Троян - Ольга Трифоновна Полтаранина Страница 3

– Гонка вооружений, товарищи, требует от нашей страны всё возрастающих затрат, – сказал он, – Идет восьмая пятилетка. СССР демонстрирует почти двухкратный рост национального дохода. Это самый высокий показатель в мире. Но треть его уходит на военные нужды, что нивелирует вклад советских людей в экономику государства. Дальнейший рост гонки вооружений, на который способен США, для нас губителен. Потому категорически неприемлем. Вместе с тем, наши инициативы по ограничению стратегических вооружений (ОСВ), пока безрезультативны. Почему переговорный процесс по ОСВ с Вашингтоном прекратился, даже не начавшись? По этому вопросу я хотел бы выслушать мнение товарища Косыгина.6

– Наши американские коллеги не заинтересованы в разоружении. ОСВ – это, в чистом виде, наша инициатива. В тоже время, США не могут полностью отказаться от разрядки напряжённости и, тем самым, продемонстрировать миру свою агрессивность. В Вашингтоне полагают, что наша страна ещё недостаточно вымоталась в гонке вооружений, следовательно, для такого рода переговоров не настал подходящий момент, США не проявляют спешки и затягивают начало переговоров по ОСВ, в надежде выторговать выгодные условия. Например, чтобы советская миссия ушла из Вьетнама и Ближнего Востока, – высказал свою точку зрения Косыгин.

– Согласен. Что думаете о тактике, способной побудить американцев на переговоры по ОСВ? – уточнил Брежнев.

– Война во Вьетнаме играет на ослабление позиций Вашингтона. В течение ближайших двух-трёх лет США будут вынуждены пересмотреть свою стратегию в области разоружения. С момента вступления Ричарда Никсона7 в должность президента прошло всего несколько месяцев. Считаю, что ещё не настало время делать выводы о намеренном затягивании переговоров по ОСВ со стороны США. Нужно взять паузу. Подождать, когда они сами «дозреют», – пояснил Косыгин.

– Благодарю за содержательный ответ, Алексей Николаевич!.. Товарищ Громыко8, прошу Вас как человека, непосредственно занимающегося договором по ОСВ, высказать свои соображения, – обратился Брежнев к министру иностранных дел.

– Позволю себе напомнить, товарищи, что предварительная договорённость между СССР и США по ОСВ была достигнута 02 июля 1968 года. Точный срок начала переговоров установлен не был. Сразу после инаугурации нового президента США 20 января 1969 года мы сделали официальное заявление о своей готовности вступить в переговоры по ограничению стратегических вооружений. Через месяц наш МИД подтвердил свою добрую волю к обмену мнениями по этому вопросу. Однако Вашингтон до сих пор молчит. Совершенно очевидно, что американцы намеренно замалчивают эту тему, – рассказал Громыко.

– Андрей Андреевич, что по Вашему мнению, может подтолкнуть Штаты к переговорам по ОСВ? – спросил Брежнев.

– В некоторых случаях, успешная международная политика невозможна без проведения секретных операций, которые могут послужить важнейшим толчком в решении наболевших проблем, – тонко ушёл от прямого ответа Громыко.

– Ход Ваших мыслей ясен, – улыбнулся Брежнев, – Что скажете, товарищ Андропов9?

– «Американцы воюют только с теми, кто слабее и не может дать сдачи. С равными – договариваются. Сильных – унижают. Враждовать с США опасно. Дружить с ними смертельно опасно», – Ю.В. Андропов процитировал Киссинджера10, – Вашингтон игнорирует переговоры, не считая Москву равным партнёром. США будут разговаривать о разоружении с нами только в случае, если поймут, что ядерный паритет между нашими державами достигнут и станут удивительно сговорчивыми, когда над ними нависнет угроза утраты выгодных позиций. Я предлагаю подумать, как показать США, что дальнейшая проволочка по переговорам ОСВ, может обернуться для них проигрышем.

– Вы новый человек в КГБ. Поручаю Вам «свежим глазом» взглянуть на проблематику и подготовить, в кратчайшие сроки, план по стимулированию США к переходу с СССР от «эры конфронтации к эре переговоров», – завершил заседание Брежнев.

Пояс безопасности

Декабрь 1968 год. Отчётное собрание в штаб-квартире ЦРУ. Вашингтон.

Выступая перед руководителями подразделений, директор ЦРУ Ричард Хелмс назвал страны Карибского бассейна «поясом безопасности» США. Обозначил ключевую роль разведки в пресечении происков СССР в экспортировании кубинской революции.

Адам Мейсон, возглавляющий Национальную разведку США, из доклада главного босса, сделал вывод, что в случае, если в «банановых» протекторатах пошатнётся проамериканская диктатура, то ему лично придётся отвечать не только за провалы спецслужб в Латинской Америке, но и за прорыв государственного «пояса безопасности» США.

***

В самом подбрюшье США, в Никарагуа было очень неспокойно. Массовое движение оппозиции против клана олигархической диктатуры Сомосы – вашингтонского ставленника – к середине 60-х годов, вылились в создание Сандинистского фронта национального освобождения (СФНО).

В последнее время удержание власти Сомосы осложнилось мощным влиянием Фиделя Кастро11 на лидеров оппозиции Никарагуа. Команданте оказывал военную помощь повстанцам. Поддержка, опыт и воинский контингент Острова Свободы в революционной войне СФНО доставляли много неприятностей США.

Два года назад ЦРУ завербовало члена правительства Кубы Карлоса Марти, поймав его на контрабанде наркотиков. Он был одним из тех, кто в январе 1959 года, под восторженное ликование толпы, в числе победителей революции «барбудосов»12 входил в Гавану. Карлос Марти считался доверенным человеком Фиделя Кастро.

ЦРУ неоднократно использовали Карлоса Марти как пособника для организации убийства кубинского лидера. После нескольких неудачных попыток покушения, в результате которых команданте остался жив, ЦРУ, на время, умерило свой пыл. В положении, когда Кастро выгнал с Острова Свободы всех американцев, каждый осведомитель на Кубе представлял особую ценность для ЦРУ. Карлос Марти был одним из них. Спецслужбы США решили осмотреться, подойти к цели наверняка и лишний раз не рисковать теми немногими агентами, которых имели в окружении команданте.

***

После совещания Адам Мейсон вызвал к себе начальника отдела по странам Карибского бассейна с тем, чтобы узнать реакцию никарагуанских повстанцев на подавление очередного мятежа.

Джек Моррисон явился с важным донесением.

– На прошлой неделе Фидель Кастро вновь принимал в Гаване лидеров повстанческих группировок Никарагуа, – доложил он, – Подобные встречи Кастро собирает регулярно. Но в первый раз нам удалось полностью записать эти переговоры на плёнку.

– Делегаты от каких фракций СФНО были на встрече? – уточнил Адам Мейсон.

– На этот раз к Фиделю Кастро приехали не только руководители СФНО. Интересы студентов представлял Генри Руис. От лица интеллигенции приехал журналист Баллардо Арсе. От рабочих – Хайме Уилок. Выдвиженцы от самой крупной оппозиционной партии – братья Ортега: Даниэль и Умберто. В случае победы над режимом Сомоса, каждый из них мог претендовать на роль лидера новой Никарагуа.

– Что же Фидель? – спросил Адам Мейсон.

– Фидель призывал Сандинистской хунту к объединению. Вынес вердикт, что главная ошибка повстанческих сил – разрозненность. Приводил примеры из собственного опыта, что разделение делает сомнительной перспективы революции. Рассматривал политические аспекты и военные преимущества своей концепции. Как укротитель