Пиратобой - Эл Лекс Страница 27

представлял из себя закрытый ящик, живо напоминающий те, что устанавливают на крыши автомобилей для дальних путешествий. И нужен был он, надо полагать для тех же целей — для того, чтобы там хранить свои вещи. Даже клавиатура кодового замка имеется — механического, надо полагать, но от того вряд ли менее надежного.

— Ну что? — спросил адмирал, когда я вдоволь нагляделся на казарму. — Все ли тебя устраивает? Приказ о зачислении подписываем?

— А подписывайте! — я махнул рукой. — Только чур я занимаю вот эту кровать, возле входа.

— Да любую занимай, все плевать! — рассмеялся адмирал. — Тогда кидай свои вещи… Ах да, у тебя же их нет. Ну тогда сразу внеси в замок свой код, и идем подписывать приказ.

С замком я даже смог разобраться сам — нужно было придавить шпенек с обратной стороны двери, набрать код, отпустить шпенек, и код «запоминался», если так можно сказать про обычную механику. После этого я подписал приказ о зачислении, адмирал его подписал тоже, и я официально стал курсантом академии морской стражи.

— Все, курсант, халява кончилась. — улыбнулся фон Дракен, убирая приказ в ящик стола. — Теперь меня называй только «дор Дракен», впрочем других преподавателей тоже. И не смей мне перечить — шкуру спущу. Ты теперь тут на тех же основаниях, что и все остальные.

— Не на тех же. У меня до сих пор не прокачан ни один навык. — напомнил я.

— А это мы как раз сейчас исправим. — кивнул фон Дракен.

Следующие дни я не вылезал из тренировочного зала, которому, конечно же, тоже нашлось место в академии. Сперва фон Дракен учил меня обращаться с саблей, которая оказался неожиданно легкой для своего внешнего вида, но результат его не устроил.

— Одно очко опыта за часовую тренировку с клинком — это никуда не годится. — сурово сдвинув брови, заявил он. — Значит, система считает, что у тебя нет склонности к этому оружию.

Тут я с ним не мог не согласиться — с саблей мне действительно подружиться не удалось. Не тяжелая, но жутко неудобная, как будто я кочергой пытаюсь фехтовать — нет, явно не мое оружие.

Зато когда мы добрались до стрелковой галереи и адмирал выдал мне винтовку, вот тогда все поменялось в лучшую сторону. Я взял протянутое мне оружие, почти такое же, как было на «Бекасе», только с продольно-скользящим затвором, и первым делом отсоединил магазин, заглянул в него, открыл затвор, заглянул в него тоже, убеждаясь, что внутри нет патронов, закрыл затвор и произвел контрольный спуск в безопасном направлении. Все как по учебнику.

И все — под уважительным и очень заинтересованным взглядом адмирала. После этого он выдал мне патроны и мы принялись их отстреливать.

За час стрельбы по мишеням на расстояниях от десяти до ста метров я сжег почти полсотни патронов и получил пять очков опыта.

— Другое дело! — обрадовался адмирал. — Значит, будем набирать опыт на огнестрельном оружии!

И я набирал опыт. Я стрелял и стрелял и снова стрелял — я, по-моему, никогда столько не стрелял, сколько в эти дни. Адмирал каждый новый день выдавал мне винтовку, и я стрелял.

И за следующие дни я набрал тридцать очков опыта и получил новый уровень, который дал мне доступ первому навыку — «рывок». Это было очень быстрое перемещение на пять метров вперед с откатом в тридцать секунд. При этом система не имела никакой защиты от дурака, и впечататься в стену или в какой-то другой предмет при использовании «рывка» было раз плюнуть, так что применять его следовало с осторожностью, особенно если учесть, что перемещал он только по горизонтали, и например забираться на высоту с его помощью было невозможно.

Я тренировался как проклятый, набивая и набивая себе очки опыта, но понимал, что не успеваю до начала учебного сезона — на следующий уровень нужно было аж целых сто очков, а это двадцать часов тренировок минимум. Пришлось ограничиться целью приблизиться к этой границе как можно ближе за оставшееся время.

Кроме тренировок, у меня и других занятий-то практически не было. Все, что я делал — это стрелял (иногда адмирал менял стрелковые тренировки на занятия с саблей, чтобы я совсем уж не забывал, что это такое), ел под внимательным и каким-то материнским взглядом доброй Валентины, и читал. Адмирал выдал мне из библиотеки академии несколько книг, среди которых был «устав морской стражи» и я решил начать с него. В общем-то, никакой важной информации я из устава не почерпнул, там было написано все то же самое, что я уже знал о страже, но было и несколько интересных моментов. Например, упоминание войны с Талендрой сто пятьдесят лет назад, в которой морская стража в целом и академия в частности стали чуть ли не единственной защитой Вентры от противников.

Если эта война была сто пятьдесят лет назад, то даже страшно представить, сколько лет на самом деле академии. И как образованию и тем более — как зданию.

А еще страшнее представить, насколько же древний род фон Дракенов, если они когда-то эту академию основали.

Три дня пролетели как одно мгновение, я даже не успел их сосчитать. Когда отпущенное мне время на подготовку истекло, счетчик опыта показывал лишь чуть больше половины — пятьдесят пять из ста. Остальное мне придется догонять в течение учебного сезона.

И начался он, этот учебный сезон, прямо скажем, не очень…

Глава 12

Начался первый день учебного сезона точно так же, как и все дни до него. Я проснулся, сделал привычную разминку, чтобы разогнать застывшую за ночь кровь по телу, и спустился завтракать.

В столовой оказалось неожиданно многолюдно. Если раньше тут была только одна Валентина, к которой я уже начал заходить по-свойски и даже без стука, то сейчас двери кухни то и дело дергались туда-сюда, запуская внутрь и выпуская наружу каких-то неизвестных мне людей. Судя по тому, что все они были в фартуках, вроде того, что носила и сама Валентина, это все были повара, а судя по тому, как они торопятся, сегодня кухня работает не на жалких десять человек, постоянно присутствующих в академии, а на целую толпу.

Одновременно с очередным вынырнувшим из-за дверей поваром, оттуда же выглянула и Валентина. Оглядела зал быстрым взглядом, приметила меня и приветливо махнула рукой:

— Наконец-то! Давай скорее, у нас тут дел невпроворот!

Несмотря на «непроворот дел», накормила меня Валентина как всегда отменно — три идеально пожаренных, с жидким желтком, яйца, подсушенный в