Скорость - Адам Хлебов Страница 28

— Почему?

— Он из тех людей, что прекрасны в своих мечтах-замыслах, но совершенно бессильны в их осуществлении. В этом и его беда, и его обаяние.

Я промолчал, обдумывая, много ли я знаю подобных людей.

— Он бывает иногда невыносим, но в целом он неплохой парень.

— Да, выходит, что я крупно ему насолил. Мне показалось, что он меня ненавидит.

— Нет. Это не ненависть.

— Что же тогда? — я шёл за князем, пока мы не остановились у строительного вагончика с окном, забитым досками.

Трубецкой повернулся ко мне и улыбнулся.

— Это страх. Он боится тебя.

Я ничего не понял.

— Он знает, что он упёрся в свой потолок, и ты пришёл, чтобы сменить его в команде, занять его место.

— Как же я могу занять его место, если он является главным и единственным гонщиком в команде?

— Иногда место, которое занимает человек в жизни, давно не имеет ничего общего с этой самой жизнью. Это все видят. Проходи.

На этих словах Трубецкой открыл и вытащил из петель навесной замок на бытовке.

— Конечно, не «Отель Энтернасьональ», но я полагаю, это намного лучше, чем вокзальная скамья. Летом тут можно жить, если всё привести в порядок. А ближе к осени что-нибудь придумаем.

Я заглянул внутрь. Там стояла кровать, тумбочка, стол и два стула. Меня вполне устраивало.

— Это тебе на первое время, — князь протянул мне двадцатипятирублёвку.

— Нет, я не могу взять.

— Берите, берите, Александр. Теперь мы не чужие люди, мы одна команда. Отдадите с первого полученного жалования.

Мне было неудобно, но деваться было некуда. Как-то нужно было питаться и те же фотографии делать.

Трубецкой вручил мне ключ от вагончика.

— Спасибо большое, Игорь Николаевич. Можно вопрос?

— Слушаю, Александр.

— А вы были хорошим гонщиком?

— Сложно ответить однозначно на этот вопрос. Быть хорошим гонщиком — это не только быть быстрым и уметь прекрасно водить автомобиль. Это нечто большее. Хороший гонщик умеет читать всю картину целиком.

— Картину гонок?

— Берите выше, Александр. Картину мира! Хороший гонщик читает всё: погоду, покрытие трассы, окружающих гонщика женщин, машину, топливо, настроение конкурентов, членов команды, свои собственные слабые и сильные стороны.

— Ого!

— Располагайтесь, когда наведёте тут порядок, то приходите в бокс, мы начнём изучать всё перечисленное. Забыл сообщить, гостей снаружи водить сюда крайне нежелательно. Особенно представительниц прекрасного пола.

— Здорово, но у меня пока нет, как вы сказали, окружающих женщин. Разве что только мама и сестра. Они вряд ли захотят сюда прийти.

— Результаты ваших гонок всецело зависят от ваших женщин. Только они способны вдохновлять, окрылять или тормозить хорошего гонщика.

— Даже если это мама гонщика.

— Особенно мама.

— Ваша мама влияла на ваши результаты, Игорь Николаевич?

— Очевидно, что она была вечно недовольна тем, что я вместо того, чтобы возить её на воскресные пикники, все выходные пропадал, гоняя на автомобилях.

— А команда? Разве не важна поддержка команды?

— Команда тоже, безусловно, важна.

— Игорь Николаевич, а где вы раздобыли такие шикарные кресла? Это же Recaro.

Он одобрительно покачал головой, показывая, что он оценил мою осведомлённость.

— О, это замечательная история. Эти Recaro стояли у итальянцев на «Альфа-Ромео» на кубке мира по ралли. Им установили их перед самым началом гонки, убрав старые.

Гонщикам не дали времени на пробные заезды с новыми сиденьями. Ведь лучше протестировать такие замены заранее.

Как это часто бывает, когда решения принимаются необдуманно, кресла оказались скорее помехой, чем помощью.

На ралли не только сиденья, но задницы и позвоночники гонщика и штурмана испытывают колоссальные нагрузки.

В общем, вкратце: в первый же день экипажи отбили пятые точки настолько, что чуть не избили до полусмерти механика, предложившего замену. Они потребовали вернуть прежние сиденья, а эти со злости выбросили.

Всю эту трагическую картину с отбитыми, пардон муа, фессе, то есть жопами, наблюдал наш механик из русской технички. Он подобрал выброшенное. Кресла были практически новыми.

Ведь, как известно, хорошие Recaro на дороге не валяются. А тут такая удача, мимо которой невозможно пройти.

Итальянцы потом остыли, спохватились, вернулись и искали сиденья, спрашивали у других команд, но кто в здравом уме и твёрдой памяти вернёт такое сокровище.

Так они попали в Союз по завершении ралли. За них шли нешуточные схватки и торги.

Потом они ходили по рукам, пока наконец мы с Николаем их не выкупили. Они как нельзя кстати подошли к ВАЗу вашего отца.

— Да, повезло, что в нашей команде такой ушлый механик оказался.

— Хороший механик и снабженец в одном лице — большая редкость.

Мы вернулись в наш гараж. Трубецкой и Николай Соменко повезли машину на обкатку куда-то в МАДИ на трек.

Меня прикрепили к Артуру, который стал моим мастером. Первым делом он показал мне шкафчик в раздевалке, рассказал про правила пользования инструментом и приспособлениями.

«Хороший инструмент — залог успешной работы любого механика и автослесаря», — говорил Артур. Он показывал, спрашивал, знаю ли я, что это такое, как бы тестируя меня.

Я отметил про себя, что в этом вопросе в гараже команды царил полный порядок. Бокс был не то чтобы отлично, а просто прекрасно оснащён.

Кроме двух ям и подъёмника в гараже имелись своя потолочная кран-балка для съёма и установки двигателей, сварка, небольшой парк списанных металлообрабатывающих станков, на котором изготавливался собственный крепёж, трубогиб, воздушный компрессор.

Шиномонтажный участок с вулканизацией и балансировкой, своя покрасочная камера.

Конечно, всё это ни шло ни в какое сравнение с тем, что мы имели с отцом в гараже.

Ведь, к примеру, обычные тиски, купленные отцом по случаю на барахолке, считались величайшей находкой, и далеко не у всех наших соседей по кооперативу они имелись.

А тут их было аж четверо, что называется, на любой вкус и размер. От самых маленьких до больших слесарных с ходом губок под двести миллиметров.

Но больше всего меня восхитили аккуратно развешанные по стене наборы отвёрток, ключей и накидных головок. За них многие советские мужики готовы были бы продать душу.

Артур веселился, когда видел, как горят мои глаза, и, шутя, предлагал зажмуриться, чтобы не ослепнуть от этой красоты.

В боксе также имелся небольшой склад для запчастей и материалов, но Артур и Слава, у которого были ключи, туда в «святая святых» меня не допустили, пообещав сделать это в другой день.

— Отличная база у команды, — я искренне поделился своим восхищением с Артуром, — просто глазам своим не верю.

— Собирали несколько лет, что-то сами варганили, что на свалках находили и восстанавливали, — он