Часовщик – 1 - Константин Вайт Страница 25

города, населённого аристократами. Почти на половине устройств были руны. Где-то они были повреждены и из-за этого не работали, но энергия в них оставалась. Такие я с особым удовольствием от неё избавлял. Например, мне попалась задняя стенка от холодильника. Тонкий и некрасивый лист фанеры, обитый изнутри бархатной тканью. На листе была трещина ровно посередине. Видать, холодильник уронили, руна пришла в негодность, и его просто выкинули на помойку. И пусть функция холода не работала, но сама руна энергию не растеряла, и было её немало — почти пять унций!

В одном месте я набрёл на кучку использованных сигнальных артефактов, типа тех, что висели почти в каждом магазине. Они были практически разряжены, но для меня годились. Тем более, их там валялось не меньше десятка. В каждом где-то по пол унции магии. Для мага с нехваткой энергии — настоящий клад.

Шесть часов работы сильно вымотали. Зато мой источник был практически полон. Я набрал пятнадцать унций энергии. За это время мы с Кимом, который работал со мной в паре, три раза отвозили полные тележки на базу к воротам. Там всё скрупулёзно подсчитывали, взвешивали и записывали в тетрадь.

Когда мы приехали, наконец, в интернат, в холле Леший поделил наш заработок. Получилось почти по семь рублей на человека. Ким радовался — сегодня был богатый день.

Я же, поужинав, дошёл до своей комнаты, принял душ и упал на кровать. Этот день меня серьёзно вымотал.

Савва где-то гулял, планшета у меня не было, а сидеть через мой телефон в интернете было сплошным мучением, так что я выключил свет, закрыл глаза и почти сразу провалился в сон.

* * *

Обилие магической энергии в моём источнике пробудило воспоминания. Вместо ожидаемого сна я будто провалился в своё прошлое.

— Андер! — истошно кричал капитан воздушного судна. — Нас подбили!

— Вижу, — я сидел в кресле-каталке, вцепившись в его поручни пальцами так, что они побелели, — ты можешь что-нибудь сделать?

— Направляю дирижабль на кроны деревьев, они помогут смягчить падение, но следует готовиться к худшему!

— Господин, активируйте защитные артефакты! — обратился ко мне адъютант. Ильдар стоял рядом со мной в капитанской рубке. Одну руку он положил на эфес боевой сабли, другой держался за поручень, пытаясь сохранить равновесие. Даже в такой момент адъютант в первую очередь думал о моей защите.

— Не беспокойся обо мне, моё кресло — очень мощный артефакт, я выживу, — сняв с шеи один из амулетов, я протянул его Ильдару, — срочно надень! Он должен помочь!

— Нет! — Мой адъютант и телохранитель, а также единственный близкий друг отступил на шаг. — Вам нужнее.

— Ты смеешь ослушаться моего приказа? — разозлился я в ответ. — Сейчас же надень! — Я бросил в него амулет, и он ловко поймал его.

— Ваша безопасность на первом месте, господин!

В этот момент корпус воздушного судна снова содрогнулся от прямых попаданий магии. Накопители, что обеспечивали защиту, давно иссякли, и мы были абсолютно беззащитны. Дирижабль задрожал, закрутился на месте, затем, неожиданно для всех, полетел вверх.

— Воздух уходит, — капитан ещё сильнее побледнел.

— Зато мы отлетаем в сторону от вражеских магов, — попытался найти что-то хорошее в происходящем Ильдар. Он всегда был таким — даже в критической ситуации пытался меня приободрить. Обращался со мной, как с маленьким, периодами меня это жутко бесило. Но, честно признаюсь, мне было приятно, что у меня есть настоящий друг, который служит мне не только за деньги.

— Какая разница? — В голосе капитана слышалась паника. — Мы будем падать с большей высоты, управление не работает! — Он судорожно дёргал за рычаги.

Нас кружило с большой скоростью. Я прикрыл глаза — мой чувствительный мозг сводило с ума это головокружение. Артефакты, которыми я увешан с ног до головы, сработают автоматически, — я направил на них большую часть энергии из своего источника. Не уверен, что сумею спастись. Но я сделал всё, что мог.

Активировал защитный щит. Под него попали и капитан, и Ильдар. Это увеличит их шансы. Энергия текла из меня мощным потоком. Плохо, что не видно, насколько близко земля. Идеально было бы активировать щит прямо перед падением, а мы по-прежнему болтаемся в воздухе. Капитан лежит на полу без сознания — при особо сильном рывке он не удержался на ногах и врезался головой в переборку. Я видел, как его лоб заливает кровь.

Ильдар распластался на полу, держась руками за массивный стол, намертво приколоченный к полу. Для меня время как будто застыло. Вокруг медленно летали предметы. Вот пролетел чайник, из которого мы десять минут назад наливали чай. Врезавшись в стену, он оставил на ней мокрое пятно и снова продолжил полёт. Моя коляска, благодаря заклинанию, оставалась на месте. Я был единственным пятном порядка в этом хаосе.

Защитное поле, которое я раскинул, не слишком помогало. Оно защищало от внешней угрозы и должно было смягчить удар при столкновении с землёй. Но дирижабль продолжал лететь по только ему ведомой траектории, то забираясь вверх в облака, то резко пикируя вниз.

Ильдар оказался прав: обстрел нашего корабля прекратился. Мы наверняка уже порядком удалились от вражеских магов, но моя энергия с каждым мгновением уменьшалась. Сдвинуться с места и подъехать к окну, чтобы оценить наше положение, я не мог. Стоит только отменить заклинание — и мою коляску вместе со мной начнёт мотать по каюте. Оставалось надеяться, что земля близко, и к моменту встречи с ней во мне ещё останется магия.

Дирижабль снова взлетел вверх, завис на мгновение и с диким свистом ринулся вниз, с каждым мгновением набирая скорость. Ильдар закричал, ускорение оторвало его от пола. Я максимально усилил заклинание щита. Не было сомнений, что на этот раз встреча с землёй неизбежна.

Очнулся я на земле. В паре шагов от меня валялась покорёженная коляска, вокруг — обломки дирижабля. Перед глазами — кровавый туман. Дышать тяжело, похоже, рёбра сломаны.

— Ильдар! — закричал я, понимая, что выжить у него не было шансов. — Ильдар!

На мои глаза навернулись слёзы. Он был со мной последние десять лет и стал настоящим другом. Мы прошли с ним не одно сражение, и погибнуть вот так, не забрав с собой ни одного врага, было обидно.

С трудом преодолевая боль, я смог подползти к остаткам моего кресла. Некоторые руны на нём всё ещё полыхали энергией, которую