Особое задание - Михаил Дорин Страница 18

— Как мне довёл командир полка, занятия по освоению нового для нас с вами самолёта начинаются завтра. Рекомендую и требую, чтобы впитывали весь материал по максиму. Мелочей в авиации не бывает. Это всем понятно?

— Да, товарищ командир! — хором ответили все.

Так громко прокричали, что у меня в ушах аж зазвенело.

После команды «Разойдись», я пошёл к выходу из барака, где меня уже ждала Синичкина.

— Товарищ командир…

— Без «гимнастики», — махнул я рукой.

— Поняла. Вы за Андрюшу извините нас. Мы ж не знали, что вы…

— Тоже Андрюша? — посмеялся я, и Евдокия молча кивнула мне. — Но чтобы я больше не слышал, что вы его потеряли. Следите за ним.

Синичкина поправила шапку и начала отвечать.

— Конечно, товарищ командир. Лично прослежу, чтоб у него подстилка была, покушать, молочко… в общем, на полном довольствии чтоб был.

— Хорошо. Теперь о главном. Запишите у себя, какая информация мне необходима, — сказал я и Дуся… убежала в расположение за листком.

Через минуту она появилась передо мной и приготовилась писать.

— Записываю.

— Первое — чтоб у каждого был блокнот, а не как у вас сейчас. Его можно просто сделать из нескольких листов в миниатюрном формате, — сказал я и достал свой маленький «талмуд» для записей.

Синичкина кивнула и записала первый пункт себе на листок.

— Второе — мне нужна информация по каждому человеку, — сказал я и дал список пунктов, по которым мне такую информацию надо составить.

— Ага. Слушайте, Андрей Николаич, а в графе жалобы и предложения что указывать?

— На что жалуетесь и что можете предложить для решения этого вопроса, — ответил я.

— М-да. Как это я сразу не догадалась, — улыбнулась Евдокия Матвеевна.

— Информация мне нужна сразу после обеда. После этого организуйте мне беседу с каждым лётчиком, а также стартехом, адъютантом и старшиной эскадрильи.

— Да, Андрей Николаич, — сказала Евдокия, и я отпустил её.

Развернувшись к двери, я краем глаза заметил интересный плакат на стене. Подойдя ближе, я увидел перед собой настоящую стенгазету, а рядом боевые листки. Вроде ничего необычного, да только в стенгазете очень точно девочки отобразили «тяготы и лишения» на первых порах своей службы.

На одном из рисунков нарисована маленькая девушка в гимнастёрке, с рукавами, которые волочатся по земле, а пояс перетянут канатом. Под рисунком подпись: «Сержант Орлова. Модель № 1. Размер „и так сойдёт“».

Потом ещё несколько рисунков на тему большой формы и неудобств. Особенно пригляделась надпись: «У нас форма большая, но голова — не пустая. С уважением!».

В общем, девушки в моей эскадрильи — натуры творческие оказались.

После обеда я вернулся в барак, где и разместился. Теперь же мне надо было ещё раз переговорить с Казариным по поводу дальнейших планов. А то знакомство знакомством, но задачи надо выполнять.

Я уже был у самой двери кабинета, как услышал, что Антон Иванович в помещении был не один.

— Рад, очень рад. У меня хороший чай, — услышал я Казарина.

Он так ещё час назад не разговаривал. Сейчас в его голосе слышали нотки подхалимства.

— Сами знаете, что меня сюда назначили исходя из моих заслуг. Всё же несколько сбитых самолётов у меня есть, — нахваливал себя Антон Иванович.

— Слышала и читала. Вы даже в газету попали. Так что нам повезло, что вы примете командование второй эскадрильей.

Я приоткрыл дверь и вошёл внутрь. Казарин сидел за столом в одной гимнастёрке с полностью расстёгнутым воротником. Он держал в руке чашку с чаем.

А перед ним сидела девушка с волосами, собранными в «колосок». И с виду как будто из другого мира.

— Кстати, вот ваш коллега и командир первой эскадрильи, — показал на меня Казарин, и гостья повернулась ко мне, заправляя за ухо выбившуюся прядь рыжих волос.

Пронзительные карие глаза так смотрели на меня, буквально изучая каждую черту лица и складку на одежде.

— Здравствуйте, Андрей! Рада вас видеть.

— И я вас, Светлана.

Глава 8

В комнате ощущался запах сухих дров, крепко заваренного чая и шлейф дорогих цветочных духов. На столе перед командиром полка стоял чайник и две чашки с блюдцами из которых шёл пар.

Светлана всё ещё стояла рядом со своим стулом, словно давая мне возможность разглядеть её. Огненно-рыжие волосы сейчас были заплетены в тугую косу.

Форма сидела на ней безупречно, подчёркивая стройную фигуру, а не висела мешком, как у девчат из моей эскадрильи. В её пронзительных карих глазах заплясали озорные искорки, и в этот момент она сделала плавный шаг навстречу.

Шла Сарская по деревянному полу весьма картинно. В ней была видна мягкая, кошачья грация уверенной в себе женщины.

— Кхм, — прокашлялся Казарин, но Света не обернулась.

— Мы уже с товарищем Михайловым знакомы, — сказала Светлана, останавливаясь в шаге от меня.

Я уже снял куртку, шапку и смахнул испарину со лба.

В кабинете Казарина было весьма жарко. Само это помещение являлось просто отгороженным углом в комнате, где он сам проживал. Видимо, как только порог переступила такая гостья, как лётчик-испытатель НИИ ВВС Сарская, Антон Иванович «раскочегарил» буржуйку на полную.

Света уже стояла напротив меня, перемещая взгляд с моего лица на мои награды. Заметив Золотую Звезду и другие награды, она чуть вскинула брови, и её губы тронула лёгкая, кокетливая улыбка.

— Вы знакомы⁈ — опешил Казарин после слов Светланы.

— Да. Имела возможность побывать в расположении 126-го истребительного полка, где Андрей Николаевич был командиром эскадрильи. Чуть было не осталась на ночёвку, — посмеялась Сарская.

Лицо Казарина надо было видеть. Его челюсть слегка отвисла, а на щеках проступили красные пятна. Вся его важность мгновенно испарилась.

— Приятная неожиданность встретить здесь вас, Андрей Николаич, — сказала Света и тихо посмеялась.

Невооружённым взглядом была видна её искренняя симпатия ко мне.

— Кхм! Так, ну ладно, — громко прокашлялся Казарин, резко прерывая повисшую паузу.

Антон Иванович поднялся со стула, одёрнул гимнастёрку и торопливо застегнул воротник. На его скулах всё ещё играли красные пятна.

— Воспоминания — это прекрасно, товарищи командиры, но мы здесь не на вечере встреч, — буркнул Казарин.

Антон Иванович обошёл стол, всем своим видом показывая, кто здесь хозяин. Он посмотрел на меня и кивнул на табурет у раскалённой печки.

— Присаживайтесь, Михайлов. Раз уж вы со Светланой знакомы, тем лучше. Меньше времени уйдёт на взаимодействие. Старший лейтенант Сарская принимает вторую эскадрилью нашей… группы. И времени на раскачку у нас нет.

Я сел на табурет, а Света продолжала ещё стоять.