Ползунов. Медный паровоз Его Величества. Том 2 - Антон Кун Страница 22

— Кстати, Агафья Михайловна ещё и предложение одно сделала по обучению, — Ползунов повернулся к Акулине. — Вот об Акулине и есть сие предложение.

Акулина от неожиданности чуть не выронила грабли:

— Да что же я могу в ваших делах добавить, мне же и грамота даже не знакома, — она в недоумении оглядела всех, а потом посмотрела на Агафью. — Агафья Михайловна, милая моя, да что же это вы такое обо мне придумали, что может по делам вашим соразмерным оказаться.

— Не пугайся Акулина, ничего сверх твоих умений и не надобно, — Агафья с улыбкой повернулась к Руму. — И между прочим, сидеть дома в ожидании женихов уже совсем не годится для современной приличной девушки, женихи нынче то пугливые, то занятые, вот потому и надобно трудиться для благочестивых дел, чтобы тоже пугливой не оказаться-то.

Рум расхохотался:

— Это вы верно подметили, Агафья Михайловна, ой как верно!

— Так, а я то чего? — Акулина тоже улыбнулась, но заговорила о своём непонимании.

— Так вот навык твой рукодельный, разве обучить девочек из крестьянских приписных у тебя не выйдет? Тем более, что и самой может Бог пошлёт детёночка, так и тоже его в школу потом отдадим, — Агафья подошла к Акулине и погладила её по плечу.

— А ведь и верно! — Иван Иванович пристально глянул на Акулину. — Тебе же ведь и самой может это полезным быть, тем более, ежели замужем вскорости будешь-то, так ведь?

— Уж всё-то вы уже знаете, Иван Иванович, — засмущалась Акулина. — Мужа-то, его ж ещё выходить надобно.

— Ну так ничего, при твоей заботе Архип вон как быстро на поправку идёт.

— Да уж больно быстро, — Акулина сказала это хоть и на вид недовольно, но с какой-то внутренней гордостью. — Он уже и на ноги начинает подниматься, да не слушает ведь ни моего, ни Модеста Петровича совета, всё к заводу вернуться спешит. Работящий вон какой…

— Ну, глядишь, при таком добром развитии выздоровления, через месяц уже и на ноги крепко встанет, — успокоил Акулину Модест Петрович.

— Да слава бы Богу, я ж у Пимена помолиться попросила за то. Да и сама каждый день Богородицу об укреплении прошу. За мужиком, за ним же терпение женское требуется большое, тогда и плоды добрые выходят… Особенно ежели мужик-то добрый, — проговорив это Акулина украдкой посмотрела на Агафью Михайловну, но та уловила взгляд и скромно отвела глаза.

Глава 9

— Батюшка, благословите… — в кабинет заглянул дьячок Никифор.

— Чего тебе? — протопоп Анемподист сидел за своим рабочим столом и что-то исправлял в бумагах.

— Так как же, вот, значится, надобно по работникам-то как-то понять…

— Чего там опять? — уже раздражённо спросил Анемподист Антонович

— Так это самое, батюшка, иконостас-то они доправили, нынче оплату истребуют за работу свою, им же в Кузнецк возвращаться надобно…

— Оплату-оплату… — протопоп отодвинул бумаги. — А чего же они так долго делали-то, а?

— Так того… — Никифор несколько растерялся, — Вроде-ть как оговорено было, так и сделали ж…

— Оговорено… А могли бы ради страха-то христианского и раньше управиться, верно?

— Так, это самое…

— Могли? Могли! — сам ответил на свой вопрос протопоп Анемподист. — А ежели не управились, то, стало быть, страха христианского не проявили, а от того и до греха уже рукой подать-то, — он погрозил пальцем Никифору. — Ты смотри у меня, понимание-то иметь надобно верное. Ежели страху нет, так и уважения никакого не имеется значит, а потому и оплату надобно передумать по этим основаниям. Что же это за работники такие, ежели они только о достатке своём помнят, а? А заботу, по правилу предписанную, кто заботу проявит о деле церковном, а?

— Так это того… — бормотал Никифор в нерешительности, — Чего сказать-то работникам?

— Скажи, что ежели у меня сегодня время на просмотр их работы будет, ежели дела мои важные по духовному ведомству позволят, то там пускай и ожидают.

— Так, а когда им ожидать-то вас, батюшка?

— А вот как смогу, так и посмотрю, — отрезал Анемподист Антонович. — Мне, знаете ли, недосуг на вас свои планы подстраивать, пускай сидят и ожидают, рядом где-нибудь здесь будут… — он откинулся на спинку кресла, — И ты того, чаю мне принеси, утрудился я, не видишь что ли!

— Сей миг будет исполнено, — Никифор скрылся за дверью.

— То-то, а то совсем, знаешь ли, страх христианский растерялся у вас… — проговорил вслед дьячку протопоп, с удовольствием вытянул под столом ноги и стал размышлять.

У Анемподиста Антоновича всё не выходил из головы их с полковником Жаботинским разговор. Вообще-то вещи Пётр Никифорович говорил понятные, хотя довольно рискованные. Пока, конечно, можно понемногу народу разъяснять о важности почитания слов наставляющего их протопопа, ведь он же от заботы их произносит. Надобно сослаться на привычную для народа картину доброго пастыря, который заботится о своём пасомом им стаде добрых овечек. Бабы вообще любят это слушать, даже плачут иногда от умиления. Про пахаря рассказать, что землицу-то ручками, ручками её матушку пашет, а не машинами разными, у которых во чреве огонь адский разгорается. Да про огонь адский надобно поярче высказать, чтоб бабы-то перепугались да мужиков своих вразумляли после дома. Да всё ещё про латинян отступников от истинной веры-то христовой напомнить, что своими размышлениями лукавыми в соблазн вводят, да в геенну огненную ведут.

В общем, осторожно так, дабы исподволь уверовали в сатанинскую сущность машин этих всяческих, что к праздности ведут и ко греховным похотям соблазняют. А там уж народ и сам дойдёт, что вся эта суета Ползунова и есть самое первое от лукавого духа действие. А там, глядишь, и сам Ползунов со своими идеями-то поусмирится да страх начнёт проявлять к чину-то духовному.

Вот и с богадельней этой, ведь разве достаточно, чтобы кассу здесь установить-то на сбор средств? Нет, этого совершенно не достаточно. Надобно, чтобы сии средства по верному разумению распределены были, в первую голову на окончание приходского благоустройства, а уж после на остальное. А ежели на приходе даже дома для пастыря своего они поставить не могут, то зачем им богадельню для пасомых-то возводить. Так ведь все прихожане без пастыря устроенного рассеются и в своих мирских похотях погибнут.