Неприкаянный 3 - Константин Георгиевич Калбанов Страница 24

— Правда? — с искренней надеждой спросила она.

— Верьте мне. Ведь до сегодняшнего дня я не давал вам повода сомневаться в моих словах и поступках. Скажу более того, я искренне рад за вас и всем сердцем желаю, чтобы у вас всё сложилось.

Зачем мне расшаркиваться перед своей бывшей содержанкой? Не перед ней. Мне нужен Миротворцев. Не просто гениальный хирург и будущий светила медицины, но ещё и человек с недюжинными организаторскими способностями. Я намерен приложить максимум усилий, чтобы удержать его тут, на Дальнем Востоке. А ночная кукушка, как известно, весьма убедительная птичка.

Мы отошли в сторонку, встав у торцевого окна длинного коридора. В госпитале хватало народу, раненые, медперсонал, военные. Одни на излечении, другие трудятся, третьи пришли навестить боевых товарищей. После отгремевших боёв пациентов тут предостаточно. И хотя в коридоре кроватей не видно, я не сомневался в том, что свободных коек тут нет.

Говорили мы обо всём и ни о чём конкретно. Мне по сути хотелось встретиться с Миротворцевым. Никаких конкретных дел к нему нет, просто навестить пообщаться как с добрым знакомым, чтобы упрочить связь. Задел на будущее и не более.

— Олег Николаевич, рад вашему возвращению, — приветствовал меня подошедший хирург.

— Здравствуйте, Сергей Романович, — ответил я на его рукопожатие. — А я рад видеть вас в добром здравии и как понимаю, полного сил на дальнейшие свершения.

— Ну, не такие уж и свершения. Просто делаю свою работу в меру сил и способностей, — пожав плечами, возразил он.

А ведь нервничает. Вон и быстрый обеспокоенный взгляд на Нину бросил. Я сделал вид, что ничего не заметил. Да и плевать. Мне не нужно смущение Миротворцева, и соперника я в нём не вижу, потому что не считаю Нину своей.

— Полагаете, что спасение жизней нельзя назвать свершением? Я так не считаю. Скольких вы вытащили с того света? Сотню? Две? Но даже если одного, это уже свершение, — покачав головой, возразил я.

— Тружусь в госпитале далеко не только я один, и это не свершение, а просто работа.

— Ну как скажете, — легко согласился я, и спросил. — А вообще, дела с ранеными как обстоят?

— Памятуя о боях в Зелёных горах, думал будет хуже. Японцы всерьёз навалились на наши позиции и снарядов не жалеют, и себя не щадят. Но реальность серьёзно удивила. Поток раненых оказался не столь уж и велик. Я даже подумал было, что в наш госпиталь отправляют по остаточному признаку, но ничего подобного, картина схожая и в других госпиталях. Из разговоров с офицерами узнал, что столь низкие потери связаны с несколькими факторами. Но самые главные это довольно широкое использование на передовой линии касок, которыми продолжают снабжать и сейчас.

— Насколько мне известно, касок в войска поставили чуть больше десяти тысяч. Их изготовление конечно продолжается, но это едва ли покрывает четверть от потребного, — возразил я.

— Мне доподлинно известно, что многие из них имеют уже по несколько осколочных и пулевых отметин. Да и камни частенько прилетают. А это прямой путь либо в госпиталь, либо на тот свет. Так что, польза несомненна. А ещё, в контратаках в основе своей участвуют специально сформированные и обученные штурмовые роты, экипированные бронежилетами и касками. И это уже всё ваши свершения, Олег Николаевич, — Миротворцев указал на меня пальцем.

— Я не придумал ничего нового. Всего лишь немного видоизменил то, что уже давно известно. И потом, я ведь не просто так это предложил, а имею свой интерес. Все эти каски, бронежилеты, миномёты, пулемёты, снаряды делаются в литейно-механической мастерской Горского, где я имею треть с доходов, — с хитринкой возразил я.

— И что с того, что вы имеете с этого выгоду. Уж людей-то ваши задумки спасли куда больше, чем мои умения. Одно то, что Роман Исидорович избежал гибели вашими стараниями, дорогого стоит. Он ведь поистине является сердцем обороны Артура. А записки переданные вами мне, и рецепты мазей на основе мёда. Благодаря первым хирургам удаётся вытащить прежде безнадёжных раненых. А второе позволяет чуть не в полтора раза быстрее поставить их на ноги. Даже не представляю, как подобное знание о мёде могло быть утрачено.

— Сам в шоке, Сергей Романович. Кстати, а мёд-то вам контрабандисты поставляют?

— Да. Причём в достаточном количестве. Правда и дерут за него втридорога. Командование даже поднимало вопрос о прекращении закупок, но спасибо Кондратенко и Белому, не остались в стороне и отстояли необходимость закупок даже по грабительским ценам.

— Что же, это радует. Кстати, а я ведь не просто так пришёл. Позвольте пригласить вас на просмотр синематографа.

— Вы сняли новый игровой фильм?

— Увы. С игровым кино ничего не получается. Служба. В Артуре было попроще, с одной стороны я был на излечении, с другой, катер в ремонте. А во Владивостоке оно как-то не сложилось. Меня ведь ещё и в матросы успели разжаловать.

— Вас⁈ — искренне удивился Миротворцев.

— Ага. И наказали, и помиловали, вот только наградить забыли, — хохотнул я…

Отснятого материала у Родионова хватало. Мало того, во-владивостоке я предоставил ему время для того, чтобы он сумел его обработать и смонтировать документальные фильмы, которые уже разбежались как по России, так и по заграницам. И вот теперь приехали в Артур.

До недавнего времени защитники крепости вели боевые действия вполне себе удачно. Как выяснилось, даже корабли регулярно выходили из гавани, чтобы поддержать войска. Тот же «Пересвет» подорвался на мине, во время одной из таких вылазок. И ведь активно используют параванный трал. Вот только сюрпризы порой случаются в самых неожиданных местах, далеко в стороне от крепости.

Обрушение левого фланга, потеря значительной территории, большое количество убитых и раненых, что не могло пройти незамеченным, в значительной мере подорвали дух защитников и жителей Артура. Так что грамотно смонтированные фильмы об успехах русского оружия совсем не будут лишними…

— Занимательно. И даёт понять, что всё не так уж и плохо, как может показаться на первый взгляд. А активность Владивостокского отряда и вовсе внушает оптимизм, — произнёс Миротворцев, когда мы вышли из кинозала.

Это далеко не только его мнение. Я по обыкновению отслеживал реакцию выходивших из зала, и она мне откровенно нравилась. Хотя бы потому что хмурых лиц не было. Ни одного. А ведь казалось бы, на экране были кадры задокументировавшие гибель нескольких тысяч человек. Но ведь это враги. Вот что значит правильно поданная картинка. Родионов талант, я не устану это повторять.

— Олег Николаевич, а художественные фильмы вы снимать не собираетесь? Вашу картину