Испытание для Туза - Елизавета Зырянова Страница 18

Внезапно со стороны коридора вновь раздался громогласный голос стражника:

— Прибыла Раниэль Эзельхарт, дочь герцогского рода Эзельхарт!

Император моментально успокоился и задумчиво нахмурился. Услышать эту фамилию, да еще и при подобных обстоятельствах, было крайне странно. Если герцог Эзельхарт мог свободно посещать дворец, то на встречу с императором даже ему нужно было сначала просить разрешения, а в этой ситуации действовал даже не он сам, а его дочь.

— Разве у герцога Эзельхарда не была только одна дочь? — Эдамион приложил руку к подбородку и задумчиво потер его. — Не она ли сбежала из дома в юном возрасте?

Император бросил взгляд на старшую дочь, но она лишь вяло пожала плечами. Род Эзельхардов был достаточно могуч, но они нечасто появлялись в высшем свете, поэтому об их личной жизни было известно крайне мало.

— Хорошо. — Эдамион посмотрел в сторону закрытых дверей и громогласным голосом ответил: — Впусти ее.

Дверь в столовую не спеша отворилась. Вновь заскрипев и, вновь ударившись своими створками о стены, она открыла вид на длинный коридор, двух стражников и одну ровно стоявшую женскую фигуру.

Девушка, появившаяся на пороге, была Респин. Эта розоволосая эльфийка, гордая и самоуверенная, широко улыбнулась при виде собравшихся вместе лиц. Здесь была и ненавистная ей принцесса, и одержимый император, которого всегда остерегалась вся ее семья.

Когда взгляды Эдамиона и Респин встретились, девушка гордо зашагала вперед, а мужчина между тем спросил:

— И что же ты хочешь сказать мне, Раниэль?

— Ваше величество… — Респин обошла стол и подошла к Эдамиону так, чтобы оказаться прямо перед ним. Глубоко поклонившись, она заговорила: — Я, Раниэль Эзельхард, дочь благородного рода Эзельхардов, прошу вас принять прошение о разбирательстве дела от лица графа Алариса де Хилдефонса.

Респин быстро приподняла руку, до этого момента скрытую под длинным рукавом многослойного платья и, вытащив из него письмо, покорно протянула его правителю.

— От того человека, — продолжила говорить Респин, не поднимая головы, — которого злые языки намеренно обвинили в убийстве члена самой могучей и великой семьи нашей империи.

Наступила тишина. Эдамион, Ивар и Лея замолчали и в легком шоке посмотрели на протянутой девушкой конверт. Тем временем Респин приподняла голову, нежно улыбнулась своему покрасневшему от злости императору и добавила:

— Пожалуйста.

5. Сражение с Тузом

Проснувшись намного раньше остальных, Эйс сразу переоделась и направилась на улицу. До рассвета оставалось чуть больше часа, и так как именно в это время обычно все поднимались на тренировку, в особняке становилось шумно. Эйс ненавидела шум, поэтому и старалась уединиться всякий раз, когда у нее была такая возможность.

Погода за окном на удивление была приятной. Не было ни холодного северного ветра, ни обильного снегопада. Напротив, из-за минувшего достаточно теплого дня, уровень снега был не таким высоким, как обычно.

Осторожно спустившись по лестнице со второго этажа, Эйс вышла в холл. При одной только мысли о необходимости выйти за порог, она как-то инстинктивно потянулась руками за воротник своей черной меховой накидки и намеренно выправила его, тем самым скрывая ранее оголенную шею.

Прозвучал тихий топот женских ног, пересекавших мраморный пол, скрип открывающейся двери и сдавленный женский кашель. Эйс вышла на свежий воздух и глубоко вздохнула.

«Сегодня нужно выложиться по полной».

Быстро развернувшись, девушка спустилась по невысокой лестнице на землю и направилась в обход особняка, к небольшой тренировочной площадке на заднем дворе под окнами.

Пока она шла, мысленно представляла себе сегодняшний день: свои основные обязанности, задания, которые обязательно нужно было выполнить и, в принципе, то, чем она могла заняться после завершения рабочего дня.

Наконец-то добравшись до тренировочной площадки по мелкому хрустящему под ногами снегу, Эйс остановилась. Неожиданно для себя она заметила знакомую мужскую фигуру, стоявшую неподалеку.

Тем, кто также решил прийти на раннюю тренировку этим спокойным утром, был Аларис. В миг, когда Эйс заметила его, он просто стоял на площадке, уперев руки в бока, и молча смотрел на линию срубленных деревьев.

Возможно, причина, по которой он был так насторожен, заключалась в том, что ряд срубленных деревьев не ограничивался парой-тройкой метров. Несколько десятков километров, если не больше, было срублено просто под пень. И это при том, что Аларис помнил этот лес еще до отъезда вполне себе нормальным и целым.

По взгляду графа не было понятно злился он или грустил. Скорее просто пытался мысленно соединить все ниточки событий и восстановить полотно прошлого, в котором и произошел инцидент с вырубанием леса.

Неожиданно тишину прервал спокойный голос самого Алариса:

— Хорошо выспалась?

Эйс была немного удивлена. Господин даже не обернулся к ней, но он явно почувствовал ее приближение.

Коротко вздохнув, Эйс сделала шаг вперед и, направившись к Аларису, заговорила:

— Достаточно для того, чтобы пережить этот день.

Аларис усмехнулся. Он наконец-то повернул голову к девушке и, одарив ее приветливой улыбкой, ответил:

— Эта твоя манера общения всегда была забавной.

Приняв исходное положение с расставленными на уровне плеч ногами, Эйс начала не спеша склонять голову то вправо, то влево. Так как тренировка проходила на прохладе, разминка перед ней должна была быть плотной. Будто в подтверждение этого раздался хруст шейных позвонков и усталый стон самой Эйс.

Аларис, стоявший буквально в нескольких шагах справа, также принял исходное положение и начал наклонять голову из стороны в сторону. Наступила тишина.

Каждый стал растягиваться по-своему, но в такой близости, в такой безлюдности, все движения Алариса и Эйс стали практически синхронными. Вместе с тем и их дыхание выровнялось и синхронизировалось.

Искоса посмотрев на господина и, будто убедившись в том, что он в точности повторял ее движения, Эйс спросила:

— Вы опять пытаетесь под меня подстроиться?

— Ты о чем? — Аларис действительно не понимал, но никак не выражал удивления. Как и Эйс, продолжая наклонять голову, но уже только вперед-назад, он замер.

— Ваши движения, — заговорила Эйс, — тембр голоса, повадки и даже дыхание — все это меняется в зависимости от того, с кем вы говорите.

Аларис остановился. Вот теперь осознание действительно вызвало толику удивления в его взгляде. Повернув голову в сторону горничной, граф растерянно ответил:

— Прости, это уже получается неосознанно. Привычка.

— Но ведь когда-то вы развили в себе эту привычку. — Эйс выпрямилась, глубоко вздохнула и, вытянув руки в разные стороны, начала по горизонтали размахивать