Еще не поздно 1-5 (версия 2012 года) - Павел Владимирович Дмитриев Страница 2

Собственно, зачем машина, пешком оно надежнее будет. Несколькими прыжками вернулся к RAVчику, выдернул ключ, пикнул замком сигналки и в том же темпе выметнулся на старый добрый асфальт дороги. Уф-ф-ф. Привычный вид жеванного временем асфальта. Вот только, что там… Метрах в сорока дорогу опять пересекала знакомая черта обрыва! А еще — за ней шевелился какой-то человек.

Бежать с криком: «Люди, люди!» — глупо и смешно. Подойти и поздороваться — куда более правильно, с какой стороны ни смотри на ситуацию. Вот только что за странный запах, нет, граждане, чем так воняет?..

Открывшееся зрелище заставило с трудом сдержать рвоту. Сразу за обрезом асфальта, на уже знакомой размокшей грунтовке, лежало пол-лошади. Буквально, задние полтуши, явно отрезанные все тем же феноменом.

Из легкого ступора вывел сердитый окрик:

— И что уставился?

Лошадь, вернее, это теперь стало ясно видно, конь, попал в переплет не просто так. В составе транспортного средства числилась телега марки «обыкновенная» под управлением сердитой тетки, которая, увидев меня, прекратила выкапывать из клочьев сена на дне средства передвижения какие-то узлы и теперь напряженно наблюдала за моими действиями, сжимая в руке… здоровенное топорище! Изрядно ржавое, не точенное много лет лезвие выглядело почти по-домашнему.

Собственно, понять ее можно, после такого нервы будут на взводе даже у «суровых челябинских мужиков». Что она видит в надвигающихся сумерках? Здоровенного парня, рост метр девяносто, вес за сто кило (знаю, знаю: надо меньше налегать на пиво и больше на тренажеры), джинсы, наброшенная на клетчатую рубаху черная ветровка, кроссовки. Короткая стрижка, более-менее славянские черты лица… Ну, разве разрез глаз узковатый в силу уральской башкиро-татарской специфики.

— А… Здравствуйте. Вы как сюда попали? — ничего более умного в голову не пришло. Но вежливое обращение помогло, тетка слегка расслабилась.

— Домой ехала с выселок, а тут… — Не найдя нужных слов, она махнула рукой в сторону погибшего коня.

— В Н-Петровск? — нетерпеливо уточнил я: получить ответ на сакраментальный вопрос — в какую дыру меня занесло? — хотелось как можно скорее.

— А куда ж еще? — Тетка даже немного удивилась.

— М-да…

Ситуация стремительно прояснялась, картина происшедшего из разряда полной фантастики смещалась в категорию научного эксперимента. Вояки или какие-то яйцеголовые отморозки изобрели принципиально новое оружие, средство прополки огорода, бескорпусную гравицапу, в общем, выберите по вкусу. В результате испытания был перемещен в пространстве кусок природного ландшафта. Если присмотреться… Точно! Вон белеет в начинающихся сумерках срез вдоль ствола дерева, а там второй, третий… Идеальный круг диаметром метров сорок — пятьдесят!

Какой-то умник нацелил нанопушку на своем мегаполигоне, нажал кнопку… И попал пальцем в небо. Вернее, в кусок дороги со мной, любимым. И перетащил его куда-то в сторону… Чудо, что подвернулась лесная дорога, по которой коняга неторопливо волочил телегу. Эдак могли и в автобус с детьми засветить, да что там — и в городской дом с ничего не подозревающими жильцами. С другой стороны, попади экспериментаторы в тайгу — мне бы не поздоровилось от встречи с растительностью. Дешево отделался.

Сейчас главное по-тихому смыться с места происшествия, а то изолируют от общества в целях соблюдения секретности. Или как минимум стребуют подписку о неразглашении да закроют выезд в теплые страны. Оно мне надо — куковать в грязных Сочах вместо Египта или Тая?..

— А тебя как зовут?

— Петром, — машинально ответил я, потом, спрыгнув с насыпи на более-менее твердую обочину, подошел ближе и вернул вопрос: — А тебя?

— Катя. — Она замялась, чуть-чуть тряхнула головой, явно досадуя на свою излишнюю простоту, и добавила: — Екатерина Васильевна.

Нас разделяла неширокая телега. Плоское, густо присыпанное соломой днище транспортного средства скрывало женщину почти по грудь. Заношенная зеленоватая телогорейка армейского происхождения, темный платок-бандана. Свежие грязные разводы на щеках делали и без того бледное лицо еще бледнее. Явно плакала… Но хоть опустила топор… зато пододвинула поближе к себе пару узлов, будто там лежали золото и бриллианты.

Неожиданно дошло, что передо мной совсем молодая девушка. Лет двадцать — двадцать пять, вряд ли больше! Несмотря на неприглядный антураж, вполне симпатичная, можно даже сказать красивая. По крайней мере, на лицо, так как всего остального попросту не видно.

— Под серьезный эксперимент мы попали, — надо было срочно заполнить паузу и как-то замаскировать неприличное разглядывание.

— Не иначе, военные спутник как-то неправильно запустили, — охотно согласилась Катя. — Как бы тут еще чего не случилось.

Девушка-то просекла ситуацию чуть ли не быстрее меня! Умная, не смотри что на телеге да в телаге. И речь правильная, без деревенских закидонов. Может, дачница, хотя в мае для них еще рано. Впрочем, какая разница, надо помочь ей и телефончик не забыть взять. Кстати, о телефоне!

Вытащил из кармана мобилку, катнул пальцем список контактов, прикидывая, кому звонить в первую очередь… Остановился — перечеркнутый значок соты недвусмысленно говорил о бесполезности набора. Вот занесло же! Ну, хоть фоток пока сделать для твиттера.

— Что это у тебя такое? — отвлекла на секунду вопросом Екатерина.

— HTC Legend, — машинально ответил я и начал фотографировать срез имплантированного куска дороги в разных ракурсах. Сумерки уже совсем сгустились, вспышка выдергивала из темноты странные фрагменты. Вот только не надо было приводить то, что осталось от коня, в более фотогеничный вид. Даже меня проняло от вывалившегося из-под хребта теплого и пахучего ливера. Чего уж говорить о девушке, которая опять начала подозрительно всхлипывать. Надо бы подальше от этого запаха, а то придется одежду стирать, прежде чем вылезать из леса к людям.

— Пойдем скорее ко мне в машину, хоть согреешься, — предложил я. — Все равно телегу придется бросить как минимум до утра. Если не застрянем в колее, довезу до дома.

Екатерина благодарно кивнула в ответ и, прихватив узелки, пошла за мной. Неудивительно, что она пряталась за телегой. Видок у девушки был еще тот — бесформенные полувоенные штаны и здоровенные кирзачи еще