Альтерверс - Анатолий Мухин Страница 28

Элина приоделась для славного нового мира. Её старенькое, но очень аккуратное платье обволакивало бёдра, подчёркивало грудь. Сверху она надела мамин плащ, который женщина держала для особого случая, и вот он настал. Элина даже собрала волосы в элегантный пучок, только несколько кудрявых прядей непослушно спадали на лицо.

Как только Матвей переступил порог калитки в воротах, его сразу забросали вопросами. Он, понимая, что не должен этого делать, посмотрел на людей, полных надежды, и произнёс:

— У меня плохие новости. Старший оказался прав. Они мошенники.

— Как же так? — крикнул кто-то. — Они же показывали фотокарточки!

— Подделка, наверное. Мы приехали туда, а они наставили на нас оружие. Потребовали, чтобы мы отдали всё добро. Завязалась перестрелка. Егора зацепило, но зато мы спасли драгоценности, иконы.

— И на кой чёрт они теперь нам? — крикнула женщина. — Что мы с ними делать будем?

— Оставьте. Как напоминание, что доверять никому нельзя. Особенно тем, кто продаёт вам новую, богатую, беспечную жизнь. Когда кто-то обещает вам золотые горы, на самом деле он думает о своём обогащении за ваш счёт.

Эля молчала. По её впалым щекам потекли слёзы.

— Идите по домам. Жизнь продолжается.

Матвей подошёл к девушке и шепнул на ухо:

— Мне нужно с тобой поговорить.

Она кивнула. Люди, нецензурно выражаясь, забирали свои вещи из мешка и расходились. Матвей взял Элину под руку и отвёл в сторону.

— Эля, я должен сказать тебе правду.

— Какую правду? — в глазах девушки забрезжила надежда. Может быть, он обманул всех, чтобы забрать её. Только её одну.

— Я… не тот, за кого выдавал себя всё это время, — он говорил тихим голосом и сильно запинался от волнения. — Меня действительно зовут Матвей, моя фамилия Фёдоров. Я прибыл сюда полгода назад, чтобы поймать банду «Новая надежда», которая промышляла контрабандой людей из подобных вашему мест. Егор — мой напарник по этому заданию.

Глаза девушки округлились.

— Я не должен тебе этого говорить… Всё это… Это операция по задержанию. Мы изначально знали, что в Просветление рано или поздно придут люди и предложат отправиться в другой мир. Там, откуда я родом, это незаконно. Всё было просчитано. Мы должны были внедриться к вам, стать своими, а после — задержать преступников.

Он сделал паузу, чтобы перевести дыхание. Голубые глаза Эли налились прозрачными слезами.

— Что не было просчитано — это ты. Что встречу тебя и потеряю голову. Я иду на большой риск, даже разговаривая с тобой… Но, Элечка…

— То есть вы знали с самого начала? — разочарованно спросила девушка. — Всё знали, и ты… использовал меня. Всех нас.

— Нет! Что ты! Ни в коем случае!

— А как тогда это называется?

— Эля, послушай меня. Я понимаю, что это выглядит так, но давай посмотрим на ситуацию с другой стороны. Я оперативник, понимаешь? Я работаю под прикрытием. Как шпион. Это моя работа.

— То есть я — часть твоей работы?

— Нет, что ты… Ты как раз та, кто заставил меня задуматься о своей работе. О людях. Марченко говорит, что нужно просто взять и уйти. Что вы забудете нас. А если нет — какая разница? Но я так не могу, потому что не хочу забывать тебя.

— А Марченко — это?..

— Фамилия Егора.

— Прекрасно… Просто прекрасно, Матвей, — голос девушки дрожал от возмущения и обиды. — Что ты хочешь от меня?

— Я не прошу понять меня, но прошу простить. То, что было между нами, — это не какое-то мимолётное увлечение.

— Было?

— Эля, я должен вернуться домой. Моё задание выполнено, я должен уйти. Отчитаться, написать рапорт, приступить к следующему.

— Ты… — руки девушки тряслись, — разрушил мою жизнь!

От безысходности она несколько раз ударила его ладонью в плечо. Выпустив злость, Эля прильнула головой к груди Матвея и тихо расплакалась. В голове оперативника постоянно, в разных тональностях звучали слова: «Какая же я мразь».

— Забери меня, — она подняла голову, её глаза были полны отчаяния. — Забери меня с собой! Ты ворвался в мою жизнь, изменил её навсегда. Не знаю, смогу ли я теперь… без тебя. Когда узнала, что нас с тобой отправят в разные миры, даже думала не соглашаться. Хотела предложить тебе остаться здесь. Пусть не в самом лучшем мире, но вместе. Ведь… я полюбила тебя, Матвей.— Я… я тоже тебя люблю.Матвей наклонился к Эле, нежно поцеловал в губы. В этом поцелуе он показал ей, как сильно она стала ему дорога, и девушка почувствовала это. Он отклонился, посмотрел на Элину, изображая некое подобие улыбки.— Я не могу остаться, милая, — сказал он, — и забрать тебя с собой тоже. Прости меня. Вчера мы знали, что расстаёмся навсегда, и я никогда не забуду эту ночь. Я никогда не забуду тебя, Элечка. И как бы я ни хотел остаться с тобой — не могу. Прости. Мне очень больно от этого. Я здесь, чтобы… попрощаться.Он наклонился, чтобы поцеловать ещё раз, но Эля отстранилась. Её взгляд стал каменным, в голосе зазвучала ненависть.— Ты чёртов предатель! Я не желаю тебя знать, Матвей. Но хочу, чтобы ты запомнил меня. Запомнил навсегда. Потому что, когда тебя спросят в старости: «Любил ли тебя кто-нибудь?» — ты сможешь ответить: «Да. И я упустил эту любовь». Пошёл вон отсюда!— Эля…— Пошёл вон! — крикнула девушка. — Вон!

Матвей попятился назад. Элина прогоняла его из Просветления. Из своей жизни.

Она смотрела вслед уходящему оперативнику, проклиная его. Ей было важно, чтобы он скрылся из виду. Навсегда.

***

Первое, что увидел Матвей дома, — голубое небо. В Москве заметно похолодало, но солнце всё равно пыталось хоть как-то согреть город. Матвей соскучился по тому, на что раньше даже не обращал толком внимания. Насколько может быть красивым голубое небо с несколькими пушистыми облаками на нём.

Луценко и его людей увезли в сторону Москвы. Им предстоит предстать перед судом, где Матвей и Марченко будут выступать свидетелями обвинения. Но это будет позже, сейчас ему хотелось принять горячий душ и съесть двойной чизбургер.

В здании НИИ на Профсоюзной улице их встретили аплодисментами. Матвея похлопывали по плечу, поздравляли с