Экстрасенс. Назад в прошлое. Россия 2006 - Валерия Корносенко Страница 18

Глава 11

Неужели дела в этом городе закончены? Я добилась своего, нашла лёгкий способ и получила стартовый капитал. Рулетка любит отчаянных, но не самоуверенных. Надо знать меру. Ведь людей, которые пожелают воспользоваться моей уникальностью, немало. То, что до сих пор этого не произошло, лишь случайность и фарт.

Хотя больше всего пугало меня не это. Меня тянуло, словно за волосы, к семье. Я готова была поставить всё на зеро, ради единственной партии. Ещё один раз обнять сына и мужа.

Внутреннее чутьё вопило, рвало душу на куски, что так нельзя, это ошибка, сейчас миссия спасти их, а не угробить свою семью раньше на несколько лет. Поэтому, чем дальше я буду от них находиться, тем выше вероятность, что у меня получится задуманное.

Благо сегодня судьба была на моей стороне: через пару часов отходил поезд в нужном мне направлении. Спокойно собравшись, я добралась до вокзала, купила билеты и присела на лавочку, жмурясь в лучах весеннего солнышка.

Меня словно что-то толкнуло. Открыв глаза, даже не поняла. Кажется, меня пригрело, и я на какое-то время провалилась в сон. Ну надо же! Вот что значит здоровый молодой организм. Где поставят, там и спит.

Который час? Поезд, надеюсь, не проспала? Я завозилась в поисках своего рюкзака. Вещей рядом не было. Твою мать! Да ладно? Серьёзно? Вот так по дебильному дала себя облапошить? Ты там прикалываешься?

Я задрала голову к небу, не зная, то ли смеяться, то ли плакать. Что делать?

Увидела вокзальные часы. Прошло каких-то минут десять. Как я могла так крепко заснуть и не слышать ничего? Блин! Неужели всё зря? Из глубины души начала накатывать злость. Да, я легко получила эти деньги, может быть, даже обманным путём, и что? Я одна играю в эту войну. Что ещё мне прикажете делать? Строить из себя пришествие второй Ванги? Может, ещё глаза себе выколоть? Чёрт, чёрт, чёрт!

Я не согласна! Где мои деньги? ВСЕ! МОИ! ДЕНЬГИ!

Я зажмурилась и закрыла руками глаза. Попыталась сконцентрироваться. Шум вокзала и крики сбивали. Но где-то на задворках сознания вилась тоненькая ниточка.

Меня качнуло в сторону небольших построек. Проверить? Что я теряю? Разве что дадут по башке. Хотя, убегу. Должны же быть у этого тела хоть какие-то бонусы?

Я шла небольшими шагами, всё время прислушиваясь ко внутреннему компасу. Мимо перрона, вдоль построек, по рельсам боковой ветки, мимо запасных вагонов. Нить в моем сознании становилась все ярче, я уверенно чувствовала направление движения, пока не пришла к заброшенному двухэтажному строению. Выщербленное крыльцо, отсутствие части окон, покорёженная, с облезлой краской дверь — всё свидетельствовало о том, что моя кукушенька ушла на каникулы. Здоровый человек один сюда явно не полезет, тем более, предполагая, что внутри есть кто-то совершенно не жаждущий встречи.

Стараясь ступать на носочках, я вошла на первый этаж и прислушалась. Где-то недалеко в соседней комнате слышалась возня. Подобравшись к проходу, осторожно заглянула внутрь.

В углу на каких-то тряпках и картонках сидел реальный бомж. И опять меня стали одолевать сомнения. Может, я сюда по запаху пришла? Неужели вот это так просто стянуло мои вещи?

Подобрав среди обломков под ногами кирпич поувисистее, я шагнула в комнату:

— Сумку мою верни.

Хозяин данных хором гостей явно не ждал. Дёрнулся, но запутался в своих же тряпках. Да он бухой в умат. Неужели успел за те полчаса, что я его искала, так нажраться?

Уже не сомневаясь, подошла к куче тряпья и начала распинывать её в стороны.

Ну точно! Выхватила свой рюкзачок, заглянула внутрь: нет кошелька.

А деньги клиентов так и лежат завёрнутые в отдельный пакет на дне. Человек, или то, что от него осталось, невнятно замычал и начал тянуть ко мне руки. Я отпрыгнула. Дорожная сумка с основными вещами была разворошена, и часть одежды рассыпалась по полу.

Какая же здесь вонища! Нет. Не хочу я этого касаться. Проще купить всё новое.

— Ты! Слушай сюда! — я вытянула руку в сторону человека на полу. — Слушай и запоминай! Ты больше никогда не будешь пить алкоголь! И воровать тоже не будешь! Вернешься к человеческой жизни. Найдешь работу. Будешь помогать людям!

Увидела в углу книгу профессора. Вот ее я заберу. К остальному не притронусь!

Выбежав на улицу, долго не могла отдышаться, сбивчивым скорым шагом двинулась в обратный путь. Всё время озиралась, казалось, что меня преследуют. И всё не верилось, что всё обошлось. Грудь моя ходила ходуном, на лбу проступила испарина. Что я там наколдовала? Получилось ли?

Плутая между вагонами, поняла, что заблудилась. Что за бесячий день? Попробовала сконцентрироваться на чувстве навигации вновь. Ничего не получалось. Видимо, нет конкретного предмета для поиска, вот и не могу уловить направление. Что там было? Лавочка, на которой я сидела? Нет. Мало я уделила ей внимания: не помню ни форму, не цвет. Меж тем я всё шла вдоль вагонов. Пыталась вспомнить кассиршу, дедка-охранника на входе в здание, продавщицу пирожков — всё тщетно. Какая-то искорка загоралась на задворках сознания, но тут же меркла.

Начала накатывать жуткая усталость в совокупности с пережитым стрессом, я уже еле волочила ноги. Ещё не хватало свалиться под колёса мимо проезжающего поезда и так бесславно спустить новую жизнь. Наконец надо мной сжалились, и я вышла к перрону. Сил не осталось от слова совсем.

— Анна, — кто-то окликнул меня.

Но сознание, игравшее сегодня явно краплеными картами, решило меня покинуть, не дав отыграться даже на последний кон.

Свет померк.

* * *

Проснулась я от того, что кто-то меня бил по щекам. Уворачиваюсь, сознание выныривает из темноты с большой неохотой. Когда очертания складываются фигуру, вижу перед собой Наталью, мать Машеньки.

— Слава тебе, Господи, Анна. Как вы меня напугали. Что произошло? Я так торопилась. Только сегодня удалось снять деньги. В гостинице я вас не застала. Что с вами? Вам плохо?

Речь её сбивчивая, она очень волнуется.

— Сейчас… Дайте прийти в себя. У меня поезд.

— Какой поезд? Домой поедем. Вы посидите здесь. Я найду такси.

Когда в такси я более-менее прихожу в себя, Наталья снова начинает совать мне в руки конверт.

— Что это?

— Вы извините, здесь немного… Если бы я