книга 2 - Сергей Фомичев Страница 37

— Так вы оставили там человека? — удивился Митя.

Он представил каково это сидеть в башне, торчащей посреди океана. Во время шторма волны будут перехлестывать через риф и даже если не зальют маяк полностью, от брызг там будет сложно дышать.

— Нет. Человека там не оставили. Еда с водой на случай, если кто налетит на рифы, — ответил Ауа. — А приборы все самописные. Нужно только раз в месяц взводить гири как в часах. Они идут через всю башню. И менять карандаши с бумагой.

— До чего только не додумаются.

Митя мысленно одобрил идею.

— Но они добавили кое-что от себя, — со смехом сказал Барахсанов.

— Что именно?

Принесли мясо с овощами и кофе с ромом. Митя принялся за еду, слушая рассказ гавайского шкипера.

— Мы взяли с собой с десяток кадок с пальмами и фикусами, вроде тех, что выставляют перед входом в лавки. И закрепили их на основании вокруг маяка.

— Они засохнут.

— В бочке для сбора воды мы сделали дырку для перелива, оттуда вода самотеком по бамбуковой трубке идет прямо в кадки.

— Так ты хочешь там поселиться? — спросил Митя Барахсанова.

— Ну, нет. Но представь, что можно сделать на четырех гектарах, что я присмотрел на том атолле?

Разговор перешел на обустройство отмелей. Ауа оказался специалистом по преодолению опасного прибоя у коралловых рифов, что окружают атоллы. Его часто подряжала Складчина для организации поселений в южной группе островов. Как правило именно он высаживал передовой отряд. В этих рискованном предприятиях Ауа потерял уже несколько матросов, но говорил об этом спокойно, как о само-собой разумеющейся плате. Что Митю несколько покоробило. Он-то о своих потерях переживал и вспоминал пропавшие шхуны конвоя чуть ли не каждый день.

— Сперва мы ищем проход в рифовом кольце, — объяснял свой метод гаваец. — Если находим, то ломаем коралл чтобы сделать канал в лагуну, или подход к берегу. Если не находим ничего подходящего, тогда заходим с западной стороны. Возле экватора она наиболее спокойна, так как ветер в тех местах обычно восточный. Ну и кроме того, сближаться с рифом безопаснее. Всегда можно быстро увалиться под ветер и отойти.

Митя кивнул, соглашаясь с тактикой.

— Ну вот. На западном берегу мы ищем отмель, которую легче засыпать, или набить свай чтобы устроить мостки. И затем уже основательно подсыпаем и сам риф. Такая пристань сильный шторм не выдержит. И кораблю лучше возле неё долго не стоять. Но перебросить груз и людей с лодки куда как сподручнее.

— Если кокос или гуано так грузить, можно и без прибыли остаться, — заметил Митя.

— Всё так. Позже бывает находят более удобные подходы, но это уже без нас. Наша задача поначалу остров обустроить и передовую команду обеспечить.

Ауа подумал и решил добавить:

— С лагунами тоже интересно. Если главный канал на востоке, а на западной стороне пролив перекрывает коса, то вода в лагуне на несколько футов выше, чем в океане. Только за счет нагона. Если канал перекрыть, то лагуна обмелеет и суши станет больше.

Он говорил много, охотно делясь секретами.

Закончив есть и ощутив сытость, Митя откинулся на спинку стула повернулся к помощнику.

— Что ж, — сказал он. — Собственно я искал тебя, чтобы сказать, мы погрузили фрукты и можем, наконец, отвалить.

* * *

Конечно и на Оаху Митя Тулику на берег не высадил. Но не смирился.

— Где бы её в Виктории пристроить? — размышлял он вслух, перебирая старые веревки, чтобы освободить форпик.

Тулика спала в Митиной койке и он решился спросить совета у помощника.

— Купи, наконец, дом и посели, — сказал от штурвала Барахсанов. — Что ты все в Туземном городке с братом и матерью обитаешь? Хоть будет тебе куда возвращаться.

Ну, да. Вдову Сашки Загайнова Барахсанов у Мити из-под носа увел, а теперь, значит, советы раздает.

— Чем она заниматься будет в Виктории пока я в плавании? Чужой город, чужие люди. Ни дела знакомого, ни друзей.

— Запиши её в Мореходное, — Барахсанов предложил это таким тоном, будто решение было очевидным. — Станет шкипером через год.

— Смеешься?

— Нет, — в глазах Барахсанова не было и намека на смех. — Если ты настолько глуп, чтобы отказываться от такого моряка, то пусть другие её талантами воспользуются.

— В Морское училище девчонок не берут, — заявил Митя.

— Если поговорить с нужными людьми, возьмут.

Глава 14

Кольцо

Родионов не появлялся в Виктории довольно долго, что не удивительно, ведь его логово находилось в низовьях Колумбии.

Он был колонистом в первом поколении. С мешком мехов и двумя кадьякцами он сбежал на байдарке от Шелехова. Проплыл ни много ни мало шесть сотен верст по морским протокам до фактории старой компании. Продал меха и, нагрузив мешки обменными вещами и припасами, отправился вверх по Колумбии. Он забрался много дальше других промышленников, до самого водораздела. А там прошелся от долины к долине, собирая богатый урожай бобра.

На одном из водопадов Родионов основал факторию. Оставив там одного из кадьякцев, двинулся дальше. Добрался до озера Салишей, поставил там ещё один пост, сам исследовал окрестности и поднялся по Лебединой реке до озера, где срубил новую хижину и оставил второго подручного. Сам вернулся к озеру Салишей, подружился с племенем и женился на индианке.

Через три года, оставив на хозяйстве жену и кадьякцев, сплавился к океану с одним из новых родичей и грудой превосходных мехов. Потом сходил ещё в несколько мест, проложил горный путь к истокам Колумбии, а также открыл реку Спетлум [Биттеррут] и плодородную долину Горького корня.

Дела шли отлично. Когда образовалась Объединенная меховая компания, Родионов вздохнул с облегчением. Он давно хотел отойти от дел. Получив пай в обмен на свои три фактории, он решил осесть поближе к цивилизации.

Зная дороги внутрь материка, он выбрал для поселения то ключевое место, через которое со временем неизбежно попрут люди — нижние пороги Колумбии. Хотя Объединенная компания и доминировала на рынке мехов, монополистом она не являлась.