Еще не поздно 1-5 (версия 2012 года) - Павел Владимирович Дмитриев Страница 13

— Вот ты говоришь про инженеров, а рабочие, колхозники?

— Мне сложно сказать… В роскоши не купаются, хотя, если работать на хорошем предприятии, платят вполне достойно. Ну, там машина будет небольшая или не новая, телевизоры-телефоны-мебель из ИКЕИ, шмотки с рынка. В отпуск — не пять звезд, а три, да не Испания — Тайланд, а Египет, в лучшем случае. Квартира в ипотеке, а это долги лет на двадцать.

— Хм… — Петр Степанович как-то призадумался, — все равно, уж больно хорошо выходит.

— Ну это если хорошо с руками и головой, да в большом городе. Если специальность непопулярная да работать лень, то хватит только на пиво с семками под футбол по телевизору. Думаю, что в деревнях все еще хуже — только бросать все, да в город на заработки. Или жить примерно как тут сейчас[15]…

— С чем, с чем пиво?

— С семечками, это такой обобщенный образ Буркина-Фасо, ну то есть неудачника.

— При этом по уровню жизни… Как ты говорил, в полусотне стран?!

— Так и есть, за рубежом живут получше. В Штатах хватает еще на отдельный дом, и главное, на приличную медстраховку. Это баксов пятьсот — восемьсот в месяц, как минимум.

— Какую страховку?! А баксы, это доллары, так?

— Да, от greenbacks, зеленые спинки. Медстраховка, это на случай болезни, чтобы по миру не пойти от платы за лечение.

— У вас в СССР так же?

— Нет, в России намного хуже. Медицина не поймешь какая — вроде бесплатная, но без хороших денег, если не повезет, хоть помирай. Никто не поможет.

— И правда, как на карикатурах… — Музыкин задумался, видимо, вспоминал «пороки капитализма» из лекций парторгов. — Детей учат бесплатно?

— Да как с медициной примерно: институт бюджетный — по дикому конкурсу, а на платном… Ну, примерно, зарплату инженера за три-четыре месяца нужно отдать как минимум. Это в год.

— И в школе?!

— Нет, за начальное пока денег не просят, — я малость задумался, — но похоже, это ненадолго.

— Так кто ж детей тогда рожать будет?!

— Демографическая яма, один ребенок в семье, а два-три — уж если с деньгами порядок.

Петр Степанович опять задумался. Даже начал крутить пальцами, как будто считал что-то или сравнивал. Потом покачал головой, видимо, пришел к какому-то выводу и… пожаловался:

— Что-то никак не складывается картина! С одной стороны, все хорошо у вас вроде, с другой — хуже не бывает.

— Наверное… — тут пришла очередь чесать затылок мне, — совсем иная шкала ценностей. — Я покрутил в голове цифры и добавил: — Вот продукты дорогие у нас, за полсотни булок хлеба можно купить неплохой видеомагнитофон, а вот такой телевизор, — я развел руки, — стоит как килограммов тридцать колбасы.

— Это что, огромный телевизор получается меньше ста рублей? — подсчитал Музыкин. — Ничего себе… — Собеседник замолчал, даже подпер голову кулаком.

— Нельзя просто так сопоставить, — попробовал я подвести итог. — Сейчас, после двадцати лет разрухи, созданной по рецептам международных фондов и консультантов, все более-менее неплохо. С головой и руками еще никто без работы и нормальных денег не остался. Не как в Штатах, но получше Турции там, или даже Мексики. Если с Габоном или Ботсваной сравнить, так совсем хорошо[16].

— Куда все движется, лучше или хуже становится? — Оказывается, комитетчик по-прежнему меня внимательно слушал и делал свои выводы.

— Сложно сказать. Но думаю, «догонять США» наши вожди уже не будут. Скорее постараются не отстать от Польши.

— Докатились…

— Плохо им — без идей, цели, да в свой карман надо не забывать грести… Взятки, как в Московском княжестве при князьях да боярах.

В таком духе мы беседовали еще часа три. Пару раз приходили Анатолий и Катя, робко скреблись в двери, но полковник грубо отправлял их гулять дальше. Мне уже было все равно, просто выдавал ответы на вопросы. Собеседник постепенно перестал скрывать расстройство и разочарование, много курил, частенько ругался.

После рассказа о пяти звездах Героя Советского Союза и неподъемном кителе дорогого Леонида Ильича Музыкин начал искать кобуру пистолета со словами: «Даже Жукову четырех хватило». И только грустно улыбался при описании сериала о дочке генсека, Галине Брежневой, который сняли года два назад, если считать по моему времени.

— Так кто же виноват, кто все развалил? — задал наконец итоговый вопрос Петр Степанович.

— Не знаю, само все рухнуло, — признался я. — Мне кажется, задача государства мало отличается от руководства обычной фирмой. Конечно, масштаб разный, но основные принципы похожи. Управление должно быть эффективным, но партия не смогла этого обеспечить. Идеи лидеров неудачны, население лениво и тупо, международное положение сложное, вокруг враги — то есть народ кормили одними оправданиями… Партийная элита СССР восьмидесятых деградировала до удивительно низкого уровня и оказалась полностью недееспособной. Осталось только толкнуть, и все посыпалось. Новые лидеры хотели власти, денег, славы, и все получили… Ценой распада великой страны — вот, думаю, как было на самом деле…

…Уже четвертый день мы безвылазно сидели в Н-Петровске. Анатолий изображал из себя отпускника, приехавшего к сестре в гости. Катя срочно взяла отгулы в школе. Но вместе никуда не ходили, кто-то всегда оставался со мной в избе. Впрочем, иллюзий я не питал, думаю, уже с воскресенья покинуть городок мне было бы очень-очень сложно. Наверное, все дороги под каким-нибудь благовидным предлогом тщательно контролировались комитетчиками.

Тем более что над перенесенным из будущего куском дороги работали эксперты КГБ. Екатерине пришлось написать объяснительную, почти похожую на правду: «Ехала, вдруг какой-то удар, испугалась и убежала». Заодно это хорошо мотивировало присутствие Катиного брата на месте происшествия и его краткосрочный отпуск. Анатолий со смехом проговорился, что добычей коллег стал пустой пакет «Метро», а также целая куча окурков и кусочков целлофана. Ну и телега, запряженная в кучу костей (ночью на останках коняги знатно попировали волки или