Патриот. Смута. Том 17 - Евгений Колдаев Страница 25

Здесь я поставил заслон. Валуева Григория Леонтьевича и его конную тысячу. На них надеялся, как на своих людей. Все же родичи у него были из Великих Лук и должен был этот человек быть заинтересован в очистке земли от всякой шляхетской нечисти.

— Значит так. Если отрядом малым идут, не думая бей. Только тихо.

Он кивнул.

— А если тихо не получится. — Я криво улыбнулся. — Пропускай и сам по пятам.

— Ночью тяжело будет, государь. — Вздохнул он. — Понять — то. Сколько их.

— Ну ты уж постарайся, собрат. У тебя почти тысяча, часть на одном берегу, часть на другом. Вот запри их с двух сторон и бей.

— А если не придут?

— А если не придут, то стой и поутру к основным силам подходи. По прямой мимо нас они никак не пройдут. По лесам большими силами тоже не смогут. — Перед этим я поговорил с местными проводниками, и они заверяли, что ну человек пятьдесят еще как-то. Но вряд ли с конями по бездорожью. А вот по другому берегу реки, в целом можно пройти несколькими сотнями.

— се сделаю, государь. Если что. Сигнал подам.

— Рассчитываю на тебя, Григорий Леонтьевич. — Хлопнул его по плечу.

Он удивился немного такому жесту, поклонился.

Действительно на дороге стали встречаться черепа и головы скота. Где-то прямо на обочине, но преимущественно насаженные на обломанные сучья деревьев. Места были измазаны кровью. Мои бойцы поглядывали на это крестились. Но в целом народ то был опытный, и таким их не пронять. Я на это рассчитывал.

Колонны стали подходить к тому самому месту, о котором говорил вестовой.

Действительно полусожженный идол.

— Осмотреть все. — Приказал я. — Чтобы никого окрест не было. Каждую ямку, ветку кустик.

Бойцы сотни Якова, сторонясь обожженного деревянного изваяния, двинулись в лес.

А я сидел в седле, смотрел на обожженный остов чура и думал. На месте Лисовского, если бы я действовал так, страхом, против превосходящих сил противника, которого надо измотать, сегодня ночью я бы не нападал. Почему? Ну, надо вселить в людей страх, напугать их все сильнее и сильнее. Сегодня вот черепа, идолы.

Кстати, где двенадцать?

Глянул с той позиции, которую занял дальше вниз по дороге. Там у реки слева от дороги, прямо почти впритык к плесу, стояло несколько построек. Выглядели они обшарпанно и погорело. Явно разорили их местные разбойнички или люди Лисовского. Но также присутствовали следы некоторого восстановления. Стены целые, хоть и черные, подправлены, ну а крышу накидали по новой. Посреди пепелища виделся навес. Прямо свежий, недавно срубленный, но очень неказистый.

Так, а вон и они. Начал считать. Действительно двенадцать.

Примчался человек из сотни Якова, поклонился.

— Нет никого, государь.

Авангард остановился, ждал моего приказа. Дозоры к хутору не подъезжали, объезжали его чуть кольцом, стараясь не вступать в круг чуров, двинулись дальше. Остальные части медленно подтягивались. У них еще был запас хода.

Я спешился, подошел, уставился на опаленную древесину.

Горела она плохо. Слишком сырое дерево, недавно срубленное. Поэтому остались высеченные остовы рисунка. Глаза, нос, брови. Сделано топорно, явно на скорую руку. Принюхался, коснулся материала, посмотрел на место, где он был установлен и врыт. Достал нож, присел на колено. Аккуратно разгреб землю. Клинья свежие, прямо сырые. Их явно срубили совсем недавно. Враг готовился нас встречать, и он был здесь. Его передовые отряды сотворили это пугающее действо.

А по сути, чего страшного — то? Тут же никакого религиозного смысла. Бездумно вырублен чур, поставлен…

Посмотрел внимательнее, потрогал, принюхался. Изучил низ, там где дерево углублялось в землю. Хмыкнул.

Положили под него сухой лапник, чтобы полыхнуло хорошо, полили маслом. А когда заметили мой разъезд, подожгли. Дерево нехотя занялось, чуть обгорело, но внутри оно было сырым и не смогло гореть дальше без помощи растопки, без жара костровой ямы. Вот и всех дел.

Я копнул еще раз, второй.

Распрямился, обхватил идол руками, качнул раз, другой, третий. Прижался, загнал его подмышку и потянул. Ух… Не легко шло, но я старался.

Весь авангард. Сотни пар глаза стояли, смотрели на происходящее. Кто-то с благоговейным трепетом, кто-то со страхом. Но я понимал, это лишь уловка. Ничего здесь нет такого волшебного. Шло тяжело, но потом, когда я раскачал и уже размягчил землю своими действиями, вылетело. Я перехватил двумя руками, усмехнулся.

— Ну что, собратья! Это всего лишь столб! Лисовский со своими лисовчиками пугает нас.

Кинул его здесь же, на землю.

Не ударила молния, не врезал гром. Не произошло ровным счетом ничего.

Но от моих дозорных, находящихся около хутора, почти сразу поднялся человек. Не знаю, подъехал ли он когда я закончил с идолом, или ждал. Последнюю минуту я все внимание направил на эту деревяшку.

Кивнул ему, мол чего?

— Государь, там кто-то… Кто-то есть. — Проговорил он встревоженно. — На хуторе.

Глава 10

Глава 10

Может быть это местное население, запуганное вкрай?

Но с иной стороны чего гадать. Пойдем смотреть.

Я выдал приказ устранить все двенадцать столбов, но прежде осмотреть их. Мало ли. Возможно люди Лисовского обмазали их, облили чем-то. Вряд ли конечно нашлось у них такое количество яда, действующего на кожу. Но чем черт не шутит, лучше посмотреть, и если ломать, то используя веревки и лошадей, а не человеческие руки. Для надежности.

Сам думал. Мог ли Лисовский быть человеком из моего времени. Таким же попавшим сюда, только… Только не русским, а из Речи Посполитой. Но пока каких-то новаторских моментов не примечал. Да и как?

Будь мы в моем времени, можно было бы заложить под столбы мины, можно установить растяжки, облить токсичным веществом. Этого всего достаточно у нас в двадцать первом веке. Гадостей сделать в качестве засады ой как много всего можно. Но и народ у нас менее мнительный. Конечно, религиозность и некоторое мистическое осознание до сих пор у многих присутствуют. Когда неопытный юнец оказывается ночью в лесу, в малой группе знакомых людей, ему там такое может привидеться. А может и не привидится. Когда я смотрел еще в прошлой жизни ролики на разных площадках, то порой казалось что молодежь уже ничем не испугать.

Но, конечно видео и жизнь, они сильно отличаются.

Вышел из задумчивости, вновь